Чешский след пензенского офицера

A A A

bashkin a23 февраля ветерану органов внутренних дел, участнику Великой Отечественной войны Николаю Степановичу Башкину исполнился 91 год. В интервью «Улице Московской» он рассказал о своем пути к Великой Победе и службе в милиции.

В пехоту – без миномета
Родился я в селе Старая Каменка в 1924 г. В армию меня призвали в августе сорок второго. Было мне тогда всего 18 лет. Когда закончил полевую учебную школу, мне присвоили звание младшего сержанта. В начале сорок третьего нас посадили в поезд и направили под Сталинград.
Доехали до Камышина. Там неделю сидели в вагонах. Потом объявили, что Паулюс сдался. Нас пересадили на пароходик и увезли за Сталинград. Там мы прошли километров на пять-шесть западнее города, где были вырыты землянки немцами. Мы их очистили и начали заниматься военной подготовкой.
bashkin2Летом 1943 г. меня командировали в Астрахань, в военно-пехотное училище, которое располагалось на территории городского Кремля. Здесь я прошел выучку на командира минометного взвода. Присвоили звание младшего лейтенанта и направили в распоряжение
4-го Украинского фронта в 237-ю стрелковую дивизию. Стояла она в Западной Украине. Там недели две-три с нами, новобранцами, позанимались, и меня направили в полк, где я принял пехотный взвод. Мои знания минометных орудий в пехоте не пригодились.
Первый бой – а в это время уже шли освободительные бои за Чехословакию – был подлинным экзаменом на зрелость. Пехота делала самую черную тяжелую работу. После этого боя солдаты меня, 20-летнего, признали как командира и по-настоящему приняли.
Моим оружием была винтовка со штыком, а не автомат и не пистолет, хотя и полагались по чину. Винтовка взводному была более необходима. К тому же я стрелял из нее лучше, чем из автомата.


«Гранату бросаешь –  немец убегает»
Первое ранение я получил при форсировании реки Одер. Задел меня осколок. Мы с одной стороны реки – окопались, заняли оборону. С другой стороны – немцы, тоже укрепились. И потом, как светать начало, мы начали потихоньку по реке перебираться. Кто – вплавь, кто – по мосту разбитому, по балкам перебегали. А реку бомбили, меня и царапнуло.
Как перебрались на тот берег, стали освобождать траншеи. Кидаешь в траншею гранату – немец убегает. Заняли позиции и стали ждать другого распоряжения. День там простояли. Вот так и продвигались – метр за метром.
А в январе 1945 г. получил я первую, самую памятную медаль – «За боевые заслуги». Освободили мы поселок. Кого-то надо было награждать – вот и наградили. Кто-то орден получил, а мне – медаль. И сразу – звание внеочередное. 


Не нужно воевать – значит, останусь жив
В Чехословакии есть город Моравска Острава. Там я получил второе ранение. Это было в марте 1945 г. Мы освобождали город. На подступах к нему быстро форсировали небольшую речушку. Прорвались к переднему рубежу противника и гранатами очищали захваченные траншеи от немцев.
Рядом, на окраине города, стоял трехэтажный дом. Там, по всей вероятности, сидел снайпер. Гранаты разрывались со страшным грохотом, и выстрела снайпера я не услышал.
Пуля попала в голову, оглушила. Каска меня от смерти спасла. Я потерял сознание, и что дальше было, не помню. Очнулся уже в госпитале. Сказали, мне здорово повезло, что жив остался.
Шрам на голове, возле виска, на всю жизнь отпечатался. В то время это казалось пустяком.
За освобождение Чехословакии наградили меня орденом Красной Звезды – его получил я в госпитале. А позже наградили медалью «За храбрость» по указу первого президента Чехословакии.
В госпитале я лежал до 7-го мая. Как выписали, сразу стал искать свой полк. Искал как? Идет машина – останавливаешь, говоришь, куда нужно. Приблизительно знали направление, куда идти. Десять человек спросишь – кто-нибудь да подскажет. Пока нашел свою часть, узнал, что войне конец.
Что я почувствовал в тот момент? Радость!Что еще можно почувствовать? Понял, что не нужно воевать, значит, останусь жив.
Вот и всё, что я могу рассказать о войне.

bashkin
«Вся служба – на своих ногах»
После Победы направили меня в Германию. Там организовали своего рода санаторий для офицерского состава. Место красивое – озеро, лодочки плавают. Меня направили со взводом организовать охрану. Там я пробыл около месяца.
А потом командировали в Закавказский военный округ. Там я служил до 1947 г. Однажды вызвали меня в штаб и говорят: надо вас отправить на переподготовку, на сборы – на 6 месяцев. Я отказался. Попросил, чтобы меня уволили. Дома у меня остались младшие сестренка и братишка, а больше никого не было. И меня демобилизовали лейтенантом.
Как вернулся домой, устроился на работу в милицию. Прослужил 27 лет. Сначала работал участковым уполномоченным. Машины служебной не было, вся работа – на своих ногах. Затем перевели в областное управление, в оперативный отдел.
Когда его расформировали, я пришел в уголовный розыск. Через какое-то время, как создали в Заводском районе отделение милиции, меня направили туда. Начальником отделения я работал года полтора. Когда на базе отделения сделали отдел милиции – он располагается там же, где сейчас второй отдел полиции – меня назначили начальником отделения уголовного розыска.
В тот период наградили меня орденом Красной Звезды. Дело было так. По области прокатилась волна краж из магазинов и ларьков. Похищали продукты питания. Тогда ни охранных сигнализаций, ни видеокамер не было. Две кражи произошли в моем районе.
Стали проверку проводить и выяснили, что к преступлению причастна целая группа. Эта была семья, отец и два сына, и еще студент. Они специально по области катались и воровали. А мать ездила по районам, по железной дороге, с большим чемоданом и продавала.
По оперативным данным я раскрыл эти два преступления. Подозреваемых задержали. Около двадцати преступлений они взяли на себя. Все эти кражи раскрыли, раскрываемость в области сразу выросла – дело было в конце года – а меня представили к награде.

Фото Дениса Кострюкова

Прочитано 1043 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту