Самое читаемое в номере

Надо работать над менталитетом

A A A

Эксперт «Улицы Московской» Алексей Горланов – об экономической ситуации в России и факторах, которые на нее влияют.


Как бы Вы описали экономическую ситуацию, в которой мы сейчас находимся? Многие говорят: ужас, ужас! А Вы что скажете?
– Совершенно точно могу сказать, что может быть гораздо хуже, на 2 порядка хуже, чем сейчас. И хоть завтра.
Мы находимся в ситуации неопределенности. Сильнейшей! И куда маятник качнет, совершенно непонятно.
По моим ощущениям, чем дальше, тем неопределенность только нарастает. За последние 3 года хоть кто-нибудь предсказал что-то из того, что есть сейчас? Никто не предсказал. И я в том числе.
По моим ощущениям, готовятся какие-то серьезные подвижки. Какие-то отрасли в ближайшее время рванут вверх, а какие-то испытают жесточайший кризис.

gorlanov


– Что способно сдвинуть ситуацию? Политика?
– Да. Из последнего: нормализуются отношения с Турцией – резко возросли продажи путевок на ее курорты. Это же обязательно должно привести к каким-то изменениям в  экономике. Эти деньги люди сейчас вывезут в Турцию, а раньше потратили бы в другом месте. Между отраслями экономики или внутри туристического сектора будет происходить перераспределение доходов.
Политика существенно влияет на экономику. Рано или поздно санкции отменят или уменьшат. Приведет это к изменениям? Однозначно.


– К отрицательным или положительным изменениям?
– Не знаю. К каким-то.
Сейчас, например, сельское хозяйство испытывает подъем? Однозначно испытывает: производство мяса птицы, свинины резко растет. Почему? Ввели санкции, девальвировалась валюта. Соответственно то, что раньше невыгодно было производить в России, по разным причинам, сейчас стало выгодно.
Производство сыра увеличилось. У нас в с. Вирга Нижнеломовского района стали делать сыр Бри, аналог французского.
О том, что можно делать качественный сыр, конкурентный дорогому швейцарскому и французскому, наши производители давно говорили. Почему они его не производили? Законы экономики никуда не денешь: цена на сырье примерно одинакова, рабочая сила у нас тоже сейчас не сильно дешевле, поэтому себестоимость отечественного сыра получалась близкая западной, на 20-30% дешевле. Кто купит с такой разницей в цене наш Пармезан при наличии аналога французского производства? Спроса не будет.
Что сейчас происходит? Потребитель узнал наши отечественные сыры, к каким-то стал привыкать. Если потребитель окончательно привыкнет, то снятие санкций может и не привести к тому, что мы снова перейдем на западный Пармезан. Зачем переплачивать 20%, если есть приблизительно такого же качества?
Другая ситуация: потребитель не успел привыкнуть, или не смогли создать достойный продукт. Соответственно, все откатится назад, будет как до санкций.
Поэтому даже момент отмены санкций будет важен. Потому что в разных секторах экономики произошла разная степень адаптации за время санкций.
Я в 2013 г. говорил, что факторов, влияющих на экономику, очень много, поэтому все их осознать и точные действия предпринять крайне сложно. Чем сложнее экономика, тем сложнее ею управлять.


– А это только в нашей стране так сложно?
– Во всех странах.


– Но на Западе все не настолько плохо, как у нас. Они-то справляются.  
– Изменения в нашей экономике происходили слишком быстро. На Западе экономика усложнялась постепенно, более медленными темпами. В Германии, например. Поэтому они успевали адаптировать методы управления экономикой. У них где-то опыта больше, накопленного капитала больше, механизм обратной связи настроен лучше.
В 90-е годы наша экономика была абсолютно примитивной: деньги менялись на товар непосредственно в момент обмена. А изначально в Советском Союзе была более сложная экономика. Образовалась диспропорция многомерная.
 Началось общение с Западом. Технологии мы заимствовали? Заимствовали. Технологии управления заимствовали? Заимствовали. Корпорации западные пришли? Пришли. Все это приводило к быстрому усложнению экономики.
А тут начался новый экономический рост в начале нулевых, бурный и долгий. За счет высоких цен на нефть, за счет дешевых заимствований на Западе экономика и доходы у нас бурно росли. Это был естественный процесс. По-другому и быть не могло.


– А сейчас для бизнеса в России время интересное или нет?
– Мне кажется, за 25 лет у нас в стране не было неинтересного времени в экономике.


– Чем интересен сегодняшний момент?
– Вот как раз состоянием неопределенности. Вызовы совершенно другие. Если брать период с 2001 по 2007 гг. – тогда все устойчиво росло. И там были совершенно другие вызовы – успевать за ростом. Не отставать. Там не было особой неопределенности. А сейчас непонятно, что будет через полгода.


– Как можно сформулировать нынешний вызов?


– Угадай, куда тренды повернут.   
– А куда они в принципе могут повернуть?
– Вот не знаю! Политика с экономикой настолько жестко завязаны.
Вот отменят  санкции… Смягчение санкций скорее всего случится на рынке капитала – нашим банкам и компаниям откроется окно заимствований на западе. Сразу будет другая цена денег. Какая она будет в тот момент? Бог его знает. Как это повлияет? Не могу предсказать. Но повлияет точно. Это будет уже другая экономическая реальность.


– Для нашей страны полезно полное открытие банковского рынка: приходите, скупайте наши банки? Самое главное – вливайте деньги в нашу экономику.
– Нет. Потому что все страны стараются конкуренцию уничтожить.
Есть такая маленькая страна Черногория. Они вступили в ЕС. Сейчас там экономика убита вся. Старшие страны ЕС под теми или иными предлогами скупили все и закрыли.
Последний экономический субъект, который у них остался, это Которский порт. И он в ближайшее время должен быть закрыт, потому что это якобы уникальная бухта и ее нужно сохранить в первозданной красоте.
В Черногории сейчас можно только отдыхать. Даже свой национальный напиток ракию они не делают. Только частники в минимальных количествах. Завода нет. Вся ракия, которая продается в Черногории, сделана в Сербии.


– Что еще способно повлиять на экономическую ситуацию в нашей стране?
– Наши суверенные фонды: резервный фонд и фонд национального благосостояния России – уменьшаются стремительно. Сейчас государство финансирует дефицит бюджета из этих фондов.
На следующий год, наверное, их еще хватит, если тратить теми темпами, что мы их тратим сейчас. Дальше они закончатся. Соответственно, будут нужны иные экономические методы.
Либо это будет повышение пенсионного возраста. Причем резкое, потому что иначе дефицит Пенсионного фонда России быстро не сократится.
Либо мы должны будем наращивать госдолг. В этом случае будем выпускать ценные бумаги.
И  третье решение – уменьшить расходы федерального бюджета.
В общем, с госдолгом придется что-то делать, и это обязательно окажет сильное влияние на экономику.


– В 2013 г. Вы прогнозировали, что цены на нефть не обвалятся…
– Я сказал, что в краткосрочной перспективе цены могут падать, но они все равно вернуться к цифре не ниже 100 долл. Я и сейчас от этого прогноза не откажусь. Хотя сейчас нефть стоит около 50 долл.
Не будет баланса спроса и предложения на нефть, если она будет стоить дешево.


– Ходят разговоры, что спрос на нефть упадет в связи с переходом человечества на другие виды топлива.
– Давайте по порядку. Атомные виды топлива – там ситуация только чуть лучше, чем с нефтью. Если начать наращивать атомную энергетику, то запасов топлива нам хватит на 30-40 лет. При условии, что технологии останутся на прежнем уровне. Если перейдем на холодный термояд, научимся топливо заново обогащать, то тогда перспективы могут быть большие. Но на это нужно время.
Дальше – газ. Его тоже чуть больше, чем нефти.
Если мы все сейчас обзаведемся электромобилями, например, наши сети электрические просто сдохнут сразу. У нас нет сейчас таких сетей, которые позволят нам заряжать автомобили электричеством. Теслу чтобы заряжать, надо иметь 15 кВт мощности на ночь. Сети в большинстве домов не выдержат столько. Сеть заправок строить? Да, строятся сейчас такие в Америке, в той же Москве. Но сколько таких заправок надо будет построить по стране?
Баланс спроса и предложения резко не поменяешь.


– Распространено мнение, что нефть – ресурсное проклятие России. Если цены на нефть снова начнут расти, это может привести к негативным последствиям для нашей страны?
– Да, ресурсное проклятие. И так было задолго до нас. Почему Испанская империя рухнула? Было слишком много золота.  
Нефть не означает, что обязательно должно быть плохо. Просто с этим тяжело жить. Это надо учитывать. Когда стали накапливать инвестиционные фонды за счет продажи нефти, это была как раз попытка убрать часть легких денег из нашей экономики. Стерилизовать ее таким образом.
Скорее всего к негативным последствиям рост цен на нефть уже не приведет. На протяжении нулевых мы имели постоянный рост цен на нефть. Такого роста вряд ли можно будет ожидать. В 1998 г. она стоила 8 долларов и доросла за 10 лет до 140 долл. Выросла в 17 раз.


– И этим не смогли воспользоваться?
– Почему – не смогли? На эти деньги мы укрепили нашу армию. Отремонтировали дороги. Не проложили новые, но отремонтировали.
Состояние, например, пензенской дорожной сети сейчас намного лучше, чем даже 5 лет назад. Пробок стало меньше, несмотря на то, что количество автомобилей увеличилось.
Мы развили нашу медицину. Для понимания:  у меня товарищ ездил в Чехию на воды. Чтобы пройти там томограмму, нужно в очередь записаться за 2 месяца. И никаких вариантов нет, чтобы пройти быстрее. Даже за деньги. А в Пензе, мне кажется, даже ночью ее можно сделать.
Со связью стало все гораздо лучше, с транспортом гораздо лучше. Самолеты опять начали летать. 15 лет назад была проблема попасть в Питер. Прямого сообщения не было. Сейчас и поезд, и самолет.
На эти нефтяные деньги выросло наше потребление. Восточную Европу мы точно догнали по уровню потребления. Возьмем ту же Черногорию: зарплата чиновника – 300 евро. Это считается у них очень хорошей зарплатой.


– С Черногорией и Венгрией сравнивать Россию не интересно. Россия все-таки сверхдержава.
– С кем сравнивать? С Германией? А мы готовы жить, как в Германии: работать, как они, экономить, как они, складывать отходы: отдельно бумага, отдельно стекло и т. д.
Это уже менталитет. Он тоже серьезно влияет на рост благосостояния нации. Высокий уровень жизни – это не только комфорт, это еще и ответственность.


– Можно ли оцифровать вклад менталитета в рост ВВП?    
– Процента 2-3 годовых точно.


– Так мало?
– Это дофига! Мы росли бы плюсом на 2-3 процента к тому, что есть и было, если бы у нас был другой менталитет. У нас сейчас вообще нет роста. А был бы 2-3%.
Вот пример Швеции и Аргентины. Изначально у них душевой доход был одинаковый. За последние 100 лет в Швеции темп роста был 2%, а в Аргентине – 0,5%. И сейчас по уровню жизни это абсолютно разные страны. Вот что такое 2% роста.

Прочитано 673 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту