Создатели ядерного щита: Юлий Седаков

A A A

Краевед Александр Волков продолжает рассказ о пензяках-создателях ядерного щита СССР (см. «УМ», №№ 27, 32, 33 за 2015 г.). Сегодня он рассказывает о выпускнике школы № 2 г. Пензы (1944) и Пензенского индустриального института (1949), докторе технических наук, лауреате Государственной премии СССР (1967), создателе и первом директоре НИИ измерительных систем (г. Нижний Новгород) Юлии Евгеньевиче Седакове (1927-1994).

Страницы официальной биографии
Юлий Седаков родился 17 июня 1927 г. в городе Брянске в семье служащих. В 1941 г. вместе с мамой и родственниками был эвакуирован в с. Большой Вьяс Лунинского района Пензенской области.
В 1943 г. семья переезжает в Пензу, где он успешно оканчивает школу № 2. В 1949 г. получает диплом с отличием Пензенского индустриального института. В 1949-1952 гг. Юлий Седаков работал на Пензенском заводе счетно-аналитических машин, где прошел путь от конструктора до начальника выпускного цеха.
В 1952 г. был направлен в Арзамас-16, на завод № 1 КБ-11: с 1953 г. – начальник сборочного цеха по изготовлению опытных образцов изделий, с 1956 г. – начальник производственно-диспетчерского отдела завода.
В 1957 г. переведен на должность главного технолога Пензенского приборостроительного завода (Пенза-19), а в 1961 г. становится главным конструктор серийного конструкторского бюро завода.
sedakovВ 1966 г., с целью сосредоточения разработки и изготовления опытных образцов бортовой радиоэлектронной аппаратуры, в системе Министерства среднего машиностроения было образовано Горьковское конструкторско-технологическое бюро измерительных приборов. Директором бюро был назначен Юлий Седаков. В 1976 г. оно было преобразовано в Научно-исследовательский институт измерительных систем (НИИИС).
Под его руководством коллективом института были проведены широкие научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по созданию систем и приборов специального назначения, радиотелеметрических систем, систем сквозного проектирования и изготовления радиоэлектронной аппаратуры.
В 1976 г. Юлию Седакову была присвоена ученая степень доктора технических наук, в 1980 г. – звание профессора.
Деятельность Юлия Евгеньевича была высоко оценена правительством. В 1967 г. ему была присуждена Государственная премия СССР, в 1980 г. – премия Совета Министров СССР. Он награжден тремя орденами Трудового Красного знамени (1955, 1962, 1981), орденом Ленина (1971), орденом «Знак Почета» (1956).
В 1996 г. НИИ измерительных систем присвоено имя его основателя Юлия Евгеньевича Седакова.


Воспоминания о брате
Из воспоминаний Елены Седаковой.
«…Наша мама, Анна Моисеевна Черняк, родилась 29 мая 1909 года в городе Мценске Брянской области в достаточно богатой по тем временам семье. Её отец, Моисей Евсеевич, был лесопромышленником. Наш отец, Евгений Васильевич, происходил из семьи городских служащих. Он родился 11 января 1908 года в городе Ефремове Тульской области.
Наши родители встретились в Брянске. Бабушка рассказывала нам очень романтичную историю о том, как папа украл маму из родительского дома, со второго этажа. Маме было 17 лет, а папе –18. Юлий родился в городе Брянске 17 июня 1927 года. Его любили все.
Бабушка часто рассказывала мне о детстве Юлия, о том, каким он был выдумщиком! И всё ему легко давалось. Когда он пошел в первый класс, то уже умел читать и писать. На второй день учебы он встал и ушел с уроков. Он просто сказал, что ему это не интересно. Пришлось бабушке ходить с ним в школу и какое-то время сидеть вместе за партой.
Воспитывали нас строго. С малых лет приучали отвечать за свои слова и поступки. Если нас отпускали на прогулку на три часа, то нельзя было опоздать даже на десять минут. Если наказывали, то лишали самого важного для нас – книг.
Очень строго следили в семье за нашим поведением в быту. Нас рано научили пользоваться вилкой и ножом. Нельзя было выражать бурно своих чувств и громко смеяться.
У подрастающего Юлия было море энергии. Он придумывал самые разные развлечения: любил мастерить корабли, а мог и набедокурить, так что маме потом приходилось извиняться.
Пришел 1941 год. В мае папу забрали на военную подготовку, а в июне началась война. В самом начале войны отец забежал домой, чтобы попрощаться перед уходом на фронт.
А потом началась эвакуация. Ехали мы от Орла до Пензы с конца августа по ноябрь. Привезли нас в село Большой Вьяс Пензенской области и поселили в дом к местной жительнице. Жили очень дружно.
В это страшное время школы не переставали работать. Юлий учился. Ходил он в школу в дедовых штанах (а дед был высоким), зимой надевал дедовы валенки. Юлий и в деревне был душой класса. Ребята ставили пьесы, организовывали концерты.
В 1942 году маму перевели в Пензу. Мы жили на улице Володарского в подвальном помещении больницы № 3. Брат учился в школе № 2. В девятом классе он не учился, а сдал экзамены экстерном. И на то была веская причина. Он хотел учиться в одном классе с девушкой, которая ему нравилась, а она была на год старше его.
Письма от отца с фронта приходили редко. Мама работала в медсанчасти велозавода, а ночами дежурила на скорой помощи.
Окончив школу, брат поехал сдавать экзамены в Казанский медицинский институт. Экзамены он, конечно, сдал, но вернулся домой, потому что жить в Казани ему было не на что.
Юлий поступил в Пензенский индустриальный институт в 1944 году. И здесь он был очень активным. На станции Селикса стояла танковая часть. Так вот, по инициативе брата ребята чинили танки. Он договаривался с городскими организациями, и студенты сажали возле института деревья.
Юлий был необыкновенно заботливым семьянином. Его забота распространялась не только на его семью, но и на всех членов моей семьи. В трудную минуту Юлий всегда был рядом, помогал морально и материально.
Ни себе, ни окружающим Юлий не давал покоя. Вставал он очень рано и максимально плотно использовал время. Брат много и плодотворно работал, но также с огромным удовольствием отдыхал. Он любил море, поля и горы. Но больше всего Юлий любил лес, умел и любил собирать грибы.
 К молодежи у него было особенное отношение. Это была не просто любовь, он считал, что за молодежью будущее. Юлий Евгеньевич всегда старался, чтобы у молодых было меньше материальных трудностей, но и требовал хорошо трудиться.
Природа наделила Юлия Евгеньевича сильной энергией и интуицией. Он считал, что общая эрудиция помогает руководителю управлять коллективом. Он был уверен, что искусство, театр и литература возрождают духовные силы и развивают культурные способности людей, укрепляют семьи, способствуют пониманию и выполнению поставленных жизнью задач».

sedakov2
Не помню его безразличным
Из воспоминаний Инны Гуровой.
«Я с братом Володей после смерти мамы жили у тети в Пензе. Брат учился в школе
№ 2 вместе с Юлием. В классе ядром была группа, состоявшая из Юлия, моего брата, Анатолия Вершинина и Владимира Бабского.
Ребята часто собирались у нас на квартире, потому что и тетя, и бабушка очень приветствовали это. Они говорили о нашей победе в войне, спорили о книгах. Очень любили читать стихи Маяковского, Блока, запрещенного тогда Есенина. А Юлий был похож на Есенина: густые светлые волосы, голубые глаза, и эта его привычка откидывать рукой прядь волос назад.
Несмотря на военное время, друзья ходили в драматический театр по билетам без указания мест и по контрамаркам. Мы бывали в цирке, куда нас пропускала билетерша за то, что ребята пилили и кололи дрова для цирка. В феврале 1943 года я вступила в комсомол. Юлий и брат устроили праздник: принесли две серые булочки, свой завтрак из школы.
 После окончания школы Юлий поступил в Пензенский индустриальный институт. Когда я поступила туда через два года, он был там уже в гуще всех дел. После окончания института я недолго работала на пензенском заводе «САМ», где Юлий Евгеньевич был к этому времени авторитетным руководителем. Мы встретились снова в 1958 году уже в Пензе-19.
Он был творческим человеком и никогда не отмахивался от конкурсных вечеров и КВН. Приходил на генеральную репетицию, находил средства для поощрения и добрые слова.
После отъезда в Горький Юлий Евгеньевич часто бывал в командировках в городе Заречном. Город тогда гудел телефонными звонками. Все его приглашали, он многим обещал прийти. Приезжал он на юбилейные вечера СКБ и на встречи Нового года с женой. И всегда был вопрос, что значимее: его приезд или сама встреча Нового года?
Мы с мужем всегда приезжали в Горький на семейные события Седаковых и на другие праздники. Гостиница всегда заказана, экскурсия в институт всегда интересная, с культурной программой.  Я не помню его грустным или безразличным. Усталым – да. Таких гостеприимных друзей у нас больше не было.
Когда скоропостижно скончался мой муж в 46 лет, Юлий Евгеньевич тут же приехал с женой. И когда я осталась одна, они меня не забыли. И как Юлий Евгеньевич все помнил, не знаю. Но твердо знаю, что после его отъезда из Заречного, другого такого начальника у нас не было, да и не могло быть… ».    
Автор выражает благодарность С. М. Дудкину (НИИИС им. Ю. Е. Седакова) и Е. В. Рябенко (ИВЦ ПГУ) за предоставленные материалы.

Прочитано 1990 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту