Бросим кости в последний раз?

A A A

Омар эль-Башир ввёл в Судане чрезвычайное положение. Потеряв поддержку исламистов, борющийся за сохранение власти президент обхаживает генералов.

22 февраля миллионы суданцев, затаив дыхание, собрались у телевизоров. Прошло уже два месяца, как десятки тысяч протестующих, возмущённых ростом цен на продовольственные товары, начали требовать прекращения 30-летнего правления президента Омара эль-Башира.
За несколько часов до этого глава службы безопасности Судана сказал журналистам, что Башир уйдёт с поста главы правящей партии. Страна была взбудоражена слухами, что президент не станет баллотироваться на очередной 5-летний срок в следующем году и уйдёт в отставку. А может быть, он уйдёт ещё раньше?
Но не произошло ничего подобного. Сначала Башир говорил примирительно. «Требование нашим народом повышения уровня жизни вполне законно»,  – заявил он, призвав к национальному диалогу. Он предложил парламенту отложить рассмотрение поправок к конституции, которые позволили бы ему занять кресло президента ещё на один срок.
Но затем внезапно его тон резко изменился, и он объявил о введении на один год чрезвычайного положения. Он сказал, что отправляет в отставку правительство. И никаких намёков на свою собственную отставку.
Это позволило Баширу приостановить действие конституции. Силы безопасности теперь могут вторгаться в частные владения без ордера и захватывать имущество. Изданный тремя днями позже декрет запрещает несанкционированные собрания и протесты, также как и торговлю или накопление запасов топлива и других субсидируемых товаров.
Впрочем, на практике мало что изменилось, поскольку в ряде штатов Судана и так действовало чрезвычайное положение, а силы безопасности давно наслаждаются иммунитетом от преследования. С начала кризиса они убили по меньшей мере 50 человек.
Тем не менее положение Башира трудно назвать безопасным. Дипломаты и политики в Хартуме – столице страны – полагают, что его могут сместить. Его последний шаг мог быть вызван не столько уличными протестами, сколько раздорами в правящих кругах.
Возможно, меняется равновесие власти. С тех пор как в результате переворота в 1989 г. он взял в свои руки бразды правления страной, его власть опиралась на альянс с исламистами. Сейчас они отвернулись от него.
Отправив в отставку правительство, он усилил влияние армии и, возможно, предотвратил попытку военного переворота. В его новом кабинете преобладают технократы и генералы. Все 18 губернаторов были заменены выходцами из армии или службы безопасности.
«Он дал понять исламистам, что больше не является их защитником», – говорит Ахмед Солиман из лондонского мозгового треста Чатэм-хаус.
Возможно, это следствие того, что он осторожно отходит от сотрудничества с исламистами Катара и Турции с их связями с Братьями-мусульманами (террористической организацией, запрещённой в России – «УМ») и начинает сближаться с другим региональным клубом, куда входят Египет, Саудовская Аравия и Объединённые Арабские Эмираты, которые ненавидят Братьев-мусульман (террористическую организацию, запрещённую в России – УМ).
Обращаясь к молодёжи, особенно к женщинам, Башир предложил пересмотреть драконовские законы, запрещающие среди прочего «безнравственное» платье. Возможно, что Башир рассчитывает, что его вознаградят деньгами за отстранение от власти исламистов, что поможет ему ослабить тиски экономического кризиса в Судане.
Однако насилие продолжает шириться. Оппозиция гневно отвергла призыв президента к диалогу. Последовавшие за объявлением чрезвычайного положения демонстрации оказались самыми яростными за последние недели. А 24 февраля силы безопасности разграбили медицинскую школу в Хартуме. Сообщается, что они секли кнутом студенток.
The Economist, 2 марта 2019 г.

Прочитано 293 раз

Поиск по сайту

Реклама