ПО «Старт»: становление и преодоление

A A A

Первое изделие градообразующего предприятия Заречного пришлось испытывать в обыкновенном ящике, который заводские специалисты сколотили из подручных материалов. Чтобы понизить температуру до минус 60 градусов Цельсия, ящик набили стекловатой, накачали туда углекислоты из огнетушителя, влили графин спирта, укутали одеялом и разогнали воздух при помощи обыкновенного фена, что принесла из дома инженер Татьяна Никулина. 30 июня исполняется 60 лет со дня выпуска
первой продукции Пензенским приборостроительным заводом, из которого впоследствии выросло производственное объединение «Старт» – одно из крупнейших предприятий атомной промышленности России.

start
Госзаказ в полевых условиях
Решение о создании приборостроительного завода было принято в 1954 году, в условиях крайне напряжённой военно-политической обстановки.
В те годы американцы окружали Советский Союз военными базами и нацеливали на него ракеты. По количеству ядерных зарядов США опережали нашу страну в 200 раз. Чтобы сократить этот разрыв, секретные заводы Урала и Сибири работали на полную мощность. Однако возникали большие сложности с производством точных приборов, без которых ядерные боеприпасы не смогли бы даже взорваться.
Так появилась потребность в новом приборостроительном заводе. Для его размещения Москва рассматривала одну из двух площадок: под Пензой или под Костромой.
По одной из версий, Кострома проиграла из-за плохо развитого промышленного кластера. В то время как Пенза уже славилась своей «оборонкой» и наличием кадрового потенциала.
Кроме того, в пользу нашего региона сыграло выгодное расположение на перекрёстке важных транспортных направлений.
Уже 31 декабря 1954 года на станцию Селикса, что соседствовала с будущей строительной площадкой, прибыл первый эшелон с сибирской лиственницей. А ещё через 3 года заработало производство в двух первых корпусах. Сотрудникам предстояло запустить в серию блок импульсов, который был необходим для подрыва боеприпаса.
По воспоминаниям ветерана завода Константина Афанасьева, на участке работали 20 сборщиков. К ним часто приходили офицеры Советской Армии, в форме: они наблюдали за тем, как осуществляется сборка.
Руководители завода практически всё время находились рядом, а директор Михаил Проценко знал каждого рабочего по имени.
«Если у нас возникала проблема, сбегались все, вплоть до главного инженера, и мгновенно её решали, – уточняет Константин Афанасьев. – В особых случаях даже изменяли конструкторскую документацию… Работали допоздна, жили в Пензе. Доберёшься домой в 11-12 часов ночи, а в 7 утра вскакиваешь и снова бежишь на автобус».
По его словам, 30 июня 1958 года с рабочего места не уходили вообще.
«Изделие нужно было сдать до 12 ночи, – вспоминал Константин Афанасьев. – Если бы сдали в первом часу, заказчик заявил бы, что завод сорвал план.
И вот мы всё спаяли, собрали, проверили по электрическим параметрам. Потом наши блоки приняли работники ОТК, за ними – представители заказчика. Поставили штампы, опломбировали, упаковали в ящики и отнесли на склад. Михаил Васильевич Проценко пожал каждому из нас руку и поблагодарил. Мы вместе с ним вышли с завода на рассвете 1 июля».
Ещё один ветеран завода Рудольф Коробов вспоминал, что сборка изделий шла трудно, сказывалось отсутствие опыта. Только для изготовления обыкновенной крышки из органического стекла пришлось двое суток настраивать сушильный шкаф – требовалось выставить температуру в 118 градусов Цельсия. Однако погрешность термореле на первом производственном оборудовании составляла плюс-минус 15 градусов.
start2

 

Монтажный участок сборочного цеха, 1970-е гг.


 

«Мало изготовить изделие, его нужно ещё аттестовать, – пояснял Коробов. – То есть дать гарантию, что на него не смогут повлиять никакие условия, встречающиеся на земле и в космосе. Завод готовился выдать первую продукцию, а подтвердить её безотказность не мог. У нас не было ничего: ни климатических камер, ни центрифуг, ни ударных стендов».
Чтобы проверить устойчивость изделия на холод, пришлось сколотить ящик из подручных материалов, залить в него углекислоту со спиртом и разгонять воздух обыкновенным феном для сушки волос.
Так начиналась история легендарного завода, который за 60 лет дорос до космических высот.

Как росло производство и «умнели» ракеты
Первоначально планировалось, что завод будет выпускать только приборы для специальных изделий.
Однако в начале 1960-х годов была поставлена задача организовать на территории предприятия непосредственную сборку ядерных боеприпасов. С этой целью началось строительство второй площадки завода. На языке сотрудников это производство проходило под условным названием «база оборудования». Уровень секретности был высоким, и не все заводчане знали, что же происходит в цехах второго производства на самом деле.
Первое специзделие здесь собрали в декабре 1963 года. Им стала боеголовка для ракеты, которая запускалась из-под воды, из шахты подводной лодки. Это была прародительница современной баллистической ракеты «Булава».
В связи с секретностью производства в строящемся городе пришлось ввести пропускной режим. Заречный стал самым последним и самым молодым из 10 советских городов, которые получили статус закрытого в системе атомной промышленности.
В 1965 году на заводе начался серийный выпуск боеголовок для ракеты Р-12. Тремя годами ранее именно эти ракеты были ввезены на Кубу и стали главными героями Карибского кризиса. Дальность их полёта достигала 2 тыс. км, при этом мощность каждой ракеты составляла до 2 мегатонн, то есть до 2 млн тонн в тротиловом эквиваленте.
Для сравнения: мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму в 1945 г., составила всего лишь 20 тыс. тонн в тротиловом эквиваленте. И она унесла жизни больше 100 тыс. человек.
Размещение ракет Р-12 на Кубе сильно шокировало американцев. Под давлением Советского Союза они убрали ракеты средней дальности из Турции и Италии, а также отменили вторжение своих войск на Кубу.
Для того чтобы сравнять ядерный потенциал, завод в Заречном поставил выпуск боеголовок для Р-12 на поток. Как вспоминают ветераны, эти изделия стояли во всех корпусах второго производства. За год их собирали до нескольких сотен штук.
Сегодня учебный образец этой боеголовки хранится в маркетинго-выставочном комплексе ПО «Старт».
А самым большим его экспонатом является головная часть межконтинентальной ракеты Р-36, мощность которой составляла 25 мегатонн, а дальность полёта превышала 15 тыс. км.
Вместе с топливными баками длина этой ракеты превышает 30 м. Причём высота боеголовки, что хранится в музее, достигает 4 м. Она стала первым изделием, которое зареченский завод оснастил антеннами и радиодатчиками собственного производства – до этого их приходилось покупать в других отраслях промышленности.
За разработку и освоение данных изделий главный конструктор зареченского завода Юлий Седаков и начальники двух сборочных цехов стали лауреатами государственной премии.
С каждым годом завод совершенствовал своё производство, а его продукция становилась «умнее». Информация о многих разработках до сих пор является государственной тайной.
Одно из последних изделий, с которого снят гриф секретности, боевой блок для ракеты Х-15, которая использовалась ещё в 80-е годы.
Когда её сбрасывали с самолёта, она включала двигатели и уходила на 40 км вверх, в стратосферу, где вообще ничего не летает и не сможет ей помешать. Преодолев нужное расстояние, ракета пикировала на нужный объект со скоростью 5 махов – примерно 6 тыс. км в час.
Американская система противоракетной обороны, которая размещается сегодня в странах Восточной Европы, рассчитана на отражение тех самых ракет, которые летят со скоростью 5 махов и использовались Вооруженными Силами Советского Союза 30 лет назад. В то время как современные российские ракеты летают уже на гиперзвуковых скоростях. К примеру,  ракета «Булава» преодолела 5 тыс. км всего за 14 минут. А это значит, что её скорость превышает 20 тыс. км/ч.

Завод, который может всё
Завод в городе Заречном создавался в рамках Атомного проекта. Поскольку это с первых дней являлось тайной за семью печатями, сотрудники завода должны были научиться всё делать сами и ни от кого не зависеть.
Для становления предприятия государство привлекало наиболее ценные кадры. Только за первые 5 лет существования завода сюда трудоустроили лучших выпускников из 60 учебных заведений со всех концов Советского Союза.
За годы работы заводской коллектив освоил все виды литья, вплоть до инновационных технологий послойного синтеза и вакуумного литья.
В 70-е годы завод активно развивал направление микроэлектроники и заслужил статус головного предприятия в системе атомной промышленности, что позволило ему получить самое современное на тот период оборудование и вырваться далеко вперёд.
«Эта деталь только с виду кажется простенькой, – рассказывает специалист по истории предприятия Дмитрий Ступаневич посетителям заводского маркетинго-выставочного комплекса, держа на ладони крошечный цилиндр. – Это волновод, который применяется в высокоточном оружии. Обратите внимание, что входное отверстие у него круглое, а выходное – прямоугольное. Переход внутри должен быть выполнен с точностью до 10 микрон. Институт, разработавший этот волновод, вынужден отправлять в брак девять деталей из десяти. А на нашем заводе уровень брака гораздо ниже – каждый второй образец такого волновода проходит госприёмку и признаётся годным».
Сегодня ПО «Старт» способен изготовить изделие, которое может использоваться в любой агрессивной среде.
start3Экспозиция выставочного зала вооружений и военной техники


 

Завод изготавливает любые виды пластмасс, может делать любые виды гальванических покрытий, изготавливать собственный инструмент. К примеру, зареченские свёрла с упрочняющими покрытиями ничем не отличаются от западных аналогов.
Продукция предприятия работает в нефтегазовой отрасли, медицине, авиации и на атомных станциях. Системы ПО «Старт» охраняют государственную границу и стратегические объекты страны, в том числе Кремль.
По всей стране ездят 2,5 тыс. железнодорожных локомотивов, на которых стоят зареченские блоки управления.
«Вот висячий замок, – продолжает экскурсию Дмитрий Ступаневич. – Мы сделали для него миллион шифрокомбинаций и не перепиливаемую дужку. Такими замками в своё время закрывали люки на ракетных шахтах».
Ещё один уникальный экспонат – замочные механизмы для автомобилей, разработанные заводом в 70-е годы.
«Эти замки встраивались в посольские машины, начиная от бензобака и заканчивая системой зажигания, – уточняет Дмитрий Ступаневич. – Изготовить для них отмычку в универмаге вы не сможете, поскольку нужны специальные станки. Минус состоит только в том, что стоимость комплекта всех этих замков превышала стоимость самого автомобиля. Но секреты всегда дорого стоят».

Под высоким напряжением
Прошло почти 60 лет, однако рассказывать о начинке первых ядерных боеприпасов и нюансах работы зареченского завода по-прежнему нельзя.
Можно только догадываться, как это было непросто – работать внутри боеголовки небольшого объёма и устанавливать смертоносные заряды с их особыми свойствами, радиоактивным излучением и нагревом. Особенно когда в нескольких сантиметрах от них находятся взрывчатка, детонаторы, приборы под высоким электрическим напряжением и химические композиции, которые выделяют различные газы.
Ветераны второго производства вспоминают, что сборка всегда проходила в присутствии нескольких человек: один что-то делал, а сразу несколько за ним наблюдали. Потому что человеческая ошибка могла обернуться очень серьёзными последствиями.
И потом ещё десятки часов внутри каждого специзделия работал кто-то из военпредов, проверявший правильность соединений.
«Иногда слесарям требовалась 8-часовая рабочая смена только для того, чтобы вскрыть контейнер и достать из него заряд, – поясняет Дмитрий Ступаневич. –  При сборке никогда не торопились, работа шла очень тщательно».
При этом надо сразу оговориться, что степеней защиты было достаточно, и риски случайного подрыва отсутствовали.
За те 40 лет, что зареченский завод собирал ядерные боеприпасы, не было зафиксировано ни одного случая радиационного загрязнения промышленной площадки или воздушного бассейна над городом.
Не зафиксировано даже случаев производственного травматизма в цехах по сборке боеприпасов.
В 80-е годы заводской коллектив состоял из 18 тыс. человек и ежегодно осваивал больше 100 новых заказов. Приборы последнего поколения стали более сложными и миниатюрными. По сравнению с приборами первого поколения, они в десятки раз легче и меньше по объёму.
Как вспоминают ветераны, если раньше в той же лаборатории входного контроля первые узлы носили вдвоём, то теперь они умещаются на ладонях.
Последний ядерный боеприпас был собран в Заречном в 1999 году.
В настоящее время ПО «Старт» продолжает заниматься сборкой высокоточного оружия, в том числе противотанковых управляемых ракет, а также отдельных компонентов для других систем вооружения.
Кстати, за 60 лет ядерного оружия на планете Земля скопилось так много, что его мощность способна уничтожить всё человечество 5 или 6 раз подряд.
«Наши ядерные ракеты были оружием сдерживания, – спустя много лет рассказывает Дмитрий Ступаневич посетителям заводского МВК. – И не мы первые начали эту гонку.
Наш завод появился, когда у границ Советского Союза стояли американские ракеты. Сегодня мы не собираем ядерные бое-припасы. Но мы продолжаем развиваться, производить другое «умное» оружие и оттачивать своё мастерство».
Фото предоставлено пресс-службой
АО «ФНПЦ «ПО «Старт»
имени М. В. Проценко».

Прочитано 634 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту