«Я боюсь, что их спишут на мясо»

A A A

horse aВ «Улицу Московскую» обратился Александр Поляков, один из волонтёров, которые помогают выжить 5 уникальным лошадям.

В Пензе, в районе Манчжурии, на ул. Перекоп, 4, живут пять лошадей. Почти 7 лет с ними работают по мягкой методике: без железа, без уздечки – с одним верёвочным недоуздком. Только так можно достичь гармонии и взаимопонимания с умным животным.
В 2010 г. этих лошадей фотографировали для немецкого издательства «Габриэль Буазель», потому что свободные лошади делали такие вещи, которые обычно выполняют только по принуждению.
* * *
horseВ 1999 г. кадетской школе № 46 для занятий верховой ездой передали трёх муниципальных лошадей: Разбойницу, Поэзию и Ламбаду. (Когда-то они числились за школой верховой езды при пензенском ипподроме. Потом какое-то время конная школа и лошади были приписаны к зоопарку.) Позже появились Рони и Рапира.
Кадетская школа в то время располагалась на ул. Перекоп, 4. На территории школы выделили площадку для занятий с лошадьми, сарай переделали под конюшню. Планировали построить нормальную конюшню, но финансирования не было. Ухаживали за лошадьми тренеры, кадеты и члены конной секции (куда по разрешению директора принимали не только кадетов). Помогали волонтёры, знавшие лошадей ещё по ипподрому, потому что содержались лошади всё это время на добровольные пожертвования.
В начале 2000-х гг., после книги Александра Невзорова, кадеты-выпускники загорелись идеей работать с абсолютно свободной лошадью. По словам Марины Комраковой, преподающей верховую езду, она согласилась на это лишь потому, что дети к тому времени успели стать совершеннолетними.
Лошади в то время были моложе и сильнее. Члены конной секции устраивали настоящий конный театр. С лошадьми занимались целенаправленно, развивая интеллект. Как подчёркивают тренеры, это не дрессура, а обучение.
* * *
Неопытный наездник обычно излишне трясётся, дергая удила то туда, то сюда. Раздражённая лошадь может и взбрыкнуть. Елена Данилушкина, второй педагог верховой езды, рассказала о случае из своей практики.
Кадет едет верхом неуверенно, потихоньку сползая на бок. И в тот момент, когда тренер только успела подумать, что надо ему помочь, лошадь останавливается, поворачивает голову, как будто хочет спросить: «Ну, ты уселся что-ли?» – ждёт, пока кадет выровнялся, а потом спокойно трогается с места.
Подобных историй, подтверждающих лошадиный интеллект, мне рассказали множество. Лошади здесь и рисовали, и на счётах считали, и чего ещё только ни делали. Главное, утверждает Александр Поляков,  «лошади учат человечности».
Просто покататься верхом можно, наверное, на любой лошади. Но получить радость от общения можно, только взаимодействуя.
Лошадь – живая, её нельзя «перезагрузить». За ней надо ухаживать, кормить, чистишь конюшню, вывозить навоз. Бывали годы, когда приходилось всё лето и взрослым, и детям косить сено, заготавливая корм на зиму. Случайно узнав об уникальных лошадях, люди оставались помогать, потому что привязывались к ним, как к людям.
* * *
Несколько лет назад кадетскую школу № 46 перевели в район Окружной, на ул. Российская, 53. Лошади остались на ул. Перекоп, 4. Сначала собирались вроде бы строить конюшню рядом со школой на ул. Российской. Потом якобы оказалось, что по санитарным нормам нельзя.
Кадетам не очень удобно ездить на занятия по верховой езде на другой конец города, но пока территория оставалось муниципальной (здесь размещался центр туризма), больших проблем не было.
В 2011 г. бывшую территорию школы
№ 46 по адресу ул. Перекоп, 4 передали Пензенской духовной семинарии. Почему-то при передаче забыли о лошадях: о том, что на территории находятся конюшня и площадка для выгула и занятий.
Возможно, чиновники полагали, что вопрос разрешится сам собой: лошади старые, больные, долго не протянут.
А они живут: Разбойнице почти 25 лет, Поэзии – 20, Ламбаде будет 20 в будущем году. Заботливые волонтёры покупают для них импортные добавки и лекарства.
Лошади живут и мешают строительным планам семинарии. В этом году отрезали воду, отопление и электричество, разобрали половину крыши (продолжая посылать объедки из столовой). «Осталась последняя ниточка – переноску кинули из окна, чтобы обогреватель включить и овёс запарить», – говорит Александр Поляков.
Но так долго продолжаться не может, потому что людям, ухаживающим за лошадьми, негде самим согреться и попить чаю.
Те, кто приходил к лошадям не по обязанности, постепенно рассеялись: надо полностью подавить в себе инстинкт самосохранения, чтобы проводить свободное время в антисанитарных условиях, в полуразрушенном, неотапливаемом  помещении.
На пятерых лошадей надо 300 л воды ежедневно. Сейчас морозы, впрок не запасёшь – замёрзнет. В будни таскать воду присылали кадетов с офицерами-наставниками, говорит Александр Поляков. Во время праздников он возил сам. Кормов, присылаемых от школы, по его словам, тоже постоянно не хватает.
«В этих лошадей вложено 5 лет жизни и 5 лет труда, – говорит Александр Поляков. – Я передал письма и директору школы, и начальнику управления муниципальным имуществом. Мария Почевалова приняла меня очень любезно, сказала: вопрос будет решаться, создадим комиссию. Но люди и лошади ждать не могут.
Каждая лошадь выпивает 60 л воды в сутки, съедает 8 кг сена и 2 кг овса. В денник нужно регулярно подсыпать опилки. Я предлагаю кардинальное решение: забрать их в свою конюшню в Вазерках, готов кормить их за свой счёт: мы и так помогаем, только разрываться между Вазерками и городом не придётся».
Якобы управление образования не хочет переводить лошадей за город, потому что сложно будет обеспечить учебный процесс. До Александра Полякова дошли слухи, что в управлении образования в его бескорыстие не верят и считают аферистом.
Но в городе места лошадям не находится. Говорят, что в конюшню на ул. Перекоп, 4, когда там ещё располагалась кадетская школа, приходили и Виктор Кувайцев, и Иван Белозерцев и обещали решить вопрос.
Положительно решить вопрос с размещением лошадей обещал ещё Иван Белозерцев. Виктор Кувайцев, ещё в бытность свою заместителем главы города, приходил оценить обстановку и «познакомиться» с забытыми по старому адресу лошадьми и людьми. И тоже обещал…
Прошли годы – вопрос висит.
Больше всего Александр Поляков боится, что этих лошадей сдадут на мясо. По его словам, угроза реальная: для учебного процесса они уже не годятся, а 2,5 тонны живого веса можно продать на конскую колбасу по 60 руб. за кг или отдать зоопарку на корм хищникам.
Александр Поляков готов взять лошадей на временное хранение и содержать, пока им не создадут нормальные условия.
«Слишком много бюрократических заморочек, которые не позволяют этого сделать», – ответила ему начальник Управления муниципальным имуществом Мария Почевалова.

Прочитано 1287 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту