Олег Шарипков: интроверт и оптимист

A A A

Директору и сооснователю Фонда местного сообщества «Гражданский Союз» Олегу Шарипкову 11 августа исполнилось 50 лет. И хотя в юности Олег Шарипков планировал стать инженером-электронщиком, а общение с людьми ему всегда давалось непросто, уже более 20 лет он занимается развитием благотворительности и поддержкой гражданских инициатив в Пензенской области.
О его набитых шишках, оптимизме и периодических одиночных вылазках в лес –
в материале «Улицы Московской».

oleg
Судьбоносные Игры доброй воли
По образованию я инженер-электроник, да и по зову сердца тоже. С детства увлекался радиотехникой, ходил в радиокружок и жизнь свою планировал связать с электроникой, что виделось мне правильным и перспективным. Только не в Пензе, а в Москве. Туда я планировал переехать из Пачелмы, где окончил среднюю школу.
Жизнь внесла свои существенные коррективы. Неожиданно объявленные Игры доброй воли, проходившие в Москве в июле 1986 г., вынудили московские вузы перенести сроки приема документов от абитуриентов на осень.
И поскольку документы в то время можно было подавать только в один вуз, пришлось от мечты отказаться – в пользу Пензенского политехнического института.
Учился я легко. Однако в общественной деятельности участвовать избегал. Был не особенно общительным. К тому же искренне считал идиотизмом и профанацией всякие комсомолы и профсоюзы с их заседаниями, ложью и пылью в глаза. Ну, может быть не совсем профанацией: все же, путевки профсоюз давал.
Но в целом  испытывал к подобному брезгливость. Помню, в какой-то момент я и еще несколько разделявших мои взгляды товарищей попросту перестали платить взносы и выбросили комсомольские значки.
 Уже в вузе я начал работать техником в НИИ «Контрольприбор». Планировал продолжить исследования в отделе лазерной техники, но неожиданно все это стало никому не нужно. НИИ стал разваливаться на глазах.
Пришлось уходить в бизнес, в инженерную фирму, которую организовали старшие товарищи. Но, оказалось, мало быть талантливым инженером. Если ты организовываешь что-то свое, необходимо быть еще и хорошим управленцем, бизнесменом.
Никто из нас этого не умел. Компания потихоньку обанкротилась и закрылась.
А я снова отправился на поиски работы.
Время было непростое, пришлось сменить много мест работы: электроника в тяжелые для страны годы в Пензе мало кому была нужна.
Наконец, устроился в типографию: работал уже не совсем по профилю, но все еще с техникой, и, главное, с хорошими людьми.
 В это же время познакомился с Ассоциацией беженцев и вынужденных переселенцев «Светоч». Это был 1996 год. Активисты не особенно дружили с компьютером, так что сначала помогал им на общественных началах, а потом стали немного платить.
Равнодушное отношение к их деятельности быстро сменилось интересом, а потом и вовсе появилось желание улучшить их работу. А ее было много: валом шел поток беженцев из Чечни, Казахстана, Узбекистана, Туркмении.
Собственно, и организовали «Светоч» такие же беженцы из Чечни, которые нашли свою вторую Родину в Пензе. Работу НКО финансировало Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев.
Сначала я помогал им только с компьютером, верстал газету, затем придумал проект и получил средства на обеспечение «Светоча» интернетом. Постепенно я стал играть в организации не последнюю роль.
А потом собственник продал типографию, в которой я работал. Я решил, что это мой шанс, и перешел на постоянную работу в «Светоч», где довольно скоро стал заместителем директора.

 

Сборник кличек крупного рогатого скота
Занимался понемногу всем подряд. Тут тебе и информационная часть, и поддержка работы распределенной базы беженцев-переселенцев. Ездил по стране, общался с людьми, рассказывал, как работать с базами данных.
Моя работа все еще частично была связана с техникой, но в большей степени уже относилась к работе с людьми. В 1999 г. произошло сразу два важных для меня события: в Ульяновском парке я познакомился со своей будущей женой, и в Тольятти был создан первый в России общественный фонд, поддерживающий деятельность НКО.
Нас идея аккумулировать деньги бизнеса вдохновила. Общественная деятельность – не бюджетный «пирог», который можно бесконечно «пилить». Постоянно приходится искать финансирование, выживать. Как бизнес, только труднее.
Выходом казалась организация фонда как в Тольятти. Со второй попытки удалось приехать туда на стажировку. И оказалось, что до этого мы все делали не так.
Коллеги в Тольятти опирались на местное сообщество, свой город. Их программы были направлены на местных жителей. Выгода же бизнеса была в лояльности к нему местных жителей. Плюс гранты: российские и зарубежные. Нам показали, как их получать, как организовывать фестивали, активности.
В Пензе такого отродясь не было, НКО разве что письма с просьбой о финансировании постоянно рассылали.
В это время на всю страну прогремела Ярмарка социальных и культурных проектов Приволжского федерального округа, организованная полпредом в ПФО Сергеем Кириенко. Благодаря победе на ней «Светочу» удалось выиграть 300000 рублей на создание фонда местного сообщества в Пензе. И поскольку я был автором проекта, возглавить его предложили мне.
Я был в смятении: еще ни разу не приходилось быть директором. Это же совсем другая жизнь. Но, видимо, к 33 годам я «созрел» для самостоятельной работы. Как-никак уже 6 лет занимался общественной работой.
И мы начали делать фонд. Нашли учредителей, правление, попечительский совет – известных и уважаемых в Пензе людей. Нашли сотрудников, вместе со мной – 3 человека. Придумали название: «Гражданский Союз».
Как ни странно, с этим было сложнее всего. Наугад я открыл книжку  – «Сборник кличек крупного рогатого скота» – и стал выписывать все слова, которые мне нравились. Так появилось «гражданский», а слово «союз» предложил добавить учредитель фонда Александр Сейнов. Так в феврале 2002 г. появился Пензенский региональный общественный благотворительный фонд «Гражданский Союз».

И проще и сложнее
Спустя 16 лет работы мы постоянно учимся и учим. Сразу после учреждения фонда пригласили ребят из Тольятти поучить нас. Потом ездили к ним на стажировку, учились, где только можно. Уже к 2004 г. стали сами организовывать семинары. Рассказывали, откуда брать деньги, как продвигать общественную организацию, построить в ней менеджмент.
В качестве директора я, кажется, набил все шишки, которые только можно набить. И самая больная из них – столкновение с властью. Так что последние лет 5 стараемся с ней меньше контактировать. Хотя, конечно, все зависит от конкретного чиновника.
Больше работаем с бизнесом, частными пожертвованиями, фондами российских олигархов, грантами. Плюс в 2014 г. учредили Пензенский специализированный фонд управления целевым капиталом «Капитал местного сообщества». Сейчас его объем – 7,4 млн руб. Ежегодно управление этими деньгами дает около 830 тысяч рублей. Ими мы поддерживаем маленькие общественные стартапы. Например, в прошлом году выделили 25 тысяч рублей на преподавателя черчения для детей из Шемышейки,  которые захотели учиться в строительном университете, ну и многое, многое другое.
А в последние 2 года наши гранты получают НКО в 6 областях вокруг Пензы. Причем за все время работы фонда нас пыталась обмануть только одна НКО.
В общем, «Гражданский Союз» можно назвать крутым даже по российским меркам. Пару раз меня даже пытались переманить работать в Москву. Но я ее не люблю.
Быть директором, держать в своих руках все – непросто. Приходится делать то, от чего отказываются остальные сотрудники. Первое время я работал сутками, на работе и дома.
Но однажды просто не смог встать утром с кровати, а по дороге в больницу у меня что-то случилось со зрением. И я понял, пора перестать работать на износ и смешивать в одну кучу работу и личную жизнь. Мой сотовый по-прежнему лежит на тумбочке рядом с кроватью, но мне теперь вечером не звонят. Пишут электронные письма!
Своей жизни я уделяю мало внимания. Дни рождения и праздники не отмечаю. Как-то это глупо – уделять себе слишком много времени, если есть более интересные вещи.
Тем более, для того чтобы радоваться и дарить себе подарки, мне не обязательно привязываться к какой-то дате: могу делать это в любой день. Вот, недавно купил себе ботинки в командировку. А таких вещей как машина и дорогая одежда у меня нет. Жене вот только сразу после свадьбы купил шубу, но она ее не носит.
Что меня действительно радует, так это вылазки в лес. Мне, как классическому интроверту, не очень легко дается общение с людьми. А поскольку общаться надо, и очень много, я восстанавливаю потраченную энергию прогулками. Отправляюсь в лес: хожу, молчу, иногда могу грибы пособирать. Еще могу на лыжах прокатиться или коньках, но, опять же, в одиночестве.
Для меня нет четкого определения понятия «хороший человек», но в своих поездках и выступлениях по стране я часто рассказываю про пензенских предпринимателей. Что они делают хорошего для своего региона помимо того, что зарабатывают деньги и платят налоги. Говорю, что таких людей стало больше.
Народ вокруг стал добрее, и я надеюсь, что в этом есть 3 копейки нашего фонда.
Вот, например, месяц назад я увидел новость о том, как пензенский пенсионер Виктор Небога взял кредит и купил две машины песка – оборудовал пляж на пруду в Заре.
Я написал об этом пост в Facebook и предложил подписчикам скинуться – вернуть активисту его деньги. Мы собрали необходимую сумму очень быстро. Раньше такого представить себе было невозможно. По моим наблюдениям, резкий перелом в общественных настроениях случился в 2011-2012 годах.
Правда, позитивная тенденция не сохранилась, 2016 год был пиком пессимизма. Но сейчас настроения немного пошли вверх. Мои друзья заметили, что это происходит циклами – по 10 лет каждый.
Так что следующего оптимистического пика ждем в 2021-2022 годах. Я оптимист, хотя мало кто так считает, поэтому верю: всё будет хорошо!

Прочитано 1055 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту