Михаил Николаевич Тухачевский (1893-1937): практик и теоретик войны

A A A

«Улица Московская» предлагает вниманию читателей перевод статьи Кристофера Макпаддена.
Фигура Михаила Николаевича Тухачевского привлекала меня с тех пор, как в возрасте 13 лет прочитал книгу воспоминаний о нем его соратников и друзей, изданную в 1967 г. Время от времени искал в отечественной литературе что-то новенькое про него.
В последние годы с развитием Интернета перенес свои поиски сюда. Наконец, не находя ничего принципиально нового, обратился к источникам на английском языке и обнаружил, что современные американские военные очень ценят Тухачевского, зачисляют его в зал славы полководцев и военных теоретиков всех времен.
Полагаю, что в  нынешних условиях роста военно-политического противостояния между Россией и США, между Россией и Турцией, страной – членом блока НАТО, в условиях, когда Вооруженные Силы РФ принимают участие в боевых действиях на территории Сирии, стоит рассказать о том, за что американские военные ценят Тухачевского.
 Во всяком случае американский взгляд на наследие Тухачевского как военного мыслителя дает понимание того, каким образом ВС США могут использовать его в борьбе против России.
Валентин Мануйлов

 

makpadenСправка:
Кристофер Макпадден, окончил Американскую военную академию в Уэст-Пойнте (Нью-Йорк) и Колледж для армейского командного и генеральского состава в Форт-Ливенуорте (Канзас). Окончил также Брауновский университет (Род-Айленд) с дипломом магистра истории.
В момент издания статьи в 2006 г. имел звание подполковника и служил начальником отдела оперативного военного планирования в Центральном командовании США. После этого служил в Афганистане. Ныне имеет звание бригадного генерала.
С 13 февраля 2015 г. служит заместителем начальника отдела стратегического планирования Объединённого комитета начальников штабов США.


Предисловие
Сунь Цзу в «Искусстве войны» писал: «Военачальник, который понимает войну, является властителем судеб народа».
Михаил Николаевич Тухачевский был военачальником как раз такого типа – и как личность, и как практик военного дела, и как человек, внёсший вклад в развитие военной теории. В этой статье рассматриваются все три его ипостаси.
Мы постараемся показать Тухачевского как офицера, обладавшего потрясающей способностью к теоретическому осмыслению практики ведения войны и предвидению современных форм войны на тактическом, стратегическом и оперативном уровнях.
Его военная доблесть и теоретические работы сильно повлияли на советское военное искусство в межвоенные годы, на советские операции на Восточном фронте против немцев и на развитие оперативного мышления на протяжении всех последующих десятилетий ХХ в. далеко за пределами Советского Союза.
Примечательно, что многие из оперативных идей, выдвинутые Тухачевским в его статье «О новом Полевом уставе РККА» (1936), нашли отражение в американской концепции воздушно-наземных операций, сформулированной в 1970-1980-е годы, и по сей день остаются основой американской военной доктрины.
Проявленная Тухачевским отвага и его вклад в военное искусство обеспечили ему широкое признание как теоретику ведения войны в ХХ в. Возможно, что историки будущих поколений будут ещё очень долго обнаруживать его влияние на развитие военного искусства.


Введение
Сегодня мало кто, за исключением, возможно, специалистов по военной и советской истории, слышал о советском военачальнике Михаиле Николаевиче Тухачевском. Даже те, кто изучает его биографию и пишет о нём, затрудняются дать точную характеристику этому историческому деятелю.
Шимон Наве утверждает, что некоторые коллеги Тухачевского считали его «очаровательным интеллектуалом, тонким и артистичным человеком, обладателем проницательного и творческого ума, поклонником западной цивилизации».
Но Наве отмечает, что другие характеризовали его как «князя тьмы, бонапартиста, Антихриста, антисемита, поклонника нацистов, мясника, воинствующего коммуниста, прагматика, романтичного монгола и настоящего Чингисхана».
Ричард Симпкин описывает Тухачевского столь же парадоксальным способом: «Одни видели в нём блистательного идеалиста безукоризненной честности, несколько остановившегося в своём развитии из-за суровых условий войны и семейных проблем». И тут же: «Некоторые описывали его как яркого оппортуниста, движимого стремлением безжалостно использовать в своих интересах идеи, людей и события».
Симпкин заключает, что, возможно, он был и тем, и другим одновременно, этакими «Джекиллом и Хайдом, находящимися в отношениях умелого сотрудничества; возможно, в этом был секрет и его успехов, и его падения». Вот эти последние слова об умелом сотрудничестве весьма проницательны как в свете его личной жизни, так и в свете его деятельности как военачальника и военного теоретика.
Чтобы понять вклад Тухачевского в развитие военного искусства, надо быть хорошо знакомым с различными разделами военной науки (тактикой, стратегией и оперативным искусством). Для простоты в этой статье мы будем использовать применяемые в современной американской армии определения тактики, стратегии и оперативного искусства.
Низший уровень – тактика – предполагает управление действиями отдельных солдат и воинских формирований вплоть до корпуса. Высший уровень – стратегия – предполагает управление войсками в масштабах всего театра военных действий и в целом вооружёнными силами государства.
Оперативное искусство – это мостик между тактикой и стратегией. Этот третий уровень военного искусства обособился в начале ХХ в., и Тухачевский внёс огромный вклад в его развитие. Он предполагает планирование, организацию и проведение военных кампаний, основных операций и сражений ради достижения стратегических целей.
Вопрос о том, когда и где зародилось оперативное искусство, является предметом многочасовых жарких споров между маститыми военными теоретиками и историками. Можно выделить четыре группы учёных, придерживающихся разных подходов к этой проблеме.
Первая группа полагает, что оперативное искусство столь же старо, как и само военное искусство, и восходит своими корнями к таким знаменитым полководцам древности, как Александр Великий и Чингисхан.
Другие относят его зарождение ко временам Наполеоновских войн и кампании 1864 г. под командованием Гранта.
Третьи считают, что своим происхождением оперативное искусство обязано таким советским военным мыслителям, как Свечин, Тухачевский и Триандафиллов.
Четвёртая группа считает, что оперативное искусство является результатом развития американской военной доктрины в 1970-е–1980-е годы, нашедшим отражение в идее воздушно-наземной операции из Армейского полевого устава.
Несмотря на то, что этот вопрос остаётся спорным, очевидно, что именно в трудах советских теоретиков межвоенного периода, и в том числе в работах Тухачевского, впервые чётко говорилось об оперативном искусстве. Так что зарождение теории оперативного искусства относится самое позднее к межвоенному периоду.
Тухачевский и другие теоретики того времени, мыслившие в том же направлении, явились первопроходцами новой теории. Они впервые сформулировали подходы к оперативному уровню военного искусства, разработали его терминологию, что оказало огромное влияние на развитие советского и в целом современного военного знания.


tuhachevskiyЖизнь Тухачевского
Он родился 4 февраля 1893 г. Тухачевский был четвёртым ребёнком из девяти детей и жил на железнодорожной станции Вышегор на линии Смоленск – Вязьма в 350 км к юго-западу от Москвы. Его отец был мелким помещиком. В 1904 г., когда Михаилу было 11 лет, его семья переехала в Пензу, находящуюся в 550 км к юго-востоку от Москвы. Он учился в Пензенской гимназии. В 1909 г. семья переехала в Москву, где он продолжал учиться в гимназии и поступил бы в университет, если бы его родители могли себе позволить ещё шесть лет учёбы сына.
В возрасте 18 лет жизнь Михаила повернулась лицом к армии. Он выдержал очень трудные экзамены и по их итогам поступил  16 августа 1911 г. «седьмым по списку
в 1-й Московский Императрицы Екате-рины II кадетский корпус».
Менее чем через год, 1 июня 1912 г., он окончил корпус и поступил в Александровское военное училище, где его преподавателем был В. А. Березовский, специалист по русско-японской войне. Два года спустя, 12 июня 1914 г., он окончил училище с одним из самых высоких показателей по успеваемости за всю его историю.
После окончания Александровского военного училища Тухачевский был направлен служить в лейб-гвардии Семёновский полк. Это стало началом основанной на счастливом стечении обстоятельств крайне непредсказуемой и стремительной военной карьеры. Через несколько недель после окончания училища он попал со своим полком на Прусский фронт в составе 7-й роты 2-го батальона, став участником военных действий.
В одном из боёв, согласно приказу по полку от 27 февраля 1915 г., он был объявлен пропавшим без вести. На самом же деле он попал в плен к немцам, откуда 5 раз пытался бежать. В итоге немцы перевели его в лагерь для «плохих мальчиков» в Баварию, на берег Дуная. Там его соседом был де Голль.
К 12 октября 1917 г. Тухачевский вернулся в Россию после своего пятого побега. Там шла революция и уже не было той царской армии, в которую он мог бы вернуться. Как отмечает один из авторов, он, по всей видимости, «взвесив все за и против, решил поехать домой».
Уже дома Тухачевский свыкся с мыслью о революции. В 1918 г. в Москве он встретился с Троцким, наркомом по военным делам, который предложил ему перейти на службу к коммунистам. 5 апреля 1918 г. он вступил в партию и был назначен Троцким военным комиссаром Московского района обороны.
В 1918 г., во время Гражданской войны, он женился на Марусе Игнатьевой, которая не раз приезжала к нему на фронт. Возвращаясь домой из одной из таких поездок, она была уличена в хищении продуктов с фронта. Её привели на квартиру Тухачевского, где оставили дожидаться решения своей судьбы. Там она и покончила жизнь самоубийством, застрелившись из револьвера мужа. Видимо, она не хотела, чтобы из-за неё пострадала его карьера.
Второй раз он женился в Смоленске в
1921 г. на Нине, которая была на 13 лет его моложе. Хотя она была представительницей аристократической фамилии, их брак был далеко не идеальным. Вскоре после свадьбы Тухачевский уехал в Москву, оставив жену в Смоленске, куда вернулся только после рождения дочери.
Авторы обычно описывают их союз как брак по расчёту. Нина, судя по всему, старалась поддерживать его, но понимала и принимала, что для него самое важное – это военная карьера.


 Практик войны
Тухачевский, должно быть, продемонстрировал выдающиеся качества, раз Троцкий сделал его ответственным за формирование Красной Армии на ключевом посту в военном отделе ВЦИК. Его способности заметил даже Ленин, который оценил его «пытливый ум, кипучую энергию и широкую инициативу в точном определении и решении проблем».
Эти качества приведут его на высшие командные посты в Красной Армии. В зените своей карьеры в 1935 г. он станет маршалом, а затем последует его стремительное падение. (Сталин уничтожит его в 1937 г., сочтя возможной угрозой.)
Как военный практик с 1918 г. по 1921 г. Тухачевский активно участвовал в гражданской войне в России, где приобрёл огромный опыт в боях с белыми, поляками и другими контрреволюционными элементами. Вскоре после своего приёма на службу в Красную Армию, он был послан на Восточный фронт, где перед ним была поставлена задача реорганизовать остатки потрёпанных в боях частей в три пехотные дивизии, из которых он сформирует 1-ю Революционную армию. Затем его назначат командующим этой армией, и он внесёт большой вклад в стабилизацию ситуации на Восточном фронте.
Затем Тухачевского перебросят на Южный фронт, где он станет одновременно помощником командующего фронтом и командующим 8-й армией. Проведя очень успешное наступление, он станет командующим одновременно 8-й и 9-й армиями в 1919 г. и организует удачное контрнаступление. В марте 1919 г. его отправят на Восточный фронт, где он будет вплоть до осени прекрасно командовать 5-й армией. 7 августа его наградили Орденом Красного Знамени.
19 января 1920 г. он станет командующим Кавказским фронтом, а в мае его перебросят на Западный фронт. Именно там он будет руководить своей знаменитой Польской кампанией, в которой Наве выделяет четыре фазы: 1) отпор польскому наступлению; 2) организация собственного контрнаступления, когда он в кратчайшие сроки пройдёт 640 км и попытается окружить Варшаву; 3) поляки организуют своё знаменитое контрнаступление, которое приведёт к разгрому Красной Армии; 4) Польша и Советы установят границу в рамках Рижского мира 1921 г.
Предполагалось, что атака Тухачевского с севера на Варшаву будет поддержана одновременным наступлением советского Юго-Западного фронта с востока и юга, что позволило бы окружить город. Неудача Юго-Западного фронта породила долгие жаркие споры в советских военных кругах о том, кто же виноват в провале наступления.
С точки зрения Тухачевского, в этом был виноват Юго-Западный фронт, который во многом под влиянием Сталина, бывшего членом фронтового РВС, не поддержал его. Он так никогда и не поменяет своих взглядов, несмотря на то, что они бросали тень на самого Сталина. Считается, что именно бесконечные споры по этому вопросу, предполагавшие ответственность Сталина за этот провал, и привели в конце концов к неизбежному расстрелу Тухачевского.
Тем не менее, после командования Западным фронтом Тухачевский 22 мая был прикомандирован к Штабу РККА. После русско-польской войны в 1921 г. армия послала Тухачевского подавлять два контрреволюционных выступления, а затем он был назначен начальником Военной академии РККА (этот пост он занимал всего 6 месяцев), после чего вновь был отправлен на Западный фронт.
Наве полагает, что назначение Тухачевского начальником Военной академии «отражало как всеобщее признание его профессиональных качеств, так и намерение организовать регулярную профессиональную подготовку армейских командиров».
В мае 1924 г. Тухачевский становится первым помощником и заместителем начальника Штаба РККА и руководителем программы научных исследований в области военной стратегии в Военной академии. У него с Фрунзе были отличные рабочие отношения. Они дружили.
В 1925 г. под руководством Фрунзе Тухачевский провёл первую серию реформ в Красной Армии. Когда Фрунзе умер 31 октября 1925 г. – его смерть до сих пор вызывает подозрения – Тухачевский был назначен начальником Штаба РККА. Он сохранит этот пост до 1928 г., когда его переведут на должность командующего Ленинградским военным округом.
В 1931 г. командование Красной Армии вернёт его в Москву и назначит начальником вооружений РККА и заместителем наркома по военным и морским делам. На этих должностях он будет отвечать как за механизацию, так и за моторизацию Красной Армии.
Казалось, Тухачевский был создан для этой должности. Как отмечает Наве, «его творческая хватка чувствовалась и в сфере технического развития, и в производстве, и в области оперативных разработок».
Фактически, утверждает Наве, благодаря влиянию Тухачевского, «в начале 1934 года механизированные формирования Красной Армии были оснащены самыми передовыми вооружениями и бронетехникой в мире, лидируя как по качеству, так и по численности».
В частности, Тухачевский способствовал развитию авиамотодесантных отрядов, имеющих на вооружении лёгкие танки и артиллерию, безоткатные пушки, бронетехнику. Благодаря его программе Красная Армия оказалась вооружена самолётами, в том числе бомбардировщиками, разведчиками и истребителями, а также самоходными артиллерийскими установками и штурмовыми орудиями. Его вклад в этой сфере был широко признан французской, британской и немецкой миссиями в Советском Союзе.
Как писал один автор, «как организатор и защитник механизации, однако, Тухачевский лучше всех служил своей стране». За его усилия советское руководство присвоило ему в 1935 г. звание Маршала Советского Союза.
Но, несмотря на все свои свершения в развитии армии, Тухачевский, судя по всему, никогда не был членом ближнего круга Сталина. Существуют разные версии, из-за чего Сталин начал чистку своего офицерского корпуса.
Однако есть свидетельства, подтверждающие возникновение сложного заговора против Тухачевского за много лет до постановочного судебного процесса по его делу и его казни в 1937 г. Он был продолжением споров вокруг битвы за Варшаву.
Частью этого заговора было смещение Тухачевского с поста начальника вооружений Красной Армии и назначение его заместителем наркома обороны и начальником Управления боевой подготовки РККА. Несмотря на это явное понижение, именно в этой должности он написал обстоятельную статью «О новом Полевом уставе РККА» (1936). Это руководство стало его последним вкладом в советскую военную мысль.
В июне 1937 г. произошло последнее столкновение Сталина с Тухачевским. Советские власти арестовали Тухачевского по приказу Сталина. Его обвинили в измене. В ходе следствия он «признал», что был немецким шпионом, и подписал «признательные показания», забрызганные его собственной кровью.
В ходе постановочного процесса он был приговорён к смерти. Его расстреляли 12 июня 1937 г. Хотя это была не первая казнь, некоторые называют это событие «началом всеобъемлющей чистки советского офицерского корпуса». Но, несмотря ни на что, Тухачевский всю свою профессиональную жизнь анализировал свой военный опыт.


Военный теоретик
Изучая военно-теоретического наследие Тухачевского, можно увидеть, как его ясная концепция полностью встроена в контекст борьбы за мировую коммунистическую революцию.
В историографии  существуют три подхода к анализу теоретических работ Тухачевского: периодизация, выхватывание отдельных фрагментов и поиск заимствований из его работ в трудах других авторов. У каждого из этих подходов есть свои достоинства, но ни один из них не в состоянии дать читателю целостное представление о концепции Тухачевского. После краткой характеристики каждого из этих подходов, автор объяснит свою методологию анализа.
Периодизация исходит из идеи, что работы Тухачевского являются производными от той деятельности, которой он занимался в момент их создания. Он действительно много писал и читал много лекций.
Практически каждый год своей службы в армии он издавал работу или готовил курс лекций. Но высказанные в его работах идеи невозможно сгруппировать по периодам.
В более чем дюжине основных работ, написанных за 17 лет, при всех различиях в их предмете, отмечается несколько важных сквозных идей.
Второй подход – это выхватывание исследователями отдельных фрагментов из разных работ. Они, таким образом, стремятся подчеркнуть основные идеи своих исследований.
Такой подход оправдан, если изучаются отдельные стороны жизни и творчества Тухачевского, но он, естественно, не позволяет оценить всю глубину и последовательность теоретического наследия Тухачевского.
Третий подход – поиск заимствований из его работ у других теоретиков – просто приписывает одному Тухачевскому то, что является результатом совместных усилий целого ряда учёных. Особенно часто так говорят о теории глубокой операции. Многие авторы утверждают, что создателем этой концепции был Тухачевский.
Но по иронии судьбы в 12 основных работах, вышедших из-под пера Тухачевского, нет сколько-нибудь обстоятельного описания этой теории. Такие исследователи приписывают Тухачевскому идеи таких советских мыслителей, как Иссерсон и Триандафиллов (которые гораздо больше занимались глубокой операцией).
Он, конечно, повлиял на этих и других теоретиков глубокой операции, но этого явно недостаточно для того, чтобы объявлять Тухачевского единственным автором этой концепции. Такой подход создаёт впечатление, что в центре внимания Тухачевского была именно теория глубокой операции. Он делает слишком большой акцент на этой теории, специально о которой Тухачевский писал очень мало, пренебрегая широтой и новизной его идей, охватывавших все три уровня военного искусства.
В целом все эти подходы рисуют нам Тухачевского просто как автора теории глубокой операции или кадрового армейского офицера, которого время от времени посещали озарения в области военного искусства. Это препятствует более правильному восприятию Тухачевского как профессионального военного, обладавшего способностью осмысливать и предвидеть эволюцию военного искусства и повлиявшего не только на развитие своей армии, но и на военную науку будущего.
Наши выводы основываются на анализе 12 его научных работ и лекционных курсов, написанных с 1920 по 1937 год. Это «Стратегия национальная и классовая» (1920), «Война клопов» (1924), «Вопросы высшего командования» (1924), «Вопросы современной стратегии» (1925), «Тактика и стратегия» (1926), «Война как проблема вооружённой борьбы» (1928), «Сражение и операция» (1929), «Предисловие к книге Дж.Фуллера «Реформация войны»» (1931), «Развитие вооружений и формы сражения» (1931), «Новые вопросы войны» (1931-32), «Развитие форм управления и контроля» (1934) и «О новом Полевом уставе РККА» (1936).
Всегда немногословный, но исчерпывающий и плотный текст этих работ показывает, что в понимании военного искусства Тухачевский далеко опередил своё время. Их изучение обещает интересные находки в области стратегического, оперативного и тактического уровней военного искусства и связанных с ними более мелких вопросов.
Во-первых, он действительно написал очень мало, по меньшей мере в своих основных работах, собственно о теории глубокой операции. Даже если собрать разные кусочки из его работ, то всё равно там мало говорится о глубокой операции.
Во-вторых, все вместе его работы охватывают все три уровня военного искусства, демонстрируя, что он не сосредоточивался только на оперативном искусстве, а обладал более широким и глубоким взглядом. Найти другого такого военачальника или теоретика трудно не только в межвоенном периоде, но и во всей истории военного искусства.
Третье наблюдение связано с ещё более редко встречающимся явлением: Тухачевский не просто пишет о трёх уровнях военного искусства, но и постоянно обращается к взаимодействию между по меньшей мере двумя из них, а то и тремя. Это значит, что он не только хорошо знал все три уровня военного искусства, но и обладал глубоким пониманием вопросов взаимодействия между ними.
В-четвёртых, он обращается к множеству подобных тем на каждом уровне военного искусства, чем демонстрирует цельность своей концепции и убеждённость в своей правоте. Можно предположить, что его военный гений был производной от отточенного практикой природного оперативного таланта, которым он обладал.
Стоит также отметить, что в его работах встречается по меньшей мере 35 постоянно повторяющихся тем. Девять из них относятся к стратегическому уровню, 11 – к оперативному, а 15 – к тактическому. В каждой работе рассматривается от 10 до 35 из них.
Первая работа «Стратегия национальная и классовая» (1920) затрагивает 12 из 35 тем; высшая точка – статья «О новом Полевом уставе РККА» (1936) – 18 из 35. Многие темы затрагиваются до 6 раз в этих 12 работах.
Наиболее часто обсуждаемый вопрос – это виды военных операций (8 раз). Реже всего он действительно пишет о глубокой операции. Он касается её лишь в одной своей работе – «Вопросы высшего командования».
Эти труды открывают перед нами офицера-провидца, который настойчиво обращается к осмыслению оперативного искусства как производной от всех трёх уровней военного искусства. Но это понимание прикрыто мантией политической идеологии и мировой революции.
В предисловии к «Новым вопросам войны» он писал: «Вполне возможно, что многим читателям покажется, что я тороплю события в этой книге, но это только иллюзия. Человек с трудом избавляется от привычного взгляда на вещи, но теоретическое исследование, основанное на техническом развитии и социалистической реконструкции, требует безотлагательного поиска новых форм».
Далее последует краткий обзор главных идей, основанный на целостном прочтении его работ. Он будет сопровождаться цитатами из них, призванными подчеркнуть глубину и последовательность идей Тухачевского. Он ушёл далеко за рамки теории глубокой операции.
Окончание
в следующем номере.

Прочитано 1296 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту