Всем ли хватит мест на кладбище?

A A A

За 8 месяцев 2020 г. естественная убыль населения в Пензенской области составила 7589 человек. Можно констатировать, что перейден очередной психологический рубеж. В регионе стало проживать меньше 1 миллиона 300 тысяч человек.
На фоне растущей статистики по смертности, в том числе из-за пандемии коронавируса, «Улицу Московскую» заинтересовал самый прозаичный вопрос – справляются ли существующие кладбища с наплывом захоронений? Какова их заполняемость, и почему в Пензе проще не проводить инвентаризацию могил, чем строить крематорий с колумбарием?

sanctuary
Новозападное кладбище

ВСЮДУ УПЛОТНЕНИЕ
Похоронная тема – редкая тема для любого СМИ. Зачастую рассуждают о высоких показателях смертности, её причинах, нежели о проблеме, где собственно похоронить усопшего.
Связано это, по всей видимости, с устоявшимся убеждением о большом количестве земли в России: уж под кладбище землица-то найдётся, как и местечко на нём. Реальное же положение дел говорит об обратном.
Места пока действительно находятся, правда, в ряде случаев со множеством злоупотреблений. То свеженькие могилы можно встретить на бывших кладбищенских газонах или тропинках, а то и впритык к существующим старым могилам.
Так, знакомые автора этих строк буквально месяц назад пожаловались на администрацию одного из сельсоветов в Наровчатском районе. Приехали убраться на могилу к родителям, а доступа к ней не оказалось.
Новое захоронение с разрешения главы сельсовета перекрыло дорогу, тем самым уплотнив и без того плотную могильную территорию. И это сельское кладбище, где земли, по идее, хоть отбавляй! А что если оно, как положено, поставлено на кадастр и уже заполнено на 90-95 процентов?
В полумиллионной Пензе дела с захоронениями обстоят не лучшим образом. Пока городские власти не спешили устанавливать кладбища на кадастровый учёт, до 2019 г. в неучтённых границах того же Ново-Западного появилось множество новых захоронений. Особенно этот хаос бросается в глаза в восточной его части.
А что тут скажешь, если из 5 городских кладбищ (Митрофаньевское, Мироносицкое, Ахунское, Ново-Западное и Восточное) новое захоронение возможно произвести фактически на одном Восточном кладбище, в Чемодановке. Оно же самое удалённое от города и наименее благоустроенное.
При этом годом ранее и по Чемодановскому кладбищу городская администрация публично заявляла о критическом показателе заполненности.
Какова же ситуация с кладбищами в регионе на сегодняшний день, если брать во внимание возросшую смертность населения, в том числе благодаря пандемии коронавируса? Согласно данным Пензастата,
за 8 месяцев зарегистрировано 13990 смертей, что на 1640 смертей больше по сравнению с аналогичным периодом 2019 г.
* * *
«УМ» направила запросы в Правительство Пензенской области и Администрацию г. Пензы. В каждом содержалось по 9 вопросов. В том числе: все ли кладбища поставлены на кадастровый учёт, сколько из них открыты для новых захоронений и сколько только в родственные могилы, проводится ли при этом инвентаризация и с какой периодичностью?
Ответ за подписью врио заместителя председателя правительства Дмитрия Семёнова был выполнен в виде сводной таблицы. Она содержала информацию по всем 27 районам области, включая отдельно города Пензу, Заречный, Кузнецк и Сердобск.
Однако из девяти поставленных вопросов лишь на 6 были получены ответы. Фактически на самый главный вопрос – о заполненности кладбищ в процентном выражении – областные чиновники отвечать отказались.
Либо по причине незнания того, что представляет собой процедура инвентаризации в привязке к могилам, либо, наоборот, слишком хорошо знают её результаты. Ведь именно учёт могил в итоге даёт и чёткое представление о заполненности территории, злоупотреблениях с захоронениями и т. д.
Вторая версия подтвердилась случайно и только благодаря добросовестности глав муниципалитетов и одного сельсовета, но об этом чуть позже.

sanctuary2В ЭТОМ ДЕЛЕ ТОРОПИТЬСЯ НЕ НАДО
По информации областного правительства, в Пензенской области кладбища занимают территорию 2126,12 га, что примерно равно 20 Королевствам Монако. Рекордсменом по площади, как ни странно, является Нижнеломовский район – 189,44 га. Далее идёт Пенза – 177,84 га, на третьем месте Пензенский район – 146 га.
Общее количество кладбищ равно 1052, из них открыто для захоронений 948. Но эта цифра достаточно условная, поскольку есть варианты как с возможностью новых захоронений, так и захоронений только в родственные могилы. Однако подобную разбивку правительство предоставить тоже отказалось.
Из общего количества на кадастровый учёт поставлено 668 кладбищ, или 63,5%. Передовыми муниципалитетами, где сведения о границах кладбищ внесены в единый госреестр, значатся Бековский, Бессоновский, Земетчинский, Лунинский, Мокшанский и Спасский районы.
В сильно отстающих, или, скажем так, «никуда не торопящихся», оказался Пензенский район. Здесь из 72 кладбищ не поставлены на учёт…72 кладбища.
Данные таблицы красноречиво указывают и на то, что в 11 муниципалитетах (Бековский, Бессоновский, Белинский, Иссинский, Камешкирский, Колышлейский, Кузнецкий, Лопатинский, Наровчатский, Нижнеломовский и Пензенский), а также в Пензе пренебрегают инвентаризацией кладбищ.
Является ли это нарушением? По закону – нет, поскольку такого понятия в законодательстве не существует. А если подходить к вопросу с точки зрения ответственности органов местного самоуправления за содержание мест захоронения, то без систематического учёта не обойтись.
Например, Заречный инвентаризацию единственного кладбища проводит ежегодно, как и ещё 9 муниципалитетов. Раз в пятилетку ведётся учёт в Малосердобинском и Тамалинском районах. С периодичностью в три года к вопросам инвентаризации подходят администрации Кузнецка, Спасска, Мокшанского и Спасского районов.
В связи с чем возникает закономерный вопрос – если есть результаты инвентаризации по 16 районам и трём городам, то почему вице-премьер правительства Дмитрий Семёнов не предоставил их в распоряжение «УМ»? Ведь муниципалитеты направляли конкретные цифры по заполненности кладбищ. И здесь мы подходим к весьма интересному моменту, оценить который однозначно не получится.
* * *
В редакционном запросе предлагалось направлять ответы для более оперативного взаимодействия на адрес электронной почты корреспондента «УМ». И такие ответы поступили, но только не из правительства, а от администраций Бековского, Пачелмского и Спасского районов и даже одного сельсовета – Анучинского Каменского района.
То есть можно констатировать следующее. Во-первых, к запросу газеты исполнительная власть отнеслась очень серьёзно. Видимо, тема злободневная. Во-вторых, общей базы данных о кладбищах на территории региона до запроса «УМ» не существовало. Или она не обновлялась долгое время.
И, в-третьих, сегодня у правительства появилось представление о реальном положении дел с кладбищами в привязке к высоким темпам роста статистики по смертности, но публично обнародовать цифры оно пока не готово.

СЕЛЬСКАЯ ЯВЬ
Впрочем, из писем, присланных явно ошибочно на почту корреспондента «УМ», действительно можно констатировать, что повод для беспокойства существует.
Анучинский сельсовет с численностью 1016 жителей отчитался об одном кладбище (2,4 га) на три села и две деревни. Оно не поставлено на кадастровый учёт, инвентаризация не проводится, при этом заполненность составляет 95%.
Администрация Спасского района предоставила информацию о 25 кладбищах. Три из них расположены в райцентре, одно из которых фактически закрыто для новых захоронений, только в родственные могилы. А в двух заполненность составляет 90%. По сельсоветам статистика лучше – 60 процентов.
Бековская администрация без инвентаризации, но с установленными по кадастру границами определила заполненность всех 17 кладбищ на 70 процентов.
Пачелмские служащие подошли наиболее ответственно к вопросу захоронений. Была составлена таблица с указанием кадастровых номеров или отсутствия таковых по каждому из 34 кладбищ, периодичности инвентаризации и процента заполненности.
Самое новое расположено в селе Решетино, освоено на 25 процентов. Там же находится и единственное в районе закрытое для захоронений кладбище с 95 процентами. При этом процент по всем оставшимся варьируется от 75 до 95 процентов. В самом Спасске единственное кладбище заполнено на 95 процентов.

ГОВОРИТ ПЕНЗА
Чтобы получить более понятную картину с процентами по заполнению, рассмотрим ситуацию с захоронениями в Пензе.
Из ответа городской администрации за подписью вице-мэра Олега Денисова следовало, что в Пензе существует 5 муниципальных кладбищ. Митрофаньевское и Ахунское открыты только для родственных захоронений. Мироносицкое – недействующее.
На Ново-Западном можно производить новые захоронения и родственные. Но здесь надо учитывать, что «новые» зарезервированы для усопших, внёсших выдающийся вклад в развитие Пензы и области. То есть таковых ограниченное количество.
Остаётся Восточное по улице Осенней, 31. И хотя территориально оно расположено в Железнодорожном районе, по привычке его называют Чемодановским. Его заполненность равна 90 процентам.
Инвентаризация ни по одному городскому кладбищу не проводится. На кадастровый учёт поставлены Ахунское, Восточное и Ново-Западное кладбища.
А теперь посчитаем, сколько новых могил могут вместить оставшиеся 10 процентов на Восточном кладбище. За основу берём «Положение об организации ритуальных услуг, содержании мест захоронения и порядке деятельности общественных кладбищ на территории города Пензы». В нём прописаны размеры земельного участка, который выдаётся бесплатно для захоронений.
В 2004 г. при мэре Александре Калашникове такой участок имел размеры 1,8x2,0 метра. В 2019 г. участок подрос на 20 сантиметров и составил 1,8x2,2 метра. Или примерно 4 кв. м.
Согласно публичной карте, Восточное кладбище по ул. Осенней, 31 занимает площадь 399131 кв. м. Десятая часть будет равна примерно 4 га. Таким образом, на этой свободной территории можно будет разместить около 10 тысяч новых захоронений.
Но это без учёта отступов от могил, строительства дорожной сети и злоупотреблений с размерами участков. Много это или мало?
Обратимся к статистике. В 2019 г. в Пензе умерло 6323 человека, за 8 месяцев 2020 года – 4971. При сохранении динамики по итогам года цифра явно перешагнёт семь тысяч.
Теперь допустим, что половина усопших будет захоронена в родственные могилы. Следовательно, свободного участка хватит менее чем на три года. Но это при выполнении всех условий.
В связи с этим возникает вопрос – а где потом хоронить? Администрация ответ нашла, сформировав земельный участок в 39,7 га в северной части Восточного кладбища.
Строительство нового кладбища предварительно оценивается в 400 млн рублей. Осталось найти деньги в дырявом городском бюджете, и проблема лет на тридцать перестанет быть актуальной.
* * *
Крематорий в качестве альтернативы распахиванию новых земель мэрия не рассматривает. По информации вице-мэра Олега Денисова, «в связи с необходимостью вложения существенных финансовых затрат на строительство транспортной и инженерной инфраструктур, проект по строительству ритуально-обрядового комплекса находится на стадии инвестиционного предложения».
Впрочем, «УМ» полагает, что не в «существенных финансовых затратах дело». На просторах интернета можно встретить предложения по строительству крематория от 25 млн рублей. Причём процедура кремации значительно дешевле традиционной. И, кстати, от ответа на вопрос о стоимости проекта по строительству крематория с колумбарием и областное правительство, и мэрия тоже уклонились.
Камень преткновения, похоже, находится в ритуальных компаниях, которые работают по традиционному варианту. И здесь мы снова возвращаемся к инвентаризации, а вместе с ней и к современной электронной геоинформационной системе.
Их отсутствие выгодно, прежде всего, ритуальному бизнесу, который за деньги клиента может увеличить площадь захоронения в несколько раз. Как и подобрать за отдельную плату место на кладбище среди старых могил.
В процессе инвентаризации были бы выявлены все нарушения в пределах кадастровых границ кладбища и составлена подробная карта существующих захоронений, в том числе и бесхозных. Перевод данных в геоинформационную систему упростил бы контроль за содержанием старых и созданием новых захоронений.
Впрочем, о какой инвентаризации может идти речь, когда при показателях высокой смертности фактически до банкротства было доведено МУП «Спецбюро». Но это уже другая история.
Елена ДЁМИНА

Прочитано 1271 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту