Самое читаемое в номере

Республиканская Италия

A A A

Государственное устройство и партийная система современной Италии. Рассказывает обозреватель «Улицы Московской» Михаил Зелёв.

Когда итальянцы в 1947 г. закладывали основы своей республики, то совершили все возможные ошибки. Несомненно, неэффективность государственного устройства Италии является важной (хотя, разумеется, не единственной) причиной, объясняющей пребывание этой развитой постиндустриальной страны в состоянии длительного застоя.
Крайне неудачное государственное устройство раз за разом блокирует проведение решительных реформ, способствуя проигрышу Италии в конкурентной борьбе с другими развитыми странами и господству на национальной политической арене реакционных сил.
Единственным разумным моментом в государственном устройстве Италии является её приверженность режиму парламентской республики. Парламентское большинство формирует правительство. Это значит, что в кресла министров садятся сами депутаты, представляющие руководство партий правящей коалиции, а правительство, по идее, не должно иметь проблем с законодательным оформлением своих действий.
Зато все прочие правила разумной организации государственного устройства в Италии нарушены.
italyВо-первых, в Италии действует принцип полного равенства двух палат парламента: Палаты депутатов и Сената.
Обе палаты избираются народом. Выборы в них хотя и проходят одновременно, но организуются по разным принципам. Это крайне затрудняет формирование правящего большинства.
Для принятия законов нужно одобрение обеих палат. Если хотя бы одна из палат голосует против законопроекта, то он не получает силу закона.
Правительство должно получить вотум доверия в обеих палатах. Если хотя бы одна палата выскажется против правительства, то кабинет министров считается отстранённым от власти.
Классический пример негативного влияния этого принципа – это правительственный кризис 2008 г., когда социал-коммунистическое правительство Романо Проди (2006-2008) пало из-за того, что лишилось большинства в Сенате. При этом у правящей коалиции оставалось прочное большинство в Палате депутатов.
Произошло это всего через два года после всеобщих выборов и формирования правительства. В стране пришлось объявлять досрочные выборы, в результате которых к власти пришли правые силы.
Всё это крайне отрицательно сказывается на эффективности управления страной.
Передовые итальянские политики давно осознали всю вредоносность принципа равенства двух палат парламента. Самая решительная попытка обезвредить эту мину, что заложили под итальянскую государственность отцы-основатели республики, была предпринята в 2016 г. социал-либеральным правительством Маттео Ренци (2014-2016). Оно вынесло на референдум поправки к конституции, сильно понижающие роль Сената.
Проект М. Ренци предполагал, что Сенат будет избираться не народом, а региональными парламентами. В случае разногласий между Сенатом и Палатой депутатов последнее слово предполагалось оставить за последней и, следовательно, за правительством. Кабинет министров должен был получать вотум доверия лишь в нижней палате.
Но итальянцы провалили эти поправки на референдуме 59% голосов. Вслед за этим ушло в отставку и правительство М. Ренци.
Значит ли это, что итальянцы так безмерно любят свой Сенат или принцип полного равенства двух палат парламента? Конечно, нет.
Вряд ли большинство пришедших на участки избирателей вообще задумывалось о сути выдвинутого на голосование вопроса, о том, как вредит их стране существующая система. Они просто наказывали прогрессивное правительство М. Ренци, взявшееся за давно назревшую болезненную либерализацию рынка труда, призванную повысить конкурентоспособность итальянской экономики.
Во-вторых, используемая при выборах в обе палаты парламента смешанная система приводит к крайней пестроте их партийного состава, что затрудняет формирование правительства и последующее управление страной.
Более трети депутатов обеих палат избираются по мажоритарной системе относительного большинства. Барьер для прохождения партий в парламент по спискам очень низок (3%). При этом выборы по партийным спискам в Сенат проходят не по единому национальному округу, а по множеству региональных многомандатных округов.
В результате в обе палаты парламента попадает множество крохотных партий.
Например, на последних всеобщих выборах 2018 г. более 5% голосов набрали только 4 партии: левые радикалы, националисты, социалисты и консерваторы-евроэнтузиасты. При этом в Палату депутатов попали ещё 9, а в Сенат – ещё 10 крохотных партий, на долю которых в сумме пришлось соответственно 9 и 11% кресел.
В-третьих, Италия так и не смогла завершить свой переход от унитарного государства к федерации, что не способствует гибкости её системы управления.
В 2001 г. на референдуме итальянцы поддержали идею консервативно-националистического правительства Сильвио Берлюскони (1994-1995, 2001-2006, 2008-2011) передать областям больше прав в таких сферах, как сельское хозяйство, образование, здравоохранение, налогообложение. Тогда за это предложение отдали свои голоса 64% пришедших на участки избирателей.
Переход к федеративному устройству должен был завершиться в 2006 г., когда С. Берлюскони предложил передать областям ещё больше полномочий в таких сферах, как здравоохранение, образование, правосудие и охрана правопорядка. Но к моменту проведения нового референдума итальянцы успели вышвырнуть на всеобщих выборах С. Берлюскони из дворца Киджи.
Новое социал-коммунистическое правительство Р. Проди было против этих предложений, и итальянцы на референдуме 61% голосов высказались против перехода к федеративному устройству.
В-четвёртых, крайне отрицательное воздействие на эффективность государственного устройства Италии оказывает практика проведения национальных референдумов.
За 46 лет, с 1974 по 2020 г., в стране было проведено 22 таких референдума.
Передача сложных, требующих специальных знаний и стратегического видения вопросов государственного устройства, социальной жизни и экономики на усмотрение рядового избирателя – это разрушительная для итальянского государства практика.
Нередко бывает, что избиратели, по сути не имея ничего против выносимых на голосование вопросов, используют референдумы как механизм протеста и наказания реформаторских правительств. Печальный исход референдумов 2006 и 2016 годов, надолго заблокировавший устранение двух фундаментальных пороков государственного устройства страны, – тому очевидное подтверждение.
Неэффективное государственное устройство Италии всё больше отбрасывает эту страну на периферию развитого мира. Достаточно напомнить, что, в отличие от Германии и Франции, Италия так до сих пор и не провела глубоких реформ по либерализации рынка труда, необходимых для повышения конкурентоспособности её экономики.

БОГ ИЗ МАШИНЫ
Когда партии окончательно запутываются в своих противоречиях, на авансцене итальянской политики появляется технический премьер-министр.
Это итальянский «бог из машины», который призывается для того, чтобы разрешить накопившиеся противоречия, привести в порядок финансы и почистить авгиевы конюшни итальянского государства.
Как правило, это какой-то крупный чиновник, заслуживший всеобщее уважение своей долгой и беспорочной службой. Политические партии страны, отчаявшись добиться какой-либо эффективности в управлении, с готовностью объединяются вокруг такого государственного деятеля, обеспечивая ему солидное большинство в обеих палатах парламента.
У редкостного единодушия политических партий в такие моменты национальной истории есть две причины. Во-первых, они рассчитывают, что технический премьер возьмёт на себя роль громоотвода общественного недовольства. Он проведёт необходимые, но непопулярные мероприятия, а поддержавшие его политические партии окажутся в глазах избирателей словно бы и ни при чём и не утратят их доверия.
Во-вторых, они рассчитывают, что технический премьер в случае своего успеха не пойдёт в политику и не станет им конкурентом. Впрочем, бывает, что они ошибаются в своих расчётах. Например, технический премьер-министр Марио Монти (2011-2013) возглавил либеральную партию Гражданский выбор, которая на всеобщих выборах 2013 г. набрала 8% голосов.
За последние 30 лет в Италии было четыре таких технических премьер-министра: Карло Чампи (1993-1994), Ламберто Дини (1995-1996), Марио Монти (2011-2013) и Марио Драги (2021).
Сейчас Италия вновь живёт при техническом правительстве М. Драги, поддержанном всеми четырьмя серьёзными политическими партиями, представленными в нынешнем составе парламента.
Впрочем, возможности технического правительства ограничены. Оно может навести элементарный порядок в стране и государстве, но стратегические реформы не его профиль.
Неудивительно, что одним из последствий столь безумного государственного устройства стало засилье реакционных, антиглобалистских, антилиберальных, евроскептических сил.
Рассмотрим теперь основные политические партии этой страны.

НАЦИОНАЛИСТЫ
Националистическая Лига своими корнями уходит в движение за расширение самостоятельности богатых северных областей Италии, издавна презиравших своих бедных южных и центральных родственников и видевших в них источник всех проблем. Одно время Лига (в то время Северная Лига) выступала даже за отделение Севера от Италии. Сейчас лозунг независимости снят и заменён идеей федерализации страны.
Неудивительно, что база поддержки этой «народной партии» до сих пор заметно перекошена в сторону северных регионов. Националисты возглавляют сейчас региональные правительства в трёх северных областях (Ломбардии, Венеции и Фриули-Венеции-Джулии) и в одной центральной (Умбрия). Их главный бастион – это по-прежнему Ломбардия, самая большая и экономически развитая область страны.
Лига – антиглобалистская, антилиберальная и евроскептическая партия. Впрочем, в последние годы её евроскептицизм заметно ослаб. После мрачных последствий эксперимента с выходом из ЕС для самой Британии они вычеркнули из своей повестки дня лозунги о выходе Италии не только из ЕС, но и из еврозоны.
Лига борется за снижение налогов, в частности за введение пропорционального подоходного налога в 15%.
Националисты стоят на жёстких антииммигрантских позициях. Лига – партия антимусульманская, всячески подчёркивающая свою приверженность «иудео-христианским ценностям». Итальянские националисты стоят на клерикальных, социально консервативных позициях.
Лига входила во все правительства во главе с консерватором С. Берлюскони. В 2018-2019 г. националисты формировали большую коалицию с левыми радикалами. Сейчас они входят в правительство технического премьер-министра М. Драги, что не может не способствовать постепенному падению их популярности.

КОНСЕРВАТОРЫ-ЕВРОСКЕПТИКИ
Братья Италии – партия с очень похожей на идеи Лиги программой, но с иными социально-политическими корнями. Консерваторы-евроскептики – это прямые наследники итальянских фашистов во главе с Бенито Муссолини.
Они входили во все правительства во главе с С. Берлюскони, а в 2009 г. вообще слились с консерваторами-евроэнтузиастами в единую партию Народ свободы. Но такой альянс просуществовал недолго. В 2012 г. консервативное движение вновь раскололось на евроскептическую и еврооптимистическую ветви.
Братья Италии стремительно набирают популярность. На всеобщих выборах 2018 г. они получили всего 4% голосов, на выборах в Европарламент в 2019 г. – уже 6%, а последние опросы показывают, что консерваторы-евроскептики уже превращаются в новую «народную партию», оттесняя со 2-го места по популярности социалистов. Братья Италии возглавляют региональные правительства в Марке и Абруццо.
Рост их популярности целиком обусловлен перетоком избирателей от националистов. В отличие от Лиги, Братья Италии остались в оппозиции правительству М. Драги и превратились в точку притяжения для всех недовольных.
Консерваторы-евроскептики выступают за ещё более жёсткую антиимиграционную и антимусульманскую политику. Они требуют ввести морскую блокаду Италии, чтобы ни одно судно с нелегальными иммигрантами не могло даже приблизиться к итальянским берегам. Братья Италии призывают признать распространение исламистских идей уголовным преступлением.
Братья Италии – евроскептическая, антиглобалистская и социально консервативная партия. Они выступают за поддержку отечественных товаропроизводителей, что противоречит духу и букве законов ЕС, и требуют пересмотра основополагающих договоров Союза. При этом консерваторы-евроскептики всячески увиливают от ответа на вопрос, следует ли Италии выйти из еврозоны.

СОЦИАЛИСТЫ
Социалистическая Демократическая партия – наиболее вменяемая политическая сила современной Италии. Она возникла в 2007 г. после долгого процесса взаимного притирания правого крыла бывших коммунистов, перешедшего на социал-демократические позиции, и левого крыла бывших христианских демократов.
Демократы стоят на прогрессистких, социально либеральных и глобалистских позициях. Они евроэнтузиасты и являются сторонниками сохранения прогрессивного налогообложения.
Их социальная база – уже не столько рабочие, сколько интеллектуалы.
Демократы возглавляют региональные правительства в Лацио, Кампании, Апулии, Эмилии-Романье и Тоскане. Их представитель Джузеппе Сала является синдиком Милано.
Главный бастион демократов – это Тоскана, последний кусочек знаменитого итальянского «красного пояса». Здесь они всегда занимают 1-е место. На всеобщих выборах 2018 г. социалисты получили в Тоскане 29%, а на выборах в Европарламент в 2019 г. – 33% голосов.
Демократы (или их предшественники) не раз руководили страной. Они возглавляли правящие коалиции в 1998-2001, 2006-2008, 2013-2018 годах. В 2019-2021 годах они формировали коалицию с левыми радикалами, а сейчас входят в правительство во главе с техническим премьер-министром М. Драги.

ЛЕВЫЕ РАДИКАЛЫ
Пять звёзд – леворадикальная партия с откровенно антиэлитарной программой. Она считает главным злом профессиональных политиков и выступает с бредовой идеей, что надо сделать невозможной политическую карьеру. Будучи дважды избранным на любую государственную или муниципальную должность, политик должен затем вернуться к своей основной профессии.
«Пять звёзд» из названия партии – это пять приоритетов их деятельности в момент создания: общественное водоснабжение, общественный транспорт, устойчивое развитие, право на доступ к интернету, охрана окружающей среды.
Партия стоит на антииммигрантских позициях. Когда-то ей был свойствен и евроскептицизм, но пребывание у власти сильно отрезвило левых радикалов, и они сняли все свои бредовые лозунги о выходе из еврозоны.
Ещё недавно левые радикалы были «народной партией», особенно популярной на Юге страны, но сейчас Пять звёзд клонятся к закату. Сказалось их пребывание у власти в последние три года. В 2018-2019 годах они формировали большую коалицию с националистами, в 2019-2021 – малую коалицию с социалистами, а сейчас входят в широкую коалицию во главе с техническим премьером М. Драги.
Левые радикалы так и не смогли прийти к власти ни в одной из областей Италии, что во многом связано с тем, что они неохотно вступают в коалиции, избегая ответственности.
Самая сильная поддержка у них – в ряде южных и центральных регионов: в Молизе (44% на всеобщих выборах 2018 г. (1-е место) и 28% на выборах в Европарламент (1-е место)); в Абруццо (39% на всеобщих выборах 2018 г. (1-е место) и 22% на выборах в Европарламент 2019 г. (2-е место).
На всеобщих выборах 2018 г. они заняли 1-е место в Лацио (33%) и 2-е место в Ломбардии (21%). Левая радикалка Виктория Раджи является синдиком Рима.

КОНСЕРВАТОРЫ-ЕВРОЭНТУЗИАСТЫ
Вперёд, Италия! – некогда «народная партия» во главе с легендарным олигархом С. Берлюскони. Теперь она измельчала. Её избирателей растащили левые радикалы, националисты и консерваторы-евроскептики.
Тем не менее Вперёд, Италия! сейчас возглавляет региональные правительства в Базиликате и Молизе. На региональных выборах на Сицилии в 2017 г. она завоевала 2-е место (16%), а на региональных выборах в Калабрии в 2020 г. – 1-е (20% голосов). Сейчас Вперёд, Италия! входит в правительство технического премьера М. Драги.
Консерваторы-евроэнтузиасты считают себя главными представителями крупной и средней буржуазии. Они отстаивают идеи свободной торговли, евроинтеграции, снижения налогов (включая переход к пропорциональному обложению доходов физических лиц) и государственных расходов и дерегулирования экономики.

Михаил Зелёв, кандидат исторических наук

Прочитано 677 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту