Самое читаемое в номере

Не пора ли ему остановиться?

A A A

Русские бомбардировки ценой растущих кровопролития и разрушений приблизили режим Башара аль-Асада к победе.


То было мгновение надежды: достигнутое при международном посредничестве перемирие, которое могло бы привести к политическому соглашению и положить конец войне, унёсшей, возможно, почти полмиллиона жизней и превратившей миллионы людей в беженцев.
Соглашение о перемирии было подготовлено Америкой и Россией 12 февраля в рамках мюнхенской конференции по безопасности и поддержано состоящей из 17 государств Международной группой в поддержку Сирии (это название – самая жестокая насмешка). Но у него никогда не было шансов на успех.
Гуманитарная помощь осаждённым городкам – первая часть соглашения – должна была начать поступать в течение недели после «прекращения вражды». Сейчас можно наблюдать некоторые признаки начала поставок: ООН объявила о соглашении с режимом от 16 февраля о доступе в семь городков.
Возможно, в их число входит и  Дейр-эз-Зор, город, в основном удерживаемый Исламским государством (ИГ), куда можно сбрасывать гуманитарные грузы с самолётов. 17 февраля конвой с помощью выехал из Дамаска. Но при этом остаётся очевидным, что у соглашения о прекращении огня нет никакого будущего.
Никого не удивило, что Сергей Лавров, русский министр иностранных дел, с улыбкой заявил, что, несмотря на подписание соглашения, Россия продолжит наносить удары с воздуха по тем, кого считает «террористами».

siriya


Это очень гибкое определение. «Фронт помощи» (ФП), могущественное сирийское отделение «Основы», сражается в едином строю с другими силами – как с подразделениями бойцов джихада, так и с более умеренными группировками, которых поддерживает Запад. Так что Россия считает оправданными бомбардировки любых отрядов повстанцев.
После начала в конце сентября русского вторжения, направленного, как предполагалось, против ИГ и ФП, положение в Сирии сильно изменилось. Близкий тогда к падению режим Башара аль-Асада теперь уверен в том, что выживет, и намерен восстановить свою власть над страной.
Проправительственные силы окружили удерживаемые повстанцами районы Халеба – когда-то крупнейшего города Сирии. Не пора ли Асаду и Путину остановиться?
Непонятно, чего намеревался (кроме разоблачения русского цинизма) достичь этим соглашением с Лавровым Джон Керри, американский государственный секретарь. Как описал эту ситуацию Джон Маккейн, председатель сенатского комитета по обороне: «Это дипломатия на службе у военной агрессии. Она происходит потому, что мы это позволяем».
В течение нескольких дней после Мюнхенского соглашения война расширилась и усилилась. 15 февраля почти 50 мирных жителей погибли в результате ракетного обстрела сирийских земель, удерживаемых повстанцами.
14 человек погибли в северном городке Азазе, когда ракеты уничтожили две больницы и школу, где нашли приют беженцы. Ракеты также обрушились на больницу в Марат-эн-Намане (провинция Идлиб), к югу от Халеба.
В целом было уничтожено пять медицинских учреждений. ООН осудила это нападение как нарушение международного права. Турецкий министр иностранных дел обвинил Россию в «очевидном военном преступлении».
Вражда между Москвой и Анкарой получила новую подпитку в связи с наступлением Сирийских демократических сил (СДС) – союза курдских и арабских боевиков под покровительством ДСС, главной силы сирийских курдов. Это был самый надёжный союзник Америки в борьбе с ИГ.
Но теперь, поддержанный русскими авиацией и поставками оружия, он сражается, негласно взаимодействуя с режимом Асада.
2 февраля СДС перерезали крайне необходимый для снабжения повстанцев коридор между Халебом и турецкой границей. 15 февраля они заняли Тель-Рифаат – городок, одним из первых восставший против Асада, сузив «азазский карман» – оплот повстанцев на границе Турции.


Борьба за Роджаву
Курды хотят создать единую автономную территорию, соединив два анклава, которые они контролируют близ границы с Турцией. В недавно открытом представительстве ДСС в Москве есть карта будущего Сирийского Курдистана, называемого Роджавой. Она занимает огромную территорию.
Турция намерена остановить курдов. Она обстреливала их всю последнюю неделю. Премьер-министр Ахмет Давутоглу заявил, что Турция «не допустит падения Азаза», и пригрозил «суровым ответом», если возглавляемые курдами войска попытаются взять этот городок.
Десятки тысяч беженцев бегут из Халеба, направляясь на север, к турецкому приграничному городку Килису, и на запад, к удерживаемому в основном повстанцами Идлибу.
Режим, как всем кажется, тоже рад тому, что жители города бегут из него, и пропускает их через линию фронта.
Ноа Бонси из мозгового треста Международной кризисной группы уверен, что бомбардировки жилых районов и объектов социальной инфраструктуры, в том числе больниц и школ, неслучайны. Обе главных больницы Халеба систематически разрушались русскими авиаударами всю прошлую неделю.
Здесь преследуется двойная цель: вынудить мирных жителей покинуть город, чтобы использовать ещё более безжалостную тактику против оставшихся боевиков, и поднять цену сопротивления до такого уровня, чтобы общины сами начали давить на боевиков, требуя согласиться на прекращение огня на любых условиях, которые предложит режим. Так уже произошло в Хомсе два месяца назад.
Западные дипломаты обвиняют президента России Владимира Путина в использовании беженцев как «оружия», чтобы угрожать Европе и наказать Турцию, которая поддерживает повстанцев и сбила в ноябре русский самолёт, вторгшийся в её воздушное пространство.
Турция делает всё возможное, чтобы остановить исход из Халеба. Она развёртывает большие лагеря для беженцев с сирийской стороны границы. Пока неясно, собирается ли она защищать эти лагеря от нападений русских и правительственных войск.
Если да, то это может стать прелюдией к созданию неформальной зоны безопасности вдоль границы. Турки давно требовали создать такую зону, но Америка отказывалась это делать даже в те времена, когда на границе было гораздо спокойнее, чем сейчас.
Одно – дело сбивать случайные вертолёты режима, и совсем другое – рисковать прямым военным противостоянием с Россией. Вожди сирийской оппозиции смотрят на это несколько иначе. Один из них говорит: «Похоже, Турция пытается создать гуманитарный кризис. Они думают, что это заставит, наконец-то, Запад действовать».
На самом деле, вряд ли Запад пойдёт на вторжение. Даже если Россия и Турция войдут в столкновение в Сирии, это не значит, что НАТО, членом которой является Турция, будет обязана придти на помощь. По меньшей мере до тех пор, пока нападению не подвергнется территория самой Турции.
Невнятная позиция Керри означает, что президент Барак Обама, которому осталось править всего год, не станет менять свой курс на более ястребиный до тех пор, пока его не вынудит к этому ход событий.
Без прямого же западного военного вторжения, как полагает большинство военных аналитиков, мало что может предотвратить новые поражения повстанцев.
Саудовская Аравия подумывает о поставках им переносных зенитных ракетных установок. Но Америка отвергает эту идею, опасаясь, что они могут быть использованы террористами по всему миру против пассажирских самолётов.
Но всё это не значит, что Халеб быстро сдастся правительственным войскам. В городе остаются около 40000 закалённых в боях повстанцев из более чем 50 оппозиционных групп. Большинство из них относительно независимы от ФП. Согласно последнему докладу Института военных исследований – мозгового треста в Вашингтоне – они способны оказать упорное сопротивление.
Однако этот мозговой трест предупреждает, что в условиях начинающейся осады ФП и его салафитский джихадистский союзник «Свободные люди Великой Сирии» будет давить на умеренные группировки, которые почувствуют себя преданными Западом, заставляя их вливаться в свои ряды. Это позволит режиму утверждать, что оппозиция состоит из одних «террористов».
Без русской поддержки с воздуха правительственные войска выглядели бы не столь грозно. В сирийской армии, возглавляемой алавитами, осталось мало частей. К середине прошлого года она была на грани развала.
Теперь она заново обучена и вооружена русскими, но расположена в основном в глубине контролируемой правительством территории: в Дамаске и Латакии. Основные силы вокруг Халеба представлены возглавляемыми персами добровольцами-шиитами из Ливана и Ирака, а также боевиками из Афганистана и Пакистана.
Источники в западной разведке оценивают их численность в 15000, и это не считая мощной 5-тысячной ливанской шиитской добровольческой армии «Партии бога». Там же действуют отряды русских сил специального назначения, координирующие воздушные удары. Один из командиров повстанцев говорит: «Мы можем разгромить их на поле боя. Наши люди сражались с ними пять лет, и это наша земля. Но русские бомбардировки – совсем другое дело».
Запад мучается от собственного бессилия, тогда как Турция и её союзники в Персидском заливе только машут кулаками в воздухе. Но у Путина есть чёткая стратегия, которая, как оказалось, привела к успеху почти на всех уровнях. Снова уверенный в себе Асад говорит, что собирается вернуть себе мало- помалу страну.


Влад-победитель
Непосредственная цель Путина – это вернуть Халеб в руки правительства, позволить курдам создать полуавтономную область на Севере и затем использовать приостановленный мирный процесс под покровительством ООН для того, чтобы закрепить эти достижения.
Этот план подкреплён его уверенностью в том, что Европейский Союз, рассорившийся из-за беженцев, рассеиваемых войной, будет готов способствовать её прекращению почти любой ценой, а Обама уже смирился с провалом своих (не очень настойчивых) попыток добиться избавления от Асада.
И как главная награда: Путин сдержит своё обещание организовать согласованные удары по ИГ в Восточной Сирии для поддержки хилых усилий коалиции Обамы. Он сделает своё дело. И тогда можно будет даже пожертвовать Асадом, если его, конечно, заменят кем-то приемлемым для России.
И в долгосрочной перспективе путинская стратегия принесёт дивиденды. Главной причиной посылки им бомбардировщиков в Сирию вскоре после присоединения Крыма и разжигания сепаратистской войны в Восточной Украине было стремление вынудить Запад признать Россию великой державой. В обоих случаях Кремль изображал свои действия как ответ на вызывающее поведение Америки и её союзников.
По мнению Путина, революция в Киеве в феврале 2014 г. стала результатом заговора Запада, целью которого было оторвать Украину от России. Точно так же и войну в Сирии разжёг Запад, чтобы сместить Асада. И теперь Запад сталкивается с возмездием, уверен он.
Поток беженцев в Европу, усилившийся из-за русских авиаударов, – ещё одна награда. Путин годами оказывал материальную поддержку популистским и почвенническим партиям в Европе, которые выступали против ЕС.
Сейчас все они на подъёме из-за того, что Союз запутался в своей политике в связи с миграционным кризисом. А ослабевший ЕС, как рассчитывает Путин, облегчит ему задачу удержания Украины, Грузии и Белоруссии в сфере влияния России.
Важно также, что сирийская кампания помогает Путину поддерживать популярность у себя дома. Уровень одобрения его деятельности по-прежнему превышает 80%, несмотря на болезненный кризис, вызванный дешёвой нефтью, западными санкциями и плохим руководством самого Путина.
Изображение войны на русском телевидении напоминает просмотр блокбастера ликующими зрителями. После того как русские бомбы обрушились на больницы в Халебе, оно обвинило в этом Америку, показав кадры с американскими
А-10, якобы ведущими боевые действия в небе над городом. Усталые опровержения Америки только подтвердили её вину. Согласно социологической службе «Левада-Центр», почти 60% русских поддерживают войну в Сирии.
Но сколь бы успешной ни была путинская стратегия сейчас, она чревата проблемами в будущем. Саудовская Аравия – лидер недавно созданной исламской коалиции – проводит большие учения, возможно, готовясь к наземной операции против ИГ. Турция, куда недавно саудовцы послали свои самолёты, может стать её партнёром.
Если они двинутся вперёд (а это пока под большим вопросом), то неизвестно где остановятся: правительственные войска тоже попадут под удар – прямой или косвенный. Тогда России придётся или вводить значительные наземные силы, или отступить, а у Америки не останется иного выбора, как поддержать своих союзников.
В лучшем случае торжество Путина будет неполным. Даже при поддержке России, Ирана и шиитских наёмников Асад может вернуть под свой контроль только густонаселённые западные районы Сирии. Ему по-прежнему придётся иметь дело с большим радикализированным повстанческим движением.
Путин, возможно, поймёт, что уйти ему из Сирии столь же трудно, как Западу из Афганистана. А его обещание сотрудничать с Америкой в деле разгрома ИГ не может быть выполнено до тех пор, пока арабы-сунниты не приготовятся к взятию и удержанию оплота ИГ Ракки.
Только арабы-сунниты (то есть те, кого Россия называет «террористами») способны сделать это. Сейчас Путин и А сад, возможно, чувствуют себя победителями.
Но в Сирии существует большая разница между словами «побеждать» и «победить».
The Economist, 20 февраля 2016 г.

Прочитано 712 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту