Самое читаемое в номере

Си Цзиньпин вносит поправки в «китайскую мечту»

A A A

По мере замедления темпов роста экономики меняется и общественный договор между партией и народом.

Заурядные самодержцы довольствуются контролем над словами и действиями своих подданных. Но по-настоящему честолюбивые вожди хотят управлять мыслями своего народа.
С тех пор как 10 лет назад Си Цзиньпин, верховный вождь Китая, взял в свои руки бразды руководства Коммунистической партией, он успел продемонстрировать, сколь далеко простираются его устремления. В частности, он решил вдохнуть новую жизнь в патриотические чувства своих подданных.
Через несколько дней после того, как он возглавил партию, Си Цзиньпин пообещал стране воплотить в жизнь к середине века «китайскую мечту» – восстановить национальное величие. Со временем стали ясны отдельные элементы этого «омоложения»: построение умеренно процветающего, сильного и гармоничного (читай: управляемого) общества, создание вооружённых сил мирового уровня, очищение окружающей среды и возвращение страны на авансцену мировой политики.
Си Цзиньпин вновь обратился к этой мечте в своём докладе на XX съезде партии в прошлом месяце, на котором он получил мандат на управление страной в течение ещё одного срока (и, возможно, всей оставшейся жизни).
Но китайскую деловую элиту, чиновников-реформаторов и либеральных интеллектуалов этот съезд вверг в уныние. Кое-кто с тревогой заметил, что видение будущего Си Цзиньпином меняется. Он всё более сосредоточивается на коллективных целях и становится всё менее терпим к мечтаниям отдельных людей.
Во второе десятилетие правления Си Цзиньпина задача сделать Китай снова великим начинает всё больше походить на массовую кампанию под руководством партии. В духе своего нового, всё более сурового видения Си Цзиньпин говорит о необходимости опоры на собственные силы в ответ на усиливающееся давление со стороны внешнего мира и, прежде всего, руководимых Америкой стран Запада.
Честно говоря, партия и раньше подавляла мечтания отдельных людей. Она никогда не терпела вызовов своему политическому или идеологическому влиянию и не брезговала применением жёсткой силы для проведения своей политики.
Но на протяжении большей части последних 40 лет экономический подъём Китая и его открытие миру создавали возможности для реализации частных устремлений сотен миллионов людей. Более того, эта политика как раз и опиралась на эти устремления.
Среди тех, кто стремился к светлому будущему и брал на себя связанные с этим риски, были крестьяне, покидавшие свои деревни, чтобы стать рабочими в городах или основать собственные частные предприятия – от маленьких лавок до высокотехнологичных великанов стоимостью в миллиарды долларов.
Среди них были и семьи, которые покупали квартиры в ещё недостроенных многоэтажках, чтобы увеличить шансы своих сыновей на удачную женитьбу.
Среди них были и родители, нанимавшие репетиторов своим детям и оплачивавшие им уроки английского по интернету, проводимые преподавателями из стран Запада, чтобы дети смогли продолжить образование за рубежом.
Молодые китайцы наслаждались личными свободами, казавшимися немыслимыми их родителям и бабушкам с дедушками, которые выросли в эпоху ксенофобского безумия Мао Цзэдуна. Они смотрели иностранные фильмы и играли в американские интернет-игры. А кое-кто обращался за духовным утешением к религии.
Но такая свобода выбора угрожала монополии партии на сердца и умы граждан. Некоторые из этих людских мечтаний привели к увеличению и без того значительного неравенства и росту давления на городской средний класс, который заговорил о невыносимой конкуренции за места в лучших университетах и партнёров по браку. Возможно, вследствие этого китайцы стали меньше жениться и заводить детей. И партия решила действовать.
С 2015 г. Си Цзиньпин стал ужесточать партийный контроль над религией. Через два года на XIX съезде он подчеркнул опасность «неравномерного и недостаточного роста» и взял на себя обязательство «исправить положение с чрезмерными доходами». С тех пор он всё время говорит об «общем процветании», проводит эгалитарную политику с популистским уклоном.
В 2021 г. Си Цзиньпин ошеломил учеников и преподавателей запретом на коммерческое обучение школьников, в том числе на преподавание иностранных языков по интернету из-за границы. Чиновники назвали такой запрет благом для измождённых родителей.
Встревоженный спекуляциями с жильём (а это вполне реальная проблема), Си Цзиньпин начал борьбу за снижение цен в этом секторе, что привело к кризису доверия на рынке.
Молодёжи играть в видеоигры по интернету теперь разрешается на протяжении лишь нескольких часов в неделю. Регулирующие органы сократили показ иностранных фильмов в кинотеатрах.
Иностранные аналитики пытаются найти определение для наблюдаемых тенденций. Они говорят, что Си Цзиньпин движется влево в области экономической политики и вправо, когда подливает масла в националистический костёр. В пекинской элите ведутся яростные споры о том, одобряет ли Си Цзиньпин частный бизнес или считает его неизбежным злом.
Порою кажется, что панические настроения опережают ход самой политики властей. Некоторые интеллектуалы начали публично восхвалять в государственных средствах массовой информации существовавшую несколько десятилетий назад систему потребительской кооперации и сельскохозяйственных коммун, а другие стали выражать опасения по поводу возможности возвращения к плановой экономике.

Большой скачок назад
Чтобы понять текущий момент, надо посмотреть, как Си Цзиньпин меняет общественный договор между партией и народом. Личные устремления людей приносятся теперь в жертву коллективным интересам. Учёные заговорили о возвращении к «линии масс» эпохи Мао Цзэдуна. На жаргоне китайских коммунистов так называются усилия по убеждению общества следовать в указанном партией направлении, рассматривая его как выражение своих собственных устремлений.
Меняется и «китайская мечта». В 2013 г. Си Цзиньпин писал студентам-археологам, что этот великий проект потребует «включения мечтаний отдельных людей в общенациональное дело». На XIX съезде в 2017 г. он призвал партию помочь молодёжи воплотить в жизнь «её мечты». На завершившемся только что XX съезде он потребовал от молодёжи, чтобы она прислушивалась к партии, следовала её указаниям и проявляла больше упорства.
Вскоре после этого Си Цзиньпин посетил Краснознамённый канал – огромный ирригационный проект в провинции Хэнань (Центральный Китай), в ходе реализации которого в начале 1960-х годов целая армия крестьян и молодёжи пробивала путь через твёрдую скальную породу для отвода вод реки. Он призвал современную молодёжь учиться у своих предков, в том числе у тех, кто пожертвовал своей жизнью ради общего блага.
Си Цзиньпин выглядел как чрезвычайно разъярённый патриарх, когда говорил: «Молодое поколение должно унаследовать и развить дух упорного труда и уверенности в себе, отказаться от высокомерия и баловства, чтобы, подобно своим отцам, запечатлеть кровь собственной юности на исторических памятниках».
Для любого правителя внесение поправок в общественный договор сопряжено с определённым риском. Партия давно черпает свою легитимность в росте материального благосостояния. Но теперь она стала уделять больше внимания идее коллективной, национальной гордости.
Судя по всему, это соответствует суровому мировоззрению самого Си Цзиньпина. Опять же, если темпы роста экономики продолжат замедляться, у него может не остаться иного выбора.
The Economist, 12 ноября 2022 года.

Прочитано 1108 раз

Поиск по сайту