Самое читаемое в номере

Свободная торговля. Но какой ценой?

A A A

Американская экономика крупно выигрывает от свободной торговли. Но связанные с ней издержки были усилены политическими провалами.


В эту предвыборную кампанию так много говорится о вреде свободной торговли, что кажется, что Америка вот-вот отгородится от мира стеной. Доналд Трамп угрожает ударить 45-процентной пошлиной по китайскому импорту и заставить фирмы вернуть свои фабрики в Америку. Берни Зандерс гордо заявляет о своём решительном неприятии всех соглашений о беспошлинной торговле.
А Хиллари Клинтон, поддерживавшая последнее торговое соглашение – Транстихоокеанское партнёрство (ТТП) – когда была государственным секретарём, теперь выступает против него.
Кандидаты в президенты и раньше так себя вели. Но теперь вероятность протекционистской политики возросла из-за того, что произошли серьёзные перемены в оценке экономистами последствий либерализации. Многие из них теперь стали более критически относиться к соглашениям о беспошлинной торговле.
С 1980-х годов американское народное хозяйство постепенно открывалось для дешёвого импорта. Этот процесс резко ускорился в
1993 г., когда президент Билл Клинтон подписал Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА) с Мексикой и Канадой. Это было первое большое торговое соглашение, которое Америка подписала с бедной страной. За десятилетие оно привело к отмене большей части таможенных пошлин в торговле между тремя странами.
Согласно данным Института Питерсона, с 1993 г. по 2013 г. импорт из Мексики (без учёта поставок энергоносителей) вырос почти в 5 раз. А экспорт в Мексику вырос примерно 3,5 раза.
Но эффект от подписания НАФТА был ограничен небольшими размерами мексиканской экономики (ВВП США превышает ВВП Мексики более чем в 10 раз). Но впереди ждало новое, гораздо более сильное потрясение: в 2001 г. Китай вступил во Всемирную торговую организацию (ВТО). Хотя таможенные пошлины тогда не изменились, США накрыло цунами дешёвого китайского импорта.
Китайский импорт вырос с 1% американского ВВП в 2000 г. до 2,7% в 2015. Членство в ВТО вселило уверенность в тех, кто инвестировал в ориентированные на экспорт отрасли китайской промышленности, что Америка не поднимет ввозные пошлины.
Как бы там ни было, дешёвый импорт обрушился на американских потребителей. Если не учитывать продовольствие и энергоносители, то цены на товары снижались каждый год после подписания НАФТА. Одежда сейчас стоит столько же, что и в 1986 г.; меблировка дома сейчас обойдётся дешевле, чем 35 лет назад.
Расширение торговли расширило и выбор потребителей. Экономисты Роберт Лоренс и Лоренс
Эдуардс подсчитали, что только торговля с Китаем позволила каждому американцу ежегодно экономить 250 долл. начиная с 2008 г. И выиграли от этого больше всего самые бедные, поскольку они тратят на приобретение товаров большую долю своего дохода, чем богатые.
В то же время либерализация торговли создала новые рынки для американских фирм. В 1993 г. Америка поставляла Мексике автомобилей и комплектующих к ним почти на 10 млрд долл. в сегодняшних ценах. К 2013 г. этот показатель вырос до 70 млрд долл.
Экспорт в Китай вырос почти на 200% с 2005 г. по 2014 г. Ведущее место в нём занимают сельскохозяйственные продукты, авиатехника и автомобили. Часть рабочих выиграла от роста экспорта, поскольку ориентированные на экспорт фирмы платят больше (по некоторым оценкам, на 18%).
Вынос за рубеж низкооплачиваемых сборочных операций также увеличил производительность американских высококвалифицированных работников. Например, перенос Apple сборки айфонов в дешёвый Китай привёл к росту доходов их разработчиков в Америке.
Достижения и потери
Но у свободной торговли есть проблемы. Трудно составить точное представление о её влиянии на экономику. Выгоды от неё трудно ощутить напрямую, поскольку они распределены между большими группами населения. Наоборот, издержки от неё легко ощутимы. Дешёвый импорт смертелен для многих американских фабрик, в частности в «ржавом поясе» Среднего Запада и на Юге.
Резкое сокращение занятости
в американской обрабатывающей промышленности началось в
2000 г., что совпало с увеличением китайского импорта.
Недавнее подробное исследование Дарона Аджемоглу, Дэйвида Отора и других пришло к выводу, что с 1999 г. по 2011 г. конкуренция со стороны Китая стала причиной ликвидации 1 млн из 5,5 млн рабочих мест, сокращённых за это время в обрабатывающей промышленности (в других отраслях промышленности наблюдалось примерно такое же сокращение).
Это значит, что здесь оказывают влияние и другие факторы. Похоже, что главный виновник сокращения занятости в обрабатывающей промышленности – это технический прогресс. Рост производительности труда в промышленности ошеломляет. Например, с
1994 г. доля автомобилестроения в ВВП – а здесь не учитывается зарубежное производство американских фирм – упала на 10%. Но число рабочих мест в этой отрасли сократилось на 30%.
Это приводит к ложному впечатлению, что американское автомобилестроение вынесло за рубеж большую часть своего производства. Технический прогресс в обрабатывающей промышленности столь велик, что если бы завтра с карты мира исчез Китай, в Америку вернулось бы гораздо меньше рабочих мест, чем она потеряла.
Однако ещё одно недавнее открытие экономистов, изучающих международную торговлю, заключается в том, что сокращение рабочих мест, вызванное либерализацией, хоть и относительно невелико, но крайне болезненно по сравнению с тем, что вызвано техническим прогрессом. До недавнего времени большинство экономистов полагало, что потерявшие рабочие места работники сравнительно легко находят новую работу.
Однако многие рабочие, потерявшие работу из-за китайского импорта, не нашли себе новую. Отор и его коллеги показали, что на местном уровне сокращение рабочих мест из-за либерализации не возмещалось появлением новых, и уволенным рабочим просто негде было устроиться заново.
Низкоквалифицированные рабочие ищут ту же работу, с которой были уволены. А она столь же подвержена новым сокращениям рабочих мест. Экономика теперь неприветлива к тем, кто ищет работу, не имея университетского диплома.
Обвал на рынке недвижимости конца 2000-х годов, загнавший в ловушку многих американцев, только ухудшил положение. Новые исследования подкрепили утверждение с сомнением относящегося к глобализации Дэни Родрика: «Если вы низкоквалифицированны, малообразованны, не очень мобильны, то международная торговля будет приносить вам плохие новости всю вашу жизнь».
Пострадавшие от либерализации обращаются за помощью к правительству. Одна из страховочных сеток в этом случае – это «Помощь в приспособлении к либерализации торговли» (ППЛТ) – программа, запущенная в 1962 г. и резко усиленная после подписания НАФТА. Если рабочие обращаются в Министерство труда с заявлением о ППЛТ, то им продлевают срок получения пособия по безработице.
На протяжении большей части 2000-х годов срок продлевали на 6 месяцев. К тому же участники программы могут рассчитывать на помощь в переподготовке и получать всё это время пособие. Те, кому за 50, также получали ежегодную доплату в размере до 12 тыс. долл. на протяжении двух лет в случае перехода на более низкооплачиваемую работу.
До 2009 г. возможность получения ППЛТ для тех, кто пострадал от китайского импорта, была ограничена, поскольку с китайцами не существовало соглашения о свободной торговли.
Но даже у тех, кто имел право на ППЛТ, предоставляемая поддержка была удручающе недостаточной. Только 1/3 проходила программы переобучения, возможно, из-за того, что на них выделялось слишком мало средств: всего 1700 долл. на одного потерявшего работу в 2007 г.
Система доплаты при устройстве на менее оплачиваемую работу, конечно, лучше, чем ничего, но она недостаточна, поскольку потери в зарплате часто превышали 20%. Эти доплаты не распространялись на молодёжь, терявшую большую часть того, что она заработала за всю свою прежнюю жизнь.
Разрази громом их прогресс
Экономисты были неправы в 1990-е годы, когда полагали, что издержек либерализации внешней торговли, о которых предупреждали учебники, удастся как-нибудь избежать. Теперь ясно, что всё оказалось хуже, чем думали сначала.
Однако и огромные выгоды от либерализации тоже не мираж. Сомневающиеся в необходимости либерализации внешнеторговой политики полагают, что рабочим лучше жилось в эпоху до 1980-х гг., когда был сильнее протекционизм. Тогда и темпы роста были выше. Однако уровень жизни сегодня значительно вырос. Возрождение торговых барьеров, мешавших этому, –  бессмысленный и пагубный путь помощи неквалифицированным.
Предполагаемый выигрыш от будущих соглашений о свободной торговле вполне может возместить потери пострадавшим, если, конечно, этим озаботится правительство. Экономисты Питер Петри и Майкл Пламмер полагают, что ТТП увеличит доходы американцев на 131 млрд долл. (0,5% ВВП). Это в 100 раз больше, чем Америка потратила на «помощь в приспособлении к либерализации торговли» в 2009 г.: тут столько можно будет сделать для пострадавших.
Возможны и новые выгоды от этого соглашения. Кое-кто надеется, что со временем к ТТП может присоединиться Китай. Китайский городской средний класс удвоится в ближайшее десятилетие. Он будет предъявлять спрос на услуги – от финансовых до телекоммуникационных – который может удовлетворить Америка.
Новые возможности связаны и с Европой. Участники переговоров надеются, что грядущее Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство согласует стандарты по обе стороны Атлантики в таких отраслях, как фармацевтика, телекоммуникации и транспорт. Устранение всех этих нетарифных барьеров может, по самым оптимистическим оценкам, привести к росту американского ВВП на 3%.
Американцы не знают этих фактов. Недавний опрос Gallup обнаружил, что 58% рассматривают либерализацию внешнеторговой политики как возможность, а 34% – как угрозу.
Исследования показывают, что чем большему числу местных рабочих приходится конкурировать с импортом, тем меньшее число голосов получают политики, находящиеся у власти. Это хорошо усвоили кандидаты в президенты.
Если Америка хочет пожинать плоды либерализации внешнеторговой политики, она должна возместить потери тем, кто пострадал от неё. Вы можете выступать против протекционизма, можете выступать против перераспределения доходов. Но выступать и против того, и против другого становится всё труднее.
The Economist, 2 апреля 2016 г.

Прочитано 798 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту