Бочкарев – друг Лондона

A A A

Из воспоминаний Михаила Терешина, депутата Богословского Комитета местного самоуправления, жителя села Малая Валяевка.

Знакомство мое с ВКБ состоялось осенью 1995 г. в небольшом кабинете заведующего моим гаражом на
ул. Рахманинова Правосудова Александра Константиновича.
В советские времена это был известный в Пензе заведующий гаражом Областного совета профсоюзов в бытность легендарного председателя областного профсоюза Алексеева Александра Изосимовича, построившего для трудящихся области разные полезные объекты.
В гараже областного профсоюза, располагавшегося во дворе основного здания по ул. Советской, кипела жизнь, незаметная для простых членов профсоюза.
В том гараже была баня. Посетителями бани были очень разные люди. В основном друзья Алексеева и друзья Правосудова.
В этой бане обсуждались вопросы предстоящих выездов на охоту, рыбалку, а также другие важные и несильно важные дела. Правосудов А. К. был большим знатоком и хорошим организатором этих рыболовно-охотнических мероприятий.
В таких выездах обычно участвовали чины из партактива области, а также сотрудники милиции и прокуратуры.
Приезжал частенько в эту баню и первый секретарь обкома КПСС Ермин Л. Б. Обычно один.
Вы спросите зачем? Ответ очень простой – немного погреться и немного после этого поспать. Обычные людские естественные потребности.
В девяностые годы система развалилась. Правосудова сократили, и он волею судьбы оказался заведующим гаражом в моем частном предприятии. Часть его рыболовно-охотничьей компании переместилась вместе с Правосудовым на территорию моих гаражей.
Вот туда и стал заезжать глава Администрации Железнодорожного района ВКБ. Вроде как бы к своему давнему другу Константинычу. Оба ведь транспортники, дружили вроде бы как бы и комплекции были одинаковой.
Приезжал он также на места охот и рыбалок в разные районы области. Обычно знал, куда поедут, и приезжал немного позже основной компании.
Сидел скромненько где-нибудь у края. Пил очень умеренно. Только вино. И обычно в сторонке потихоньку беседовал с кем-либо из компании. Или с сотрудником прокуратуры, или с сотрудником милиции.
На ночевки не оставался. Уезжал засветло. И приезжал он не просто так. Винца попить. Проблемы у него тогда были, как сейчас говорят, с силовиками. Вот и решал он их через своего друга Константиныча.
В 1998 г. во время избирательной компании друг Константиныч как смог помогал на выборах. Организовал несколько единиц транспорта для работы по области. Да и сам выезжал почти каждый день.
И обещал ему его друг Кузьмич должность заведующего гаражом что на ул. Суворова рядом с Рембыттехникой. Гараж-то ведь не простой. Обкомовский. Правительственный. Рядышком с собою. Друзья ведь как никак.
Кузьмич свои проблемы порешал, должность большую занял, а друга Константиныча заведующим этим важным гаражом не поставил. Обманул немножко.
Я лично в избирательной компании ВКБ не участвовал. Не было у меня абсолютно никакого желания. И доверия к ВКБ тоже не было. И на это были свои причины. И вот какие.
В 1996-1997 годах банкротился банк «Пенза», бывший самый крупный банк региона Промстройбанк. Председателем правления банка был Котломин, а президентом банка был директор Нефтебазы легендарный Феодосий Дубинчук, бывший директор Тяжпромарматуры и бывший председатель горисполкома Пензы.
И вот в этом банке застряли деньги многих крупных предприятий города Пенза. И деньги Нефтебазы в том числе. Многие миллиарды.
И президент банка Дубинчук попросил меня помочь ему вызволить эти деньги из банка.
В том периоде, используя легальные законные схемы через товарные обмены, я занимался расшивкой таких долгов.
Все было очень просто: в банке были застрявшие деньги и были кредиты разных предприятий Пензы. Застрявшими деньгами гасили просроченные кредиты должников, за которые должники отгружали свою продукцию доверенным организациям.
С Дубинчуком я был знаком лично, поскольку занимался поставками ГСМ на Нефтебазу. Поэтому он обратился ко мне за помощью.
Был составлен договор, и началась работа. По условиям договора я отказался от комиссионных, потому что с Дубинчуком были хорошие личные отношения и я просто хотел ему помочь.
В свою очередь Дубинчук попросил меня перечислить часть суммы в размере 10 процентов на счет Федерации мотоциклетного спорта, председателем которой был ВКБ.
Дубинчук по телефону сообщил ВКБ радостную для него новость. А я в свою очередь попросил предоставить мне письменное обращение с указанием реквизитов для перечисления.
Надо сказать, что в том периоде я лично также оказывал спонсорскую помощь мотоциклетной федерации по просьбе ее исполнительного директора Петра Яковлевича Лещинского, закупая для Федерации зимнюю резину – липучку на колеса мотоциклов на одном из московских заводов по производству каучука.
Так вот, Дубинчук, не откладывая дело в долгий ящик, попросил меня заехать к ВКБ и просто забрать у него это письмо от мотофедерации с реквизитами для перечисления.
Я поехал в Железнодорожную администрацию. Зашел в кабинет ВКБ. Он протянул мне письмо с вопросом: «А сколько процентов я лично имею от миллиардов Дубинчука?»
Поскольку в том периоде я работал только с безналичным расчетом, я честно ответил ему: «Ноль».
Он вырвал письмо из моих рук со словами: «Таким, как ты, доверять нельзя».
С этого момента и мое доверие к нему полностью исчезло. В ноль.
Вопрос доверия в отношениях друга Кузьмича и друга Константиныча, а также в моих отношениях с ВКБ встал спустя несколько лет, когда ВКБ был уже губернатором и после известной трагичной аварии с участием В. И. Матвиенко. Она выделила деньги на строительство автодороги от села Широкоисс Мокшанского района до ее малой родины села Синцево.
В том году уже к концу года, несмотря на то, что она продолжала лечение, деньги на строительство дороги из Москвы пришли в Пензу.
А в I квартале того года были выборы в Государственную Думу. И деньги эти, как впоследствии выяснилось, ушли на выборную кампанию одного из руководителей дорожной отрасли.
А весной по просьбе ВКБ на строительство дороги была направлена непрофильная организации под управлением одного из друзей ВКБ с непрофильной техникой. Полтора месяца они поковыряли землю своей непрофильной техникой и в конце мая все бросили. Даже технику там в полях оставили.
В конце июля стали судорожно искать подрядчика на столь важный и политический объект.
ВКБ, как опытный транспортник, понимал, что нужен подрядчик с большим количеством единиц большегрузных автомашин, поскольку там требовалось перемещение больших объемов инертных грузов – песок, щебень и др. И должна была быть уверенность в работоспособности и честности подрядчика.
А также, в случае провала и невыполнения обещания перед высоким должностным лицом, нужен был виновник.
И такой подряд был предоставлен лично мне. Как индивидуальному предпринимателю. При этом нюансы политического характера на тот момент мне не были известны совсем. Фамилии не фигурировали.
Единственное, что смущало тогда, – отказ профильных дорожных организаций от этого объекта и кураторство регионального объекта федеральной структурой.
О том, что это «дорога Матвиенко», я узнал от жителей деревни Синцево на торжественной процедуре разрезания ленточки в День дорожника. Ленточку разрезать приехал сам ВКБ.
И, конечно, возник вопрос у меня и друга ВКБ Константиныча, вместе с которым мы строили эту дорогу, к ВКБ по поводу оплаты денежных средств за выполненную работу.
Ведь во время производства работ деньги не выделялись. Выделялись только материальные ресурсы в виде ГСМ и инертных материалов. А нужно было и зарплату платить, и налоги.
И вот тут начались обещания как самым лучшим друзьям, которые никого и никогда в беде не бросают. Снимут с себя последнюю рубаху и другу отдадут.
Более года встречались лучшие друзья на центральном крыльце областного правительства ранним утром, до работы, и слушали клятвы верности в вечной дружбе, бескорыстии, альтруизме и любви Матвиенко к малой родине.
При этом друзья знали, что Валентина Матвиенко деньги давно прислала в Пензу. А вот куда они делись, ВКБ никак не мог разобраться и очень сильно ругался на всех «долб….», которые эти деньги куда-то спрятали, и ему надо вот их теперь искать.
В 2012 г., накануне выборов президента, ВКБ обеспокоился активностью некоторых предпринимателей Пензы по вопросу наблюдения на выборах в рамках организованной тогда мизерной структуры с названием «Гражданский Контроль».
И стал приглашать знакомых ему участников этой мизерной структуры на личные беседы к себе в кабинет. Кого-то в правительство захотел позвать, кого-то в Заксобрание захотел определить, а с кем-то просто по душам поговорить. Кому-то секретарь его звонил, а кого-то он через личных друзей зазывал. Пригласил и меня. Вошел я в кабинет ВКБ. Один из первых вопросов: «Как там Лондон?»
Среди друзей Константиныча звали Лондон.
«Умер он, – был ответ от меня. – Инфаркт».
Михаил ТЕРЕШИН,
специально для «УМ», 21 июля 2020 г.

Прочитано 1149 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту