«Терновские» уходят от погони

A A A

В конце января 2013 г. в Пензе произошло знаковое событие – решилась судьба четырёх милиционеров, которые боролись с организованной преступностью, а в итоге попали под суд.
Имея на руках копию официального приговора Ленинского районного суда, а также показания милиционеров, «Улица Московская» дает развернутый материал о том,
как сотрудники правоохранительных органов Пензенской области борются с организованной преступностью и кто им в этом мешает.

Как ОРЧ № 2 вышла на терновский след
Прологом к этой истории явилось разбойное нападение, совершенное в ночь с 20 на 21 апреля 2009 г., примерно в 23 часа 20 минут: люди, вооружённые травматическими пистолетами «Оса», нанесли телесные повреждения представителям ЧОПа, охранявшим «Сурский рынок», разбили два автомобиля.
21 апреля по данному факту было возбуждено уголовное дело, его оперативным сопровождением занялся отдел по борьбе с организованной преступностью оперативно-розыскной части № 2 УВД по Пензенской области (ОРЧ № 2).
В ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий отрабатывалась версия о причастности к совершению данного преступления членов ОПГ «Терновские», разработка которой велась с 2000 г.
У операторов сотовой связи Пензенской области были истребованы сведения обо всех соединениях лиц, имевших отношение к ОПГ «Терновские» в ночь с 20 на 21 апреля в зоне покрытия вышек, обслуживающих
ул. Терновского.
ternovka

По телефонным номерам было установлено, что в момент разбойного нападения в этом районе находились 9 членов ОПГ.
Справка (на основе рассекреченных материалов следствия, озвученных в суде):
«В ходе проведения оперативной разработки установлено, что ОПГ «Терновские» является одной из самых многочисленных бандитских группировок г. Пензы и базируется на базе одноименного торгового рынка «Терновский».
Основными направлениями деятельности являются квалифицированное вымогательство денежных средств, выбивание долгов, разбойные нападения, грабежи, незаконный оборот наркотических средств и оружия, контроль игорного бизнеса, предоставление услуг по «крышеванию» коммерческих фирм и физических лиц.
На период 2009 г. общее руководство ОПГ «Терновские» осуществлялось вором в законе Сергеем Хохловым по кличке Хохлёнок (умер осенью 2012 г.).
Доходы, полученные от преступной деятельности, идут на нужды членов группы – приобретение автотранспорта, средств связи, огнестрельного оружия, подкуп коррумпированных сотрудников правоохранительных органов, оплата адвокатов, а также часть доходов переходит в «воровской общак».
* * *
В разработке ОПГ «Терновские» был задействован весь первый отдел ОРЧ № 2.
С 2005 г. ответственным за ведение дела был назначен старший оперуполномоченный Алексей Крыскин (в органах внутренних дел с 1993 г).
«По нашей тогдашней версии, нападение на «Сурский рынок» произошло из-за раздела сфер влияния, – поясняет Алексей Крыскин в интервью «Улице Московской». – Дело в том, что охрану «Сурского рынка», находящегося на территории криминального влияния ОПГ «Терновские», осуществлял ЧОП, поддерживающий отношения с другой, противоборствующей преступной группировкой.
В ходе расследования нами было установлено, что за несколько дней до нападения на территорию «Сурского рынка» в состоянии алкогольного опьянения приезжали несколько членов ОПГ «Терновские», высказывали угрозы в адрес представителя ЧОПа, избили его, после чего скрылись.
Вызванная группа быстрого реагирования приступила к поискам нападавших, устроила погоню за автомашиной «Лексус», за рулём которой находился один из членов ОПГ «Терновские». В процессе погони а/м «Лексус» на одном из перекрёстков протаранил а/м «Волгу», после чего водитель «Лексуса» скрылся в частном секторе. Нападение в ночь на 21 апреля было ни что иное, как акт мести, криминальная разборка, каких в истории ОПГ насчитываются десятки».
Однако эта криминальная разборка, по словам Алексея Крыскина, была всё-таки необычной:
«Вы понимаете, там засветился один из лидеров, это во-первых. А во-вторых, она была массовой. То есть мы могли задержать по итогам расследования не 2-3 человек, а сразу 10-15. И потом в результате их допросов выйти на другие эпизоды и других лиц.
=Мог начаться необратимый и непредсказуемый процесс, который грозил крахом для ОПГ «Терновские» и арестом лидеров, которых правоохранительные органы разрабатывали на протяжении 9 лет».

ternovka2
Завязка сюжета. Важный свидетель
Сотрудники ОРЧ № 2 начали активную работу по данному уголовному делу. Так, весной 2009 г. у некоторых членов ОПГ «Терновские» были проведены обыски по месту жительства с целью изъятия травматических пистолетов «Оса».
Несколькими месяцами позже, в рамках другого уголовного дела, было изъято ещё 2 травматических пистолета у некоего Эдуарда Ильина, который является родственником одного из активных членов ОПГ «Терновские».
«Занимаясь делом Ильина, мы посмотрели детализацию соединений его телефонного номера, – говорит Алексей Крыскин. – И было установлено, что в ночь с 20 на 21 апреля он также находился в Терновке, в районе «Сурского рынка», при этом неоднократно созванивался со своим родственником. Между Ильиным и нападением на «Сурский рынок» прослеживалась определенная связь, поэтому я принял решение вызвать Ильина для беседы».
По словам Алексея Крыскина, 24 августа 2009 г., около 8 часов утра, он вместе с оперуполномоченным Рустамом Хабибулиным на а/м ВАЗ-2107 подъехал к дому Эдуарда Ильина на ул. Одесской, чтобы вручить повестку. Как раз в это время Ильин отъезжал от дома на а/м ВАЗ-2114 серого цвета.
«Я махнул ему рукой, он остановился, – вспоминает Алексей Крыскин. – Мы поздоровались, я предложил проехать в ОРЧ №2 на ул. Некрасова для беседы. Ильин согласился, после чего я сел к нему в машину, на переднее пассажирское сиденье, и мы поехали. А Хабибулин поехал дальше по своим делам».
К зданию на ул. Некрасова автомобиль Эдуарда Ильина подъехал примерно в 8.40. А в 9 часов с минутами началась его беседа со старшим оперуполномоченным Алексеем Крыскиным, которая проходила на втором этаже, в кабинете № 29.
«Ильин сказал, что отношений с «Терновскими» не поддерживает, – говорит Алексей Крыскин. – На вопрос, причастен ли он к разбойному нападению на «Сурском рынке» в апреле 2009 г. сказал, что никакого отношения к этому не имеет.
После этого я предъявил ему детализацию соединений с его сотового телефона и спросил, каким образом он засветился в районе расположения «Сурского рынка» и почему он созванивался со своим родственником.
И тогда Ильин рассказал, что вечером 20 апреля, примерно в 21 час, ему на сотовый телефон позвонил его родственник и сказал, что нужно взять травматический пистолет «Оса» и срочно приехать на ул. Терновского.
По словам Ильина, в Терновке вместе с его родственником в машину сели ещё двое, он довёз их до рынка, высадил и ждал там 40 минут. После чего отвёз обратно.
Свои показания Эдуард Ильин повторил несколько раз, в том числе в присутствии начальника ОРЧ № 2 Алексея Абдулина и его заместителя – Владислава Городнова.
Ильин собственноручно написал заявление, начертил схему. При этом отметил, что родственник часто втягивает его в разные неприятные истории, берёт у него травматический пистолет «Оса», а сам Ильин «не бандитствует», его используют вслепую, и что теперь он, дав эти показания, переживает за свою безопасность.
В 15 часов Ильина возили для дачи официальных показаний в следственный отдел при Первомайском РОВД, где его допросила следователь Ерашова.
После возвращения с допроса он сам вызвался записать на диктофон разговор со своим родственником. Ему дали диктофон под расписку, и уже в 19 часов Ильин покинул здание ОРЧ № 2 на ул. Некрасова». 


Множественные удары
Через некоторое время старшему оперуполномоченному Алексею Крыскину сообщили о том, что Эдуард Ильин обратился в отдел собственной безопасности при УВД по Пензенской области с заявлением о том, что 24 августа 2009 г. его незаконно похитили и избили сотрудники ОРЧ № 2, заставив сознаться в преступлении, которого он не совершал.
Из показаний Эдуарда Ильина следовало, что в 7.45 милиционеры на двух автомобилях блокировали его при выезде из дома, после чего старший оперуполномоченный Крыскин пересел на переднее пассажирское сиденье, ударил рукой по голове и приказал ехать в ОРЧ № 2. И уже там, в кабинете
№ 29, четверо сотрудников на протяжении нескольких часов выбивали из него показания о причастности к совершению разбойного нападения.
В частности, приковывали наручниками, били руками и ногами, водили острием сабли по шее, надевали строительную каску и били по ней деревянной битой и т. д.
По словам Эдуарда Ильина, его воля была сломлена, и он, боясь за свою жизнь, оговорил себя.
«Ильин – это не случайный мальчик, пойманный нами на улице, – комментирует Алексей Крыскин. – Это человек, судимый за стрельбу из травматического пистолета, которую он в состоянии алкогольного опьянения устроил по охранникам в развлекательном центре «Изумрудный город», и ранил случайного посетителя. В холле «Изумрудного города» до сих пор остались следы от этих пуль, их можно увидеть при внимательном рассмотрении».
Из показаний Эдуарда Ильина следует, что его избиением занимались ведущие сотрудники отдела – старшие оперуполномоченные Алексей Крыскин и Роман Архипов, уполномоченный Рустам Хабибулин и начальник первого отделения Сергей Стариков. То ли по случайному, то ли по неслучайному совпадению именно эти люди занимались разработкой ОПГ «Терновские».
«Поначалу я был уверен в том, что с этой ситуацией быстро разберутся, потому что показания Ильина были лживыми, мы никого не избивали, – комментирует Сергей Стариков. – Однако, когда дело передали в Следственный Комитет России по Пензенской области и затащили в этот процесс всё отделение, полностью парализовав его работу… Вот тут наступило понимание, что против нас работает целая система, которая может укатать и закрыть».
«В день беседы с Ильиным, 24 августа 2009 г., мы провели негласную видеозапись, о которой тот не догадывался, – говорит Алексей Крыскин. – Видеокассету предоставили следователям, там видно, что он сам, в свободной форме, рассказывает об обстоятельствах совершения преступления.
Он сидит в отглаженной рубашечке, раскрепощённый, рисует в воздухе пальцем, иногда перебивает собеседника. По его виду не скажешь, что мы только что прыгали по нему.
По результатам экспертизы, проведённой по видеозаписи, установлено, что Эдуард Ильин не мог заучить этот текст, он воспроизводил его из памяти. А значит, он давал на следствии ложные показания.
Однако следователь, посмотрев эту видеозапись, всё равно продолжал утверждать, что мы избивали Ильина, а потом заставили заучить текст и произнести его на видеокамеру. Против нас возбудили уголовное дело».


Из материалов суда. Экспертиза № 78/42
Из заключения эксперта № 78/42 от 23 марта 2010 г. следует, что «на видеокассете с записью разговора Ильина от 24 августа 2009 г. признаков оказания психологического давления на стадии изложения информации не имеется. Признаков психологического внушения со стороны опрашивающих либо третьих лиц не имеется…
Речь Ильина в представленном аудиовизуальном материале является характерной для него, свободной, не подготовленной, эмоционально окрашенной, имеет первоначальную мотивацию – чёткие развёрнутые ответы по существу задаваемых вопросов – и последующую – доказать свою невиновность. Смысл и содержание излагаемого ему известны.
Воспоминания извлекаются через ранее пережитые эмоции и чувства из кинестетической памяти (исключает конструирование образов или воспоминание через ранее слышанное). Речь Ильина не является подготовленной. Излагаемая информация является ранее ему известной, в фазе извлечения проходит стадию обдумывания, внутренней переработки, эмоциональной окраски».


Новые жертвы
Начались разбирательства, допросы и проверки, в связи с чем работа по расследованию разбойного нападения на «Сурский рынок» резко приостановилась. Вместо того, чтобы разоблачать бандитов, сотрудники милиции вынуждены были доказывать свою невиновность.
Появились три новых фигуранта, которых они якобы тоже избили. Кстати, все трое, как и потерпевший Ильин, имели один и тот же круг общения, в который входили иные активные члены ОПГ «Терновские».
Все трое пришли писать заявление на сотрудников ОРЧ №2 в один день.
По заявлению двоих из них было возбуждено уголовное дело, а в отношении третьего в возбуждении уголовного дела было отказано за отсутствием состава преступления.
Следственные органы сами установили, что имел место факт оговора, а телесные повреждения в виде сломанного ребра были получены задолго до событий, якобы имевших место в ОРЧ № 2.
На суде этот третий потерпевший пояснил, что заявление на сотрудников ОРЧ № 2 было написано по указанию одного из лидеров ОПГ «Терновские», так как это являлось их линией защиты, чтобы не дать сотруднкиам ОРЧ № 2 вплотную заниматься раскрытием преступлений, совершённых членами ОПГ «Терновские».
Надо отметить, что впоследствии двое из трёх потерпевших по приговору Первомайского районного суда были всё-таки осуждены за совершение вымогательства, по подозрению в котором их допрашивали сотрудники ОРЧ № 2.
По словам Сергея Старикова, судмедэксперт, за освидетельствованием к которому обращался так называемый потерпевший Эдуард Ильин, имеет сомнительную репутацию: «В своё время он работал в другом регионе и был осужден за вымогательство взятки при исполнении служебных обязанностей судмедэксперта. Он отбывал реальное лишение свободы, после чего устроился в пензенскую судмедэкспертизу, используя поддельные документы! За это он был ещё раз привлечён к уголовной ответственности!
По моему мнению, к его экспертизе необходимо было относиться крайне критически. Её выводы, по сути, полностью опровергнуты экспертизой Российского центра судебно-медицинской экспертизы г. Москва.
Если верить данной экспертизе, которая проводилась на четвёртый день после того, как мы его якобы избили, то на туловище и конечностях Эдуарда Ильина обнаружены кровоподтёки багрово-фиолетового цвета.
Однако специалисты знают, что багрово-фиолетовая окраска кровоподтёка появляется в первые 6-12 часов, а уже в конце вторых суток к ней присоединяется зеленоватое окрашивание по краям. То есть если бы он был избит нами в ОРЧ № 2, то на теле в день освидетельствования имелись бы синяки зеленоватого цвета. А их при освидетельствовании не зафиксировано. Такое ощущение, что телесные повреждения он получил за сутки до проведения освидетельствования».
Эти же слова подтверждаются официальным заключением специалиста Исхизовой, заведующей Энгельским отделением ООО «Бюро судебно-медицинской экспертизы»: «Наиболее вероятно, что данные кровоподтёки могли образоваться в период времени с 26.08.09 по 27.08.09. Образование телесных повреждений на туловище и конечностях Ильина 24.08.09 исключено».
«Мы знаем, что было ещё несколько псевдопотерпевших, – отмечает Алексей Крыскин. – Однако Следственному Комитету по Пензенской области так и не удалось собрать по ним материал, потому что следователи, наверное, увидели, что они откровенно врут».


Эволюция лжи
По словам Алексея Крыскина и Сергея Старикова, дело об избиении задержанных было шито белыми нитками.
«Шла массовая фальсификация со стороны потерпевших, свидетелей и членов ОПГ «Терновские», – считает Сергей Стариков. – А следствие слепо доверяло этим показаниям, не проверяло ни одной другой версии, кроме виновности милиционеров. И, по моему личному мнению, следователь, который занимался этим делом, всё видел прекрасно, но молчал. Как мне кажется, кроме лживых показаний самих потерпевших, в деле нет вообще ничего, даже вещдоков!
Потерпевшие и свидетели с их стороны меняли показания по нескольку раз. Один из них сначала утверждает, что после избиения в ОРЧ № 2 поехал домой и после 20 часов никуда не ездил, лёг спать.
Однако потом появляется детализация, которая говорит, что в 22 часа он был в районе 6 городской больницы. После чего потерпевший тут же заявляет, что он до дома доехал, а потом чуть подумал и поехал в район 6 горбольницы.
Другому потерпевшему, как мне кажется, даже следователи перестали верить в определённый момент, потому что некоторые протоколы допроса заканчиваются вопросами: «Вы на этот раз нам всю правду рассказали?» – «Да, вот на этот раз всё вспомнил и всю правду рассказал». А после этого опять меняет показания
У одного из потерпевших якобы была царапина, но как её описывают свидетели? Один говорит, что она была во весь лоб. Второй говорит, что это был круглый ушиб. Третий говорит, что она была дугообразная.
То есть им сказали, чтобы они говорили, что на лбу был шрам. А когда их начали детали спрашивать: какой шрам, какого размера, цвета и т. д. – человек неподготовленный сразу начинает путаться.
Потерпевшие говорят, что на них надевали строительную каску, хранившуюся в кабинете, а потом били по ней битой. Однако они запутались в цвете этих касок: у одного она жёлтая, у второго красная. Из этого следует, как будто у нас в кабинете целый склад этих касок. Но во время обыска почему-то ни одной не нашли.
А для того чтобы хоть что-то появилось, следователь додумался сам сходить в магазин, купить там строительную каску и приобщить её к делу! Это вообще нонсенс!»
(Строительная каска исключена судом из вещественных доказательств «как не имеющая никакого отношения к уголовному делу и полученная следователем в нарушение требований ст. 81 УПК РФ» – прим. «УМ»).
По словам Сергея Старикова, в этом деле масса случаев, когда потерпевших и их свидетелей ловили на банальной лжи: «И вызывает удивление, как вела себя в это время гособвинитель – ноль эмоций. Показания потерпевших – это эволюция лжи, они всячески опровергаются».


Как операторы сотовой связи восстановили справедливость
Следствие приобщило к материалам уголовного дела детализации звонков сотрудников, подозреваемых в избиении потерпевших.
Как ни странно, но именно эти детализации стали фундаментом линии защиты.
«Детализация – это не только кому я звонил и во сколько, – поясняет Сергей Стариков. – Благодаря детализации можно определить, где вы находитесь в момент звонка: в Арбеково, например, или в центре.
Эти объективные неопровержимые доказательства невиновности были приобщены Следственным Комитетом, который, на мой взгляд, даже не пытался сопоставить их с показаниями фигурантов дела. Это было сделано только в судебном заседании.
Вот эти детализации, которые приобщили к уголовному делу, подтверждали нашу невиновность и опровергали показания так называемых потерпевших и свидетелей. Потому что если человека ещё как-то можно подготовить к обману, то технику, которая фиксирует соединения и задействованные базовые станции, подготовить к обману невозможно».
Так, например, один из потерпевших утверждает, что его в такой-то день на ул. Некрасова избивал оперуполномоченный Хабибулин, а детализация звонков фиксирует, что оперуполномоченный Хабибулин находился в это время в Мокшанском районе.
Потерпевший Ильин говорит, что руководитель отделения Сергей Стариков находится в кабинете на ул. Некрасова и заставляет его учить текст, а детализация показывает, что Стариков в это время находится в районе своего дома.
Сергей Стариков: «Если бы не было этой детализации (а следователь и гособвинитель, видимо, так до конца и не поняли, что такое детализация; они её сами приобщили к уголовному делу, а как с ней работать, не знают), мы бы сейчас просто сидели в тюрьме за то, что якобы мучили и избивали подозреваемых».
«Наши показания подтверждаются всем, и экспертизами, и детализацией, потому что мы говорим правду, – поясняет Алексей Крыскин. – А их слова ничем не подтверждаются.
Показания каждого вроде вполне убедительны, но если их соединить, то это просто абсурд, масса противоречий, которые они не успели обговорить и которые не состыкуются между собой».


Этот день победы
В общей сложности разбирательство по делу об избиении подозреваемых заняло три с половиной года.
Отчасти это отразилось на том, что уголовное дело по разбойному нападению на «Сурский рынок» так и осталось висеть в воздухе. Как говорит Сергей Стариков, «нам так по рукам дали, что этим делом больше никто не стал заниматься, оно так и осталось нераскрытым».
В августе 2011 г. все четверо сотрудников, обвиняемых в избиении подозреваемых, покинули ОРЧ № 2, так как не смогли пройти аттестацию в связи с идущим судом.
Больше они не работают в правоохранительных органах и не борются с организованной преступностью.
28 января Ленинский районный суд г. Пензы под председательством судьи Олега Липатова огласил приговор первой инстанции.
Судья отметил, что к показаниям потерпевших, их родственников и друзей суд отнёсся критически и не принял их во внимание, поскольку указанные лица явно заинтересованы в исходе дела и дали такие показания, стремясь избежать возможной уголовной ответственности за соучастие в разбойном нападении на «Сурском рынке».
«Показания указанных лиц являются противоречивыми, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются другими доказательствами, не доверять которым у суда не имеется оснований», – говорится в судебном приговоре.
Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд оправдал сотрудников милиции Крыскина, Хабибулина, Старикова и Архипова и признал за ними право на реабилитацию и обращение в Ленинский районный суд
г. Пензы с требованием о возмещении вреда, связанного с уголовным преследованием.
Во время оглашения приговора в зале присутствовали больше 20 человек, в том числе сотрудники отдела по борьбе с бандитизмом, пришедшие поддержать товарищей.
Объём приговора составил 157 страниц, судья зачитывал его на протяжении 6 часов. Всё это время зал стоял.
После того, как судья закончил свою речь, в зале раздались громкие аплодисменты. Так закончилась первая часть эпопеи, которая длилась 3 с половиной года и которая, по словам сотрудников отдела по борьбе с организованной преступностью, парализовала работу отдела по разоблачению одной из самых крупных бандитских группировок в Пензе.
По словам Сергея Старикова, несмотря на то, что милиционеры выиграли в суде, они всё-таки проиграли.
«Как это ни печально, но в этой схватке победили, на мой взляд, всё-таки бандиты, которые избежали ответственности за разбойное нападение», – считает бывший сотрудник милиции Сергей Стариков.

Прочитано 12527 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту