Поколения Ручковых

A A A

«Улица Московская» часто публикует материалы о семейной истории, о важности ее сохранения. Понятно, что в силу обстоятельств некоторые люди знают свои корни лишь на пару поколений в прошлое.
Но Владимиру Ручкову, заместителю технического директора ОАО «ПО «Электроприбор», в этом смысле повезло: его семейное древо просматривается до середины XIX века.


ruchkov2Прадед и прабабушка
Члены семьи Ручковых отличаются долголетием. Многие из них доживают до 80 лет и более. Александр Иванович Ручков, прадед Владимира Ручкова, родился в 1870 г. и умер в 1966 г., совсем немного не дожив до столетнего юбилея.
В этой фигуре семейная история и история страны сплелись как никогда тесно. Александр Ручков участвовал в нескольких войнах Российской Империи (до революции он призывался в армию 5 раз). Во время печально известной коронации Николая II Ручков находился в Москве, стоял в рядах охраны.
В мирное время он жил в родном селе Старая Кутля Лунинского района, работал в поле, а кроме того, тесал спицы для тележных колес (такая у него была ремесленная специализация).
У Александра Ручкова было 14 детей, множество внуков и правнуков.
Владимир Ручков: «Родственников у него было порядка 100 человек. Поэтому, когда я приходил к нему в гости, прадед спрашивал: «Ты чей? Петькин? Ванькин? Ну, знаю, знаю».
Судя по детским воспоминаниям Владимира Ручкова о прадеде, это был настоящий патриарх с мощной бородой. Все жители деревни знали его, узнавали издали по этой бороде.
Прабабушку Владимира (по другой линии) звали Анной Жаровой. Была у нее еще одна полуфамилия-полупрозвище – Загуменщикова. Очевидно, что в селе было много людей с одинаковыми фамилиями, поэтому крестьяне давали друг другу еще и неофициальные имена.
Анну Жарову прозвали Загуменщиковой потому, что та жила за гумном (за огороженными участками, на выселках). А в те времена, надо сказать, статус человека во многом был связан с тем, где тот проживает. Вот и Загуменщикова мечтала, наверное, хоть немного пожить в центре села, в самом престижном районе.
А ее отец по фамилии Асташкин – личность почти легендарная. В семье Ручковых о нем сохранились только устные предания и легенды. Одна из таких легенд: Асташкин, чтобы получить право жениться на той, на которой захочет, ловил – по прихоти барина – волка живьем. Получилось, поймал.
Потом были смотрины. Асташков выбрал себе самую красивую жену, не из своей деревни. Правда, потом оказалось, что та была хромая. Но это не помешало Асташковым завести множество красивых детей.


Дед
Петр Ручков (1900-1979) был одним из организаторов колхоза в родном селе Ст. Кутля, работал бригадиром. Во время Великой Отечественной его назначили председателем колхоза.
На фронт его не послали, потому как Петр Ручков не был годен к строевой службе: у него не до конца разгибалась правая рука. Со стороны этот недуг не был особо заметен, и заниматься физическим трудом он не слишком мешал, но для воинской службы это оказалось препятствием.
В военные годы жизнь в СССР была тяжелой не только в зоне боевых действий. Петр Ручков стал председателем колхоза в такой период, когда там наблюдалась серьезная нехватка людей (по вполне понятным причинам). При этом контроль над руководителями хозяйств на время войны был даже усилен.
Петр Ручков был человеком грамотным (он окончил церковно-приходскую школу), много читал и сам оставил после себя письменные воспоминания о работе в военное время. Судя по этим записям, работать председателем колхоза в те дни было нелегко, а иногда и попросту страшно.
Вышестоящие начальники требовали от председателя то одно, то другое. И не просто требовали – грозили: кто посадить, а кто и расстрелять. Руководить колхозом при нехватке рабочих рук и под таким давлением было весьма и весьма непросто.
В более спокойное время Петр Ручков работал плотником и столяром. Он построил дом, сделал всю мебель для дома. Некоторые из вещей, созданных его руками, до сих пор служат своим хозяевам.
Еще Петр Ручков делал «козырные сани» – не обычные, для дров и грузов, а нарядные, удобные, с сиденьями. На таких санях в те времена ездили по району сельские начальники.
Вообще, Петр Ручков был, что называется, на все руки мастер. Он много работал на своем самодельном столярном станке, умел плести лапти, валять валенки, делал многое другое, что требовалось для жизни на селе.

ruchkov


Отец
У Петра Ручкова было четверо детей (трое из них, кстати говоря, живы до сих пор). Один из его сыновей, Иван Ручков (отец Владимира Ручкова), родился в 1924 г. все в той же Старой Кутле. К началу Великой Отечественной войны ему только-только исполнилось 17 лет. На тот момент он учился в железнодорожном техникуме. Через некоторое время он оставил учебу и пошел в военкомат. Однако на фронт Ивана Ручкова взяли не сразу: военкомату нужно было набрать группу грамотных людей, чтобы отправить их учиться в Саратов.
После окончания артиллерийских курсов, Иван Ручков получил звание сержанта и  должность командира взвода разведки. Он занимался подготовкой данных для артиллерий-ской стрельбы.
И первой же битвой, в которой Иван Ручков участвовал, собирая разведданные для батареи с 152-миллиметровой пушкой-гаубицей, стала Курская битва.
(Для справки: 152-мм орудия знамениты тем, что способны были эффективно бороться с танками «Тигр»: при прямом попадании у немецкой машины сносило башню).
И после Курской битвы Иван Ручков вместе с боевыми товарищами участвовал только в наступательных действиях. Отступать ему по жизни не пришлось. Иван Ручков принимал участие в Бобруйской операции, в штурме Берлина.  Войну он закончил в столице Германии.
Понятно, что Иван Ручков, будучи разведчиком при артиллеристах, во время военных действий находился не на самой линии боевого соприкосновения. Однако и его не миновали ранения. В 1944 г. во время минометного обстрела Иван Ручков был ранен, но в госпиталь обращаться не стал – просто на время перевелся из разведчиков в наводчики.
Интересная истории: перед войной цыганка нагадала Ивану Ручкову смерть в 20-летнем возрасте. И в 1944 г., отпраздновав свой двадцатый день рождения, Иван вспомнил это пророчество. Учитывая то, что шла война и рядом гибли его товарищи, молодой солдат не удивился бы, если бы предсказания цыганки сбылось.
Однако Ивана Ручкова в том году только ранило. Осколком мины разрезало ремень, пробило каблук. Мелкий осколок застрял в пятке, еще один кусочек металла – в голове. Несмотря на такой обширный разброс, ранения оказались несерьезными. Зато они  заставили задуматься о судьбе и предопределенности.
Во время Берлинской наступательной операции Иван Ручков заслужил орден «Красная Звезда» – за отличную разведку. В бою за безымянную высоту Ручков разведал точное местоположение батареи немцев, что препятствовала продвижению советской пехоты. Позднее он обнаружил и своевременно дал сведения о группе фашистов  (6 танков, 2 транспортера, батальон пехоты), которая намеревалась пойти в контратаку. В итоге батарея была подавлена, а контратака немцев сорвана.
После войны Иван Ручков женился (жена – Евдокия Ручкова, тоже родом из Ст. Кутли, большую часть жизни проработала в аптеке), закончил железнодорожный техникум по специальности «машинист». В 1949 г., через несколько месяцев после рождения сына Владимира, он решил, что здесь ему скучно, и вместе с семьей отправился в Сибирь. Там, в г. Ужур Красноярского края, он прожил 10 лет. Там состоялся как машинист. Там родились две его дочери.
А через 10 лет Иван Ручков вернулся назад, причем вместе с домом, в котором жил в Сибири. То, что Ручков работал машинистом на железной дороге, конечно же, помогло ему с перевозкой целого дома из одного конца страны в другой. Кстати говоря, это деревянное строение до сих пор стоит в Пензе, на Бугровке, и Иван Ручков до сих пор там живет.
За долгие годы своей работы Иван Ручков прошел вместе с российскими железными дорогами все этапы развития – от паровозов к тепловозам и от тепловозов к электровозам. А вот автомобильные права он получил только к 68 годам.
Последние несколько лет (около 15) своей трудовой деятельности Иван Ручков работал в «Молдвинпроме», и снова на тепловозе. Это было предприятие, которое разливало молдавские вина. Такой профиль предприятия был по нраву предыдущей бригаде: розлив вин интересовал их настолько, что люди перестали приходить домой и чуть не загубили тепловоз, отдавая дань Бахусу. Но с приходом Ивана Ручкова, равнодушного к алкоголю, ситуация поменялась в лучшую сторону. Тепловоз был восстановлен, работа обновленной бригады налажена.


Жизнь в селе
Судьба семьи Ручковых на протяжении целых поколений была тесно связана с селом Ст. Кутля. При этом, по словам Владимира Ручкова, в середине ХХ в. условия жизни во многих российских селах были очень схожими.
Вот несколько зарисовок, составленных по воспоминаниям самого Владимира Ручкова и по рассказам его родственников.
Село жило бедно. Электрический свет в домах появился в Ст. Кутле примерно в конце 50-х годов, и давали его только на определенные промежутки времени. Холодильников не было – люди использовали холодные погреба и старались в один день съедать все приготовленное. Отсатки скармливали скотине.
Металлических ложек и вилок не было, тарелок не было. Пищу всей семьей ели из одного общего блюда, деревянными ложками. Постучали по блюду – значит, можно брать с мясом. Ели в основном все свое, то, что давала земля: хлеб, картошка, щи, иногда мясо поросенка. Такие привычные сегодня вещи, как свекла, стали сажать и употреблять в пищу несколько позднее.
Застолья происходили только во время крупных праздников. Например, свадеб.
Обычай был такой. Гостей собиралось много, и все они в дом не помещались. Для таких людей, оставшихся снаружи, из дома выносился чайник. Из чайника селянам в стакан наливали самогон. Каждому – по стакану. Люди пили, общались.
В это время в доме жениха за столом угощается родня невесты. Потом – наоборот: в доме невесты трапезничает родня жениха. «Если ты несмелый, то и за стол не сядешь», – говорит Владимир Ручков, которому приходилось гулять на подобных свадьбах.
Как это обычно и бывает, семейная история Ручковых не может подменить историю из учебников, зато может слегка оживить ее, сделать немного ближе к людям современности.

Прочитано 870 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту