Здесь, чтобы остаться

A A A

30 миллионов мусульман, живущих в Европе и Америке, постепенно интегрируются в местное общество. Значительное присутствие мусульман на Западе наблюдается на протяжении уже трёх поколений. И хотя с обеих сторон сохраняется обеспокоенность, мусульмане и коренное население становятся ближе друг к другу.

Каждую пятницу после полудня Богоявленская церковь в Вашингтоне, расположенная у самого Белого дома, превращается в мечеть. Сотни мусульман падают ниц по направлению к Мекке на расстеленных на полу молитвенных ковриках.
Среди паствы – агенты Министерства внутренней безопасности и ФБР, чиновники из Государственного департамента и целый выводок юристов из Министерства юстиции. Имамом здесь является чиновник из Министерства финансов. В своих проповедях он старается делать акцент на политических вопросах.
Прошло много времени с тех пор, как в XVI в. в Америке появились первые мусульмане. Они были рабами из Западной Африки. В конце XIX – начале XX в. Америку захлестнула волна состоятельных арабов. Они приехали учиться, да так и остались здесь, пополнив ряды американского среднего
класса.
Мусульмане поняли, что им легче интегрироваться в эту нацию иммигрантов, чем в оседлое европейское общество. За исключением нескольких городов, вроде Дирборна (Мичиган), мусульмане размазаны по Америке тонким слоем. Всего их тут живёт 3,5 млн человек (1,1% населения).
Отношения Европы с исламом были более долгими, глубокими и острыми. Впервые эта религия пришла в Европу в VIII в., когда в Испании утвердился халифат. Потом она вернулась в начале XIV в., когда в Юго-Восточную Европу пришли османы.
Оба раза мусульмане приходили с мечом, а изгоняли их спустя полтысячелетия.
В XX в. судьбы европейских мусульман тоже отличались от судеб американских. Миллионы мусульман остались в Европе после поражения османских армий.
Но в Европу пришли и новые мусульмане в качестве солдат и рабочих. Европейские державы привлекли из своих колоний порядка 3,5 млн мусульман для того, чтобы сражаться в двух мировых войнах. Многие из них потом уехали домой, но на их место прибыли другие, чтобы заняться ликвидацией нанесённого войнами ущерба.
За первые 20 лет после 1945 г. западноевропейские правительства завербовали сотни тысяч рабочих-мигрантов из самых разных мест. Британия завозила пакистанцев из гор Кашмира и с нагорья Силхет (современный Бангладеш), Франция обратилась к своим североафриканским владениям, а Германия ввозила рабочих с холмов Анатолии (Турция).
Ожидалось, что они уедут домой, когда перестанут быть нужны, а они, наоборот, стали перевозить в Европу свои семьи. Германия не торопилась даровать им и их детям, родившимся на немецкой земле, своё гражданство.
А недавний поток соискателей политического убежища, бежавших от многочисленных войн в мусульманском мире, привёл к изменению демографической ситуации. Только в 2014-2016 годах в Европу прибыло около 1 млн иммигрантов. Большинство из них арабы. Германия приняла половину из них.

inopress
Мы ждали рабочих, а приехали люди
Если не считать Россию и Турцию, то сегодня Европа является домом для почти 26 млн мусульман. Это примерно 5% её населения.
Как правило, мусульмане значительно моложе, чем коренные жители. Во многих европейских городах имя Мухаммад (в разных вариантах) стало самым популярным среди имён новорождённых.
Точные данные найти трудно. Кроме того, мусульмане – неоднородная группа. Они различаются по религиозной практике, культуре и этнической принадлежности. Их жизненный опыт также меняется от страны к стране.
Британское право защищает разнообразие в религиозной практике, а во Франции в общественных учреждениях, включая школы, запрещено ношение религиозных символов, например, платков.
Французские мусульмане не столь религиозны, как британские, а немусульмане Франции всё более счастливы иметь среди своих соседей мусульман и всё чаще заключают с ними браки.
В некотором роде волна мусульман, прибывших на Запад в XX в., прекрасно интегрировалась. Многие из них приезжали из самых безграмотных уголков мусульманского мира в промышленные города.
Они часто были выходцами из больших семей. Их дети прошли долгий путь, чтобы ликвидировать своё отставание в образовании, зарплате и образе жизни от коренного населения принявших их стран.
Среди мусульман в западных странах всё больше известных политических деятелей. На промежуточных выборах в ноябре американцы впервые избрали в Конгресс двух мусульманок: Рашиду Тлаиб и Ильхан Омар.
Лондоном руководит его первый мэр-мусульманин Садик Хан. Бургомистром крупнейшего порта Европы – Роттердама – является родившийся в Марокко Ахмед Абуталеб.
Мусульмане играют всё более значительную роль в западном искусстве, спорте и моде.
Но последние два десятилетия были омрачены насилием и страхом. С 2000 г. на Западе были убиты в результате нападений бойцов джихада более 3670 человек, в том числе 2996 человек 11 сентября 2001 года в Америке. За этот же период 119 человек стали жертвами антимусульманских нападений.
Бойцы джихада – это мельчайшая бахрома на ковре мусульманского сообщества Запада, но эти террористические нападения создали в общественном мнении этих стран представление об исламе как о некой смутной угрозе.
Эти страхи всячески раздувают крайне правые партии. Даже непродолжительное применение насилия приводит к тому, что в отношениях между мусульманами и коренными жителями принимающих их западных стран возникает насторожённость или кое-что похуже.
Американские мусульмане до самого последнего времени считали, что их обошла судьба их европейских единоверцев. Среди них было больше представителей среднего класса, они были лучше интегрированы и наслаждались более гармоничными отношениями с выбранной ими страной.
Но сочетание вовлечённости Америки в дела Ближнего Востока, ответа бойцов джихада на это и сопутствовавшего подъёма белого национализма разрушило гармонию.
По данным одного исследования, проведённого в 2017 г., 42% школьников-мусульман в Америке сказали, что стали жертвами хулиганства из-за своей веры.
Каждый пятый американец считает, что у его мусульманских сограждан не должно быть права голосовать. Президент Дональд Трамп лишь раздувал эту враждебность во время предвыборной кампании, предлагая ввести «полный и окончательный запрет для мусульман на въезд в Соединённые Штаты».
Вскоре после того, как он занял своё кресло, Трамп попытался ввести запрет на выдачу виз гражданам шести преимущественно мусульманских стран. А в прошлом месяце он вновь всколыхнул страх перед мусульманской иммиграцией, сказав, что у мексикан-ской границы, где он хочет построить стену, были оставлены молитвенные коврики.
Смена поколений в мусульманском сообществе ведёт к изменению подходов его членов к вопросу о приспособлении к жизни на Западе.
Гибкость и плюрализм помогали исламу оставаться одной из мировых религий на протяжении 1400 лет, но недавно западным мусульманам пришлось разработать новую теологию для жизни в качестве маленького меньшинства среди немусульман, не будучи при этом их правителями. Это прогрессивное явление.
Первое поколение мусульман-иммигрантов в основном приняло Запад таким, как он есть, и постаралось быть незаметным, поскольку не было уверено, на какое время здесь удастся остаться. Они принесли с собою свои обряды и обычаи и смотрели на страны своего происхождения как на источник удовлетворения своих духовных нужд.
Имамы приезжали из Турции, Северной Африки и Южной Азии. Некоторые мусульманские страны финансировали строительство на Западе мечетей и управляли ими.
По мере укрепления связей с Западом контакты со странами происхождения слабели. Религия становилась более важной стороной индивидуальности, чем этническое происхождение.
Второе поколение мусульман на Западе отвергло спокойную и смиренную веру своих родителей и стало искать проповедников, которые говорили бы на их языке и понимали их тревоги. Часто это делалось через интернет. Они жаждали религии, которая всё бы им разрешала.
В самом крайнем случае это выливалось в обращение к насилию. Бойцы джихада – это в подавляющем большинстве случаев либо представители второго поколения мусульман-иммигрантов, либо новообращённые.
Третье поколение мусульман, которым сейчас от 15 до 37, чувствует себя увереннее и в отношениях с исламом, и в своей западной индивидуальности. Оно способно взаимодействовать с политической и с правовой системой, а также с элитой. Религия всё более становится вопросом личного выбора.
Более 10000 мечетей Запада представляют весь спектр мусульманских верований: от деобанди до молитв под руководством женщины. Многие полностью порвали с религией.
Недавний опыт заставляет мусульман беспокоиться за своё будущее на Западе. Но если нынешние тенденции сохранятся, то можно будет говорить о начале новой фазы.
Спустя три поколения после своего прибытия на Запад, мусульмане приспособили свою теологию к существованию в очень разнообразных обществах, где действуют светская система правления, а исламу не принадлежит власть. Одним словом, они строят западный ислам.
The Economist,16 февраля 2019 года.

Прочитано 804 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту