Вход для пользователей

Не обещающие ничего хорошего партнёры

A A A

Си Цзиньпин и Владимир Путин ведут себя как закадычные друзья. Но подозрительность в отношениях между Россией и Китаем углубляется.


21 июля три китайских военных судна вошли в Балтийское море, чтобы принять участие в первых в этих водах совместных с русским флотом учениях. Две державы хотят тем самым дать понять как Америке, так и своим собственным народам: мы едины в противостоянии господству Запада и не боимся играть мышцами на заднем дворе НАТО. Учения также призваны продемонстрировать, сколь близки стали Китай и Россия, как много изменилось со времён их едкой вражды 1960–1980-х годов.
В последние недели не было недостатка в подобном символизме. В этом месяце по пути на встречу в верхах «большой двадцатки» в Германии китайский президент Си Цзиньпин остановился в Москве. Там его партнёр Владимир Путин повесил ему на шею искусно сделанный орден Андрея Первозванного – высшую государственную награду России.
На встрече «большой двадцатки» «только два вождя излучали спокойную уверенность», заявил в своей телепередаче сторонник Кремля Дмитрий Киселёв, имея в виду Путина и Си Цзиньпина. «Россия поворачивается на восток. Китай поворачивается на запад, лицом к России», – напирал он.
С тех пор как Си Цзиньпин стал китайским вождём, он посещал Москву чаще, чем какую-либо другую иностранную столицу. В 2013 г. во время встречи в Индонезии глав государств и правительств Азиатско-Тихоокеанского региона, он даже почтил своим присутствием частную вечеринку по поводу дня рождения Путина. За водкой и бутербродами они говорили о боевом опыте своих отцов, прошедших Вторую мировую войну (отец Путина воевал против Германии, отец Си Цзиньпина – против Японии).
В 2015 г. Си Цзиньпин был почётным гостем на военном параде по случаю 70-летия окончания войны, который из-за русской интервенции на Украину бойкотировали западные вожди. Четыре месяца спустя Путин присутствовал на параде в Пекине по случаю победы Китая над Японией. Из руководителей стран-союзников Америки тот парад почтила своим присутствием только тогдашний президент Южной Кореи Пак Кын Хе.

 


Приятели-самодержцы
Си Цзиньпину и Путину хорошо друг с другом из-за их самодержавных наклонностей. Китай списал у России суровый закон об НКО. Кремль попытался перенять китайский опыт цензуры в Интернете.
Во время недавнего визита Си Цзиньпина в Москву два вождя выслушали речь Маргариты Симоньян, главы RussiaToday – кремлёвского телеканала, вещающего на иностранных языках. Симоньян сказала им, что Россия и Китай являются жертвами «информационного террора», развязанного западными средствами массовой информации. Она сказала, что две страны должны помочь друг другу, поскольку «мы в одиночку противостоим могучей армии основного направления западной журналистики».
Си Цзиньпин обещал помочь. Русский Первый канал – главный телеканал страны, раздувавший антиамериканскую истерику и поддерживавший захват Россией украинских земель, – добился разрешения начать кабельное вещание в Китае с китайскими субтитрами. Этот проект назвали Катюшей. Два вождя оказались шутниками, ведь так называлась советская боевая машина реактивной артиллерии.
Разрыв отношений России с Западом в результате столкновения на Украине вынудил её двинуться навстречу Китаю. Но этот дух товарищества скрывает фундаментальные различия между двумя странами.
России Китай нужен гораздо больше, чем Россия Китаю. России неудобны столь неравноправные отношения, ярко высвечивающие все натяжки в заявлениях Кремля о русском величии.
Россия опасается своего гораздо более многонаселённого и обладающего большими экономическими возможностями соседа, который к тому же быстро наращивает свою военную мощь.
С другой стороны, Китай тревожит стремление России изменить мировой порядок, сложившийся после окончания «холодной войны». Он выиграл от глобализации гораздо больше, чем Россия, и не склонен ломать существующий порядок вещей.
Возьмём ответ Китая на русское вторжение на Украину. Пекинские вожди закрыли на это глаза (как и Россия на захват Китаем спорных рифов в Южнокитайском море).
Но Китай формально не признал присоединение Россией Крыма. Китайские чиновники опасаются, как такие события могут быть истолкованы в самом Китае.
После того как Крым проголосовал на незаконном референдуме за присоединение к России, цензоры в Китае указали средствам массовой информации, чтобы те поменьше освещали это событие. Они бы не хотели, чтобы жители Тайваня, Тибета или Синьцзяна задумались о возможности таким же способом определить своё собственное будущее. Они также не хотят, чтобы китайские националисты начали шумно требовать более решительных шагов по присоединению Тайваня.
Для Китая крайне важны экономические, а значит, и политические связи с Америкой. Напротив, торговля России с Америкой ничтожно мала. В торговле с Россией Китай интересуют в основном нефть и газ.
В прошлом году Россия обогнала Анголу и Саудовскую Аравию и стала главным поставщиком нефти в Китай. В 2014 г. Россия и Китай подписали соглашения стоимостью (по оценкам) в 400 млрд долл. на поставку по новому газопроводу природного газа в Китай с двух месторождений в Восточной Сибири. Поставки должны начаться в декабре 2019 г.
Но торговые переговоры нередко принимают жёсткий  характер. Россия хотела бы перенаправить в Китай нефть и газ, ныне поставляемые в Европу из Западной Сибири. Но две страны так и не смогли договориться о финансировании строительства необходимых для этого новых трубопроводов. Учитывая нынешние низкие цены на газ, Китай упорно не хочет вкладывать свои средства в строительство.
Кроме этого, Китай интересует только экспорт вооружений. После падения Советского Союза в 1991 г. Россия продала Китаю вооружений на 32 млрд долл. Это почти 80% китайского импорта вооружений.
Недавно Россия поставила в Китай передовую зенитную ракетную систему С-400 и прекрасные истребители Су-35. Кремль беспокоят намерения Китая скопировать эти разработки.
Однако Александр Габуев из Московского центра Карнеги говорит, что Россия уже смирилась с тем, что технологический прогресс Китая неостановим. Россия может лишь постараться заработать побольше денег на продаже оружия Китаю, пока Пекин не решил производить его сам.
Так что Россия преследует здесь не стратегические, а меркантильные интересы. Одновременно она продаёт вооружения соперникам Китая – Индии и Вьетнаму.


Шёлковое очарование
Поскольку в результате санкций Россия лишилась доступа на мировые финансовые рынки, Китай превратился в главный источник финансирования России. Главными выгодоприобретателями стали друзья Путина, которыми гнушается Запад.
Один из них – Геннадий Тимченко («наш человек в Китае», как назвал его Путин). Вместе с зятем Путина Тимченко владеет нефтехимической компанией СИБУР. В декабре 2015 г. СИБУР продал 10% своих акций Sinopec – крупнейшей в Китае государственной нефтеперерабатывающей компании – за 1,3 млрд долл. В прошлом году  СИБУР продал ещё 10% своих акций китайскому государственному Фонду шёлкового пути, который осуществляет капиталовложения в строительство инфраструктуры.
С точки зрения китайских вождей, помощь таким людям – это цена за поддержание устойчивых поставок энергоносителей и вооружений. Они не думают, что из экономических связей с Россией можно что-то выжать сверх этого. «Для Китая Россия – это, прежде всего, вопрос безопасности, а не экономической выгоды», – говорит один китайский эксперт.
Изменить положение могут только основополагающие экономические реформы в России. Но, пока Россией правит Путин, на это нет никакой надежды. Частные инвесторы из Китая чураются России точно так же, как и их западные коллеги. Там нет ни внушающей доверие судебной системы, ни чётко определённых прав собственности.
Один крупный русский банкир, работающий в Китае, говорит, что даёт себя знать и глубоко укоренившееся в Кремле презрение к Китаю. «Главная проблема России заключается в том, что она не знает, чего хочет. Наше правительство хочет китайских денег без китайцев», – говорит он.
Китай трезво смотрит на возможности России. Он видит её слабость и упадок.  К этим же выводам приходили и все американские администрации.
Но если американские вожди предпочитают не обращать внимания на Россию, то у китайцев здесь иная линия поведения. Они считают, что озлобленная и клонящаяся к упадку ядерная держава требует особого внимания. Видя, как Россия становится всё более серьёзной проблемой для Запада, они не хотят, чтобы она стала головной болью и для Китая.
Они знают из истории, какой проблемой может быть Россия. «Нерушимая дружба», провозглашённая Сталиным и Мао Цзэдуном в 1950 г., чуть не закончилась войной между двумя странами 20 лет спустя.
Фу Ин, бывший китайский дипломат, а ныне член парламента, вспоминает о своём страхе, когда он подростком жил близ русско-китайской границы, где напротив друг друга стояли сотни тысяч советских и китайских солдат. Угроза войны тогда была очень велика. «То обстоятельство, что теперь мы друзья и больше не боимся друг друга, очень важно само по себе», – говорит Фу Ин.
Россия тоже нервничает по поводу Китая. Несмотря на совместные манёвры на этой неделе в Балтийском море (а также в Южнокитайском и Средиземном морях в последние два года), она проводит учения и для подготовки к возможному столкновению с Китаем.
Россия опасается, что в один прекрасный день её густонаселённый сосед может решить захватить её редконаселённые восточные земли. Русские военные стратеги помнят историю: хотя китайское правительство и не говорит этого из вежливости, простые китайцы знают, что часть этого региона, включая Владивосток, была китайской до XIX в.
Две страны борются за влияние в Средней Азии, где Китай уже стал главным торговым партнёром для всех бывших советских республик (кроме Узбекистана), равно как и основным инвестором.
России нравится считать себя ведущей военной и политической силой в этом регионе, тогда как Китай сосредоточен на экономике. Однако Бобо Ло, австралийский знаток международных отношений, утверждает в своей недавно вышедшей книге, что подобная расстановка сил неустойчива.
Инициатива Си Цзиньпина «Пояс и путь», призванная связать Китай со Средней Азией и странами, лежащими за ней, при помощи инфраструктурных и энергетических проектов, превратит Пекин в самую влиятельную политическую силу в регионе.
Асимметрия между Россией и Китаем особенно заметна на Востоке России. Несколько лет назад местные жители ездили тратить свои быстро растущие доходы в Китай. С тех пор рубль и русская экономика сильно ослабли. Теперь они смотрят на тратящих много денег китайцев как на своих спасителей. Число таких гостей быстро растёт (правда, мало кто из них потом приезжает во второй раз).
Во Владивостоке туристический агент рассказывает, что в городе до сих пор нет достаточного числа приличных гостиниц для приёма туристов. На улицах молодые русские пытаются продать им старые советские монеты и купюры.
Легко ощущается чувство стыда, который испытывают местные жители за упадок своей страны, особенно на фоне подъёма Китая. В одной из гостиниц китайские туристы набились в душный ресторан и смотрят на едва одетых танцовщиц и женщин, поющих русские народные песни. Одна из них выбегает на улицу глотнуть свежего воздуха. На её лице гримаса боли и унижения. И вряд ли её приободрит мысль, что в восьми часовых поясах к западу отсюда, в Балтийском море, находятся китайские суда.
The Economist,
29 июля 2017 г.

Поиск по сайту

Реклама