Первое интервью непубличного министра

A A A

Илья Галкин специально для «Улицы Московской».
17 мая 2021 г. в Пензенской области был назначен новый врио министра лесного, охотничьего хозяйства и природопользования – Илья Галкин, который пришел в министерство на должность заместителя министра по приглашению врио губернатора Олега Мельниченко 12 апреля 2021 г. после 25-летней службы в вооруженных силах и ФСБ РФ.

galkin
– Илья Владимирович, человека, который 10 лет отдал армии и 15 лет ФСБ, назначили руководить Минлесхозом, куда через четыре дня после отставки прежнего врио министра пришла полиция с оперативно-следственными действиями. Первая мысль у многих в Пензе, что, вероятно, этот человек каким-то образом связан с расследованием?
– Нет, человек не связан абсолютно. Я работал в ФСБ в Департаменте военной контрразведки. Мы занимались только воинскими частями и воинскими коллективами. С гражданской тематикой не пересекались никак.
– Крутой поворот: из военной контрразведки в леса, охоту и природопользование. Почему?
– У меня заканчивался контракт прохождения службы. Я мог на пенсию уходить еще пять лет назад – 25 календарных лет отслужил, а выслуга с льготами и того больше. То есть я увольнялся не потому, что увольняли, а потому что заканчивался контракт. Последнее время служба была не очень простая, и было принято решение об окончании военной службы. Надо было устраиваться, что-то находить, семью кормить.
Прежде чем уходить на гражданку, я подготовился: получил второе высшее образование, юридическое, в нашем Пензенском государственном университете. Искал, где буду работать. Предложение от губернатора пойти заместителем министра было несколько неожиданное, но, как государственный человек, я выбрал государственную службу.
– Вы раньше пересекались с Олегом Мельниченко?
– Да, когда он работал в правительстве, а я проходил службу в Каменке. Он взаимодействовал с силовыми структурами и приезжал к нам в бригаду, по-моему, в 2009 г. или 2010 г. Тогда мы и познакомились, но личных отношений не поддерживали.
– Когда Вы приняли предложение стать замминистра Минлесхоза, какой был основной мотив: статус, высокая зарплата, что-то еще?
– Были предложения и с более высокой зарплатой, в том числе от частных структур. Но, наверное, мы, военнослужащие, все-таки государевы люди. Какие-то реперы такие по жизни – государственные.
– Раз Вы согласились работать в Минлесхозе, наверное, у Вас соответствующие увлечения?
– Обожаю природу. Не охотник, не рыбак. К браконьерству также отношусь отрицательно.
– Когда в начале апреля Вы шли заместителем министра в Минлесхоз, то предполагали, что через месяц придется возглавить министерство, в котором полиция будет вести расследование? Кстати, что именно расследуется?
– Вы меня спрашиваете о периоде, когда меня здесь не было. Я сторонник теории, что не место красит человека, а человек место. Приходи и работай хорошо на своем месте, и тогда к тебе не будет вопросов ни от кого, в том числе от следственных органов.
– Надо понимать, определенные люди брали взятки?
– Я не готов комментировать, кто и что тут брал до меня. Давайте не будем об этом.
– Тогда расскажите о себе: семья, детство, школа.
– Я родился 19 сентября 1978 г. в г. Петропавловске-Камчатском в семье военнослужащих. Потом ездили с отцом по гарнизонам по всему Советскому Союзу, ГДР, Грузии – всего 11 мест.
Сначала я жил на Камчатке, потом на Сахалине. Потом в Молдавии, потом в Симферополе. Потом в двух местах в Германии. Потом в Грузии мы жили в Шаумяни, Вазиани, Гомбори, Тбилиси, Батуми. Сменил 11 школ.
Из Батуми, где у меня отец был заместителем командира дивизии, я поступил в Коломенское высшее военное артиллерийское командно-инженерное училище. Поступил без экзаменов, потому что школу закончил с медалью.
– Почему выбрали именно этот вуз?
– Вариантов было немного. Шел 1995 г., Грузия уже независимое государство, и российских вузов там, естественно, не было. Поступать надо было в России. Военная специфика мне была знакома и понятна, определялись только с вузом: финансовый, артиллерийский или еще какой-то. Выбрали Коломну, туда и поступил.
– А Ваш отец?
– Отец тоже служил по линии артиллерии. Родители продолжали свою службу, я свою. В настоящее время отец закончил службу, полковник, военный пенсионер. Мама – старший прапорщик, тоже закончила службу, пенсионер.
– Когда Вы закончили учебу, где потом служили?
– Отучился пять лет, училище стало называться Михайловское высшее военное артиллерийское командно-инженерное училище. Закончил в 2000 г. с красным дипломом, с золотой медалью и отправился на службу в ВС РФ.
Попал служить в Оренбургскую область, по линии артиллерии. Прошел должности в войсках от командира взвода, командира батареи до начальника штаба дивизиона. После этого продолжил службу в Федеральной службе безопасности.
– С чем был связан переход?
– Идет плановый отбор кандидатов на замещение должностей. Мне предложили – я согласился.
– Когда Вы впервые приехали в Пензу?
– Первый раз приехал в 2007 г., в декабре, но сначала работа была связана с объектами в Каменке, и часть объектов была в Мордовии.
– Можно поподробнее, что это была за работа?
– Работа по контрразведывательному обеспечению воинских частей.
– Чем вообще занимается контрразведка?
– То же самое, чем занимается Московская, 72 среди гражданских. Та же самая работа, но строится среди военнослужащих. Борьба с терроризмом, защита государственной тайны, пресечение противоправной деятельности коррупционной направленности, борьба с иностранными спецслужбами и организациями. Все это описано в Законе о ФСБ.
Все основано на работе с людьми.
– Как проходила Ваша служба в ФСБ?
– Служба по линии ФСБ проходила у меня очень продуктивно, были командировки за границу, в том числе в Сирию. Награжден по итогам орденом Мужества в 2020 г.
– Хотелось бы поподробнее узнать о командировке в Сирию. За что Вас наградили орденом Мужества?
– За мужество при выполнении специальных задач в командировке в 2019-2020 гг.
– А более подробно?
– Более подробно говорить пока рано.
– Какие должности Вы занимали в ФСБ?
– Это должности оперативного состава: оперуполномоченный, старший оперуполномоченный, старший оперуполномоченный по особо важным делам.
– Ваше звание?
– Подполковник запаса.
– Почему Вы решили выбрать гражданскую профессию юриста?
– Она была смежная с должностью, которую я занимал в ФСБ.
– Как Вам переход из закрытой сферы военной контрразведки в публичную?
– Честно говоря, не очень нравится. Я как-то не привык, чтобы люди показывали пальцем: вон у нас во дворе министр с собакой гуляет.
– А где живет министр? И с кем?
– Живу в обычном многоэтажном доме с женой и дочерью. Супруга работает, я работаю. Место выбрали, когда еще из Каменки переехали, чтобы школа была рядом и работа недалеко.
– Ваши впечатления о Пензе?
– Мы приехали, нам понравилось, служим. И мне, и семье очень комфортно. Люди здесь очень доброжелательные, климат хороший. В Оренбуржье климат был похуже. Поэтому и решили, что при увольнении останемся пензенцами.
– Обычно люди со стороны подмечают незаметные постоянным жителям особенности. За 14 лет в Пензенской области есть какие-то наблюдения, удивляющие Вас?
– Нет.
– С чего начинается день министра?
– Просыпаюсь я очень рано, в начале шестого, и иду гулять с собакой. Собака очень живая, с ней надо много гулять, мне это заменяет занятия спортом, на которые сейчас не остается времени. Примерно через полчаса возвращаюсь, моя семья в это время просыпается. Вместе завтракаем и разбегаемся на работу.
– Во сколько Вы приезжаете на работу?
– День на день не приходится. Сегодня (28 мая – ред.) у меня рабочий день начался в 7 утра, потому что был выезд в Кузнецк. Обычно в начале девятого я уже на месте. Министерство начинает официально работать в 9 часов.
– Зачем Вы ездили в Кузнецк?
– Я считаю необходимым проехать по всем лесничествам, по всем подведомственным учреждениям, чтобы ориентироваться, где что находится и в каком состоянии. У меня пока ознакомительный объезд, чтобы я лично знал, если есть какие-то проблемы, чтобы я это сам услышал от людей.
В области 14 лесничеств, лесопожарный центр, центр особо охраняемых природных территорий. Получается на фоне текущей работы сделать один-два выезда в неделю.
Сегодня заехали в два лесничества, всего побывали уже в шести. От людей я не запираюсь: встречи не в рамках совещания, а проходим по всему лесничеству, заходим во все кабинеты, спрашиваем про чаяния, проблемы служебного и неслужебного характера. Все знают, что можно обратиться через сайт напрямую.
– Ваша гражданская специальность – юрист. Правовая основа в госуправлении, безусловно, важна, но природоохранная сфера весьма специфическая. Как Вы справляетесь?
– Изначально было трудно. Но, если есть желание, можно почитать законодательство, разобраться. Специалисты в министерстве очень сильные, компетентные в своих вопросах, поэтому при грамотной организации работы можно получить хороший результат.
– Выходит, что организация работы в Минлесхозе была неправильная?
– Я же вам сказал, что министерство рабочее, люди на своих местах. Есть какие-то нюансы. Рыба гниет всегда с головы. Вы мне предлагаете комментировать то, к чему я никакого отношения не имел.
– Тогда спрошу по-другому: какие проблемные точки Вы увидели в Минлесхозе?
– Руководство Минлесхоза полностью поменялось, и сейчас очень большая проблема – отсутствие заместителей, людей, которые будут вместе со мной руководить министерством. К сожалению, основная проблема – кадровый голод. Людей с лесным образованием либо с образованием по природопользованию найти сложно. Очень высокие критерии.
Проблемные точки в подразделениях – опять же люди, их очень трудно набрать, потому что очень невысокие зарплаты. Но это не от нас зависит, к сожалению, а исходит из того финансирования, какое мы имеем. У частника получают больше. Это проблема бюджетной сферы. Остаются кадры, которые с лесом связаны очень давно, а молодежь очень трудно привлечь в отрасль. Ведем работу, чтобы предоставлять специалистам служебные квартиры. Есть пример: люди заселились, живут.
По поставке техники у нас начали работать федеральные программы. Специалисты все на месте, в установленное время документы были поданы. Мы лесопожарную технику получаем, стараемся в плановом порядке обновлять автопарк машин нашего лесничества.
– Как Вы охарактеризуете свой стиль общения с подчиненными?
– Я очень пунктуальный человек, поэтому не терплю непунктуальности. Если поставлена задача, она должна выполняться к конкретному сроку.
– А если не выполнена, что ждет человека? Лишение премии?
– Я, пока работаю в министерстве, еще никого ничего не лишал. Более того, принимать кадровые решения на начальном этапе своей деятельности считаю скоропостижным. Есть время посмотреть, кто какие места занимает, соответствует ли своей должности. Вообще, я считаю, что с кадровыми решениями торопиться не надо, самый ценный ресурс – это люди.
– В какой форме Вы даете понять, что нужно делать работу быстрее, качественнее?
– Я считаю, что человека можно ускорить в работе, даже не повышая голоса. Крик, как правило, не способствует достижению результата. Можно с человеком грамотно все обсудить, можно послушать и специалиста. Ты как руководитель должен иметь свое мнение, но не зазорно послушать специалиста, дабы не переделывать по сто раз.
– Что стало самой большой сложностью для Вас в Вашей новой роли?
– Как я уже сказал, я не очень приветствую публичность. Честно говоря, долго отказывался от этого интервью. Мне это пока не очень нравится в силу специфики прежней работы. Но это мое личное, а есть служебное.
Должность не предполагает, что ты не будешь с человеком общаться, если это связано с работой, и во главу угла ставится достижение результатов. А в личной жизни, я честно скажу, у меня очень много знакомых, меньше товарищей и очень мало друзей, которыми я очень сильно дорожу.
– Вы умело прячете бурные эмоции за маской спокойствия и невысоким голосом или действительно так спокойно воспринимаете все вокруг?
– Вы знаете, жизненный опыт мне уже позволяет остановиться и подумать.
– Какие у Вас увлечения?
– Я занимаюсь испанским языком. Плотно учиться начал, наверное, год. Даже будучи министром, стараюсь выкроить полтора часа на занятия с преподавателем в одной из школ.
– Чем вызван интерес к испанскому?
– Просто понравилось. Давайте сразу определимся, что за границу я не смогу выезжать из-за служебных ограничений до 2026 г. И, если кто-то подумал, что я учу испанский, чтобы купить себе виллу в Испании, это неправда.
– Говорят, Вы знаете арабский и другие языки?
– Немножко говорю на разговорном арабском. Английский базовый.
– Ваше отношение к спорту?
– С удовольствием занимался спортом, но не высоких достижений, а общей физкультурой, до назначения на должность. Сейчас времени нет.
– Вы упомянули собаку, какой она породы?
– Порода Джек-рассел-терьер, как в фильме «Маска».
– Это ребенок захотел, или вы с женой любите собак?
– Как у всех: ребенок захотел, а мы гуляем.
– Вы ее тренируете?
– Специально нет. Она знает необходимые команды, за палочкой бегает, лапу дает. Собака в нашей семье для души.
– Ваше любимое блюдо?
– Я люблю пельмени, которые делает моя жена.
– Любимый напиток?
– Я предпочитаю зеленый чай.
– Ваше отношение к алкоголю?
– Я могу выпить, для меня это не проблема, но могу хорошо провести время и без алкоголя.
– Часто жены руководителей, особенно военных, жалуются, что дома тоже все ходят строем, а как у Вас?
– Абсолютно неправда, я очень семейный человек, все в правах равны.
– Как бы сформулировали свое жизненное кредо?
– Лучше быть, чем казаться.

Интервью взяла Екатерина Куприянова
Фото Екатерины Куприяновой

Прочитано 1884 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту