Вход для пользователей

Горькая жизнь для сладкого бизнеса

A A A

Вот уже целый год предприниматель Александр Сапожников ведёт борьбу сразу с двумя раковыми опухолями. Первая съедает его организм, а вторая – его бизнес.


sapozhnikovГрязное электричество и король туалетной бумаги
В «Улицу Московскую» обратился предприниматель Александр Сапожников, который владеет кондитерским бизнесом.
Последние 6 лет его цех производит печенья. Их покупают практически по всей России, а также в Белоруссии и Казахстане. Предприятие Александра Сапожникова стабильно платит налоги и создаёт рабочие места.
В апреле 2016 г. он приобрёл производственное помещение на ул. Саранской, 78 (район Пензенской ТЭЦ-1). Его стоимость составила больше 2 млн руб. И ещё около полутора миллионов пришлось вложить в ремонт. Деньги Александр Сапожников брал взаймы у знакомых.
Закончив ремонт, он завёз оборудование и приступил к производству печенья. Когда оборудование заработало на полную мощность, потребление электроэнергии повысилось до 12 тыс. киловатт в месяц.
Цех Сапожникова располагается на бывшей базе Росхозторга. Наряду с ним, здесь работают ещё порядка 10 предприятий. Предприниматели производят мебель, жалюзи, подоконные отливы, продают запчасти, оказывают типографские услуги. По словам Александра Сапожникова, почти все они запитаны от трансформаторной подстанции, которая принадлежит Андрею Шапрану.
«Его называют королём туалетной бумаги, – отмечает Сапожников. – Потому что он не только даёт нам свет, но и производит туалетную бумагу».
В соответствии с первоначальной договорённостью, стоимость киловатта энергии для Александра Сапожникова составляла 7,5 руб. Однако уже через несколько месяцев она выросла сначала до 8 руб. 80 коп., а потом – до 9 руб. 20 коп.
«При этом сам Андрей Шапран приобретает киловатт электроэнергии примерно за 5 руб. 50 коп.», – поясняет Сапожников.
Договор на поставку электроэнергии между предпринимателями заключен не был. Будто бы это связано с юридическими тонкостями.
В соответствии с федеральным законом «Об электроэнергетике», владелец трансформаторной подстанции вообще не имеет права перепродавать электроэнергию.
При этом, если к подстанции официально подключены другие потребители, которые имеют на руках официальный договор энергоснабжения, то владелец подстанции не имеет права препятствовать перетоку электроэнергии и даже собирать деньги на содержание подстанции. За исключением, конечно, специально оформленных соглашений.
«Чтобы не оставлять бумажных следов, я вынужден был приобретать «грязное» электричество, – признаётся Сапожников. – То есть платил деньги наличными. И когда стоимость киловатта перевалила за 9 руб., то в месяц у меня стало нагорать больше 100 тыс. руб.».
Для предпринимателя Александра Сапожникова эта сумма оказалась внушительной. И он вновь стал настаивать на заключении договора, чтобы показывать в налоговой себестоимость своей продукции. И не обманывать государство.
Однако договор с ним, понятное дело, не заключили.
«Мне пригрозили, что если буду выступать, то меня вообще отключат», – вспоминает он.

sapozhnikov2


Борьба за независимость
К осени бюджет предпринимателя подал сигнал о том, что от такого электричества нужно спасаться.
Сделав необходимые расчёты, предприниматель пришёл к выводу, что гораздо дешевле поставить собственную трансформаторную подстанцию и работать от неё.
Александр Сапожников: «На такой шаг меня толкнуло ещё и то, что качество электроэнергии, за которую я платил большие деньги, не соответствовало моему производству. Из-за периодических скачков в напряжении моё оборудование стало плохо работать. В результате, печенье стало выходить с браком. Нам, например, нужно поджаристое коричневое печенье. А у нас получается светлое и недожаренное. Участились возвраты продукции».
Как пояснил нашему изданию Владимир Рябинин, генеральный директор ЗАО «Пензенская горэлектросеть», в 2016 г. от предпринимателя Сапожникова действительно поступила заявка на технологическое подключение.
«Он предполагал поставить собственную трансформаторную подстанцию, а мы должны были подключить её к воздушной линии, которая проходит в нескольких десятках метров, – отмечает Владимир Рябинин. – Это примерно час рабочего времени».
За покупку подстанции Александр Сапожников заплатил около миллиона рублей. Он привёз её на участок 18 ноября 2016 г. Однако поставить не смог.
«Был скандал, – вспоминает предприниматель Сапожников. – На улицу вышел Шапран вместе со своими работниками и перегородил дорогу грузовому автомобилю».
На место конфликта приезжали сотрудники полиции и даже бригада скорой медицинской помощи.
Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что земля, на которую хотели поставить подстанцию, имеет несколько собственников.
При этом Александру Сапожникову принадлежит 32% земельного участка, а Андрею Шапрану – всего 7%.
Таким образом предприниматель Шапран воспользовался тем, что участок не размежёван. И запретил ставить трансформатор на землю, которая принадлежит в том числе и ему.
«Так мне и пришлось ещё несколько месяцев переплачивать деньги за свет, – резюмирует предприниматель Сапожников. – Полиция нам сказала, чтобы шли в суд и проводили межевание. Однако судиться можно годами. А у меня рак. Я скоро умру. Жена и дочь с Шапраном не справятся».


Конфликт под напряжением
По словам Александра Сапожникова, болеть раком – больно. Особенно когда проходишь курсы химиотерапии.
Но ещё больнее осознавать, что скоро умрёшь. И что вместе с тобой может умереть тот бизнес, который ты создавал всю жизнь. И который тоже страдает от своего рода раковой опухоли.
«Конфликт с электричеством только ухудшил состояние моего здоровья, – подчёркивает предприниматель Сапожников. – У меня сразу начались депрессии, а при онкологии вообще нельзя нервничать. Пошли новые метастазы. Мне вырезали их 23 апреля».
Выйдя из больницы, Александр Сапожников заключил новый договор с энергетиками.
Как пояснил «Улице Московской» Вячеслав Стоянов, заместитель генерального директора по реализации услуг ЗАО «Пензенская горэлектросеть», кондитерский цех планируют подключить к подстанции, которую поставят на муниципальной земле, со стороны железной дороги.
В соответствии с условиями договора, срок подключения составляет 4 месяца. По словам Вячеслава Стоянова, эту работу можно сделать быстрее. Но всё зависит от Администрации г. Пензы, от которой просят выделить земельный участок для подстанции.
«Случай с Сапожниковым не единичный, – поясняет Владимир Рябинин. – Совладельцы земельных участков и помещений ссорятся достаточно часто. И после этого начинают друг друга отрезать от электричества, потому что провод проходит по их собственности. Даже бывшие муж с женой ссорятся.
Все поругались, все развелись, а земля общая. Чтобы никто не оставался без света, наша задача – помогать этим людям и разводить узлы конфликта по разным рубильникам».
В настоящий момент Александр Сапожников собирает деньги и готовится к борьбе с новыми препятствиями, которые ему, возможно, будут чинить.
«Я обратился в газету, чтобы придать это всё огласке, – резюмирует он. – Я не буду кривить душой: я хочу этот процесс ускорить. Был бы здоров – пошёл бы в суд. А теперь прошу помощи у городской власти, чтобы подключить своё помещение к электричеству и спокойно умереть.
Я полагаю, что Шапран поступает по-житейски неправильно. Ну, владеешь ты подстанцией – заключи договор. А тут без документов, без ничего – одни только угрозы. Тут ничего не делай, здесь не ходи, там не межуй. Он чувствует себя хозяином на этой земле. Хотя я тоже хозяин. И я эту землю ни у кого не крал».


Ответ Андрея Шапрана
16 мая журналист «УМ» обратился к предпринимателю Андрею Шапрану, дабы тот смог пояснить свою позицию.
Разговор длился 30 минут, однако Шапран отказался от официального комментария и беседы под диктофон.
Он сказал, что является таким же владельцем земельного участка. И обещал подумать над тем, чтобы подать на «Улицу Московскую» в суд.
Ну, а вечером 18 мая предприниматель Сапожников получил ответы на все вопросы, которые задала наша газета: в его цех просто перестало поступать электричество.
«Свет отключили без предупреждения, – рассказывает Александр Сапожников. – Мы оцениваем свой ущерб в 150-200 тыс. руб. Осталось 150 кг теста, из которого можно было бы испечь 150 коробок печенья. Цех не работал 4 дня, мы не смогли отправить товар в Рязань, Москву и Минск. Люди потеряли в зарплате, а бюджет – в налогах».

Поиск по сайту

Реклама