Человек за золотым столом

A A A

Эмманюэль Макрон пошёл на уступки протестующим стоимостью в 10 млрд евро. И попытался изобразить раскаяние.

 

makron

Ещё до того, как террорист открыл огонь на рождественском рынке в Страсбурге, убив троих и ранив дюжину людей, Эмманюэль Макрон столкнулся с первым настоящим кризисом своего президентства.
После двух недель беспорядков и четырёх недель протестов бледный и сдержанный Макрон обратился к нации из Елисейского дворца. Это было накануне нападения. Лоб президента был изборождён морщинами, а тон был кающимся.
Французский президент признал свои ошибки («я понимаю, что мои слова могли кого-то ранить») и пообещал ряд фискальных мер по увеличению благосостояния наёмных работников и пенсионеров.
Обращение Макрона к нации смотрело ошеломляющее число зрителей – 23 млн человек. (Это больше, чем число смотревших финал Чемпионата мира по футболу в июле, когда победила команда Франции).
Это было его первое публичное выступление с тех пор, как 1 декабря насилие, ставшее частью общенационального движения «жёлтых жилетов», охватило центр Парижа.
Президент пообещал, что минимальная зарплата – сейчас она равна 1499 евро в месяц – вырастет на 100 евро. Причём это ничего не будет стоить работодателям: повышение будет субсидировано государством.
Отменяется повышение пенсионных отчислений с зарплат тех, кто получает меньше 2000 евро в месяц. Премии за сверхурочные и тринадцатая зарплата не будут облагаться налогами и отчислениями в социальные фонды.
По подсчётам экономистов, всё это обойдётся стране в
10 млрд евро в год. Это около 0,4% ВВП.
Брюно Лё Мэр, министр финансов, уверяет, что найдёт расходы, которые можно урезать, чтобы удержать бюджетный дефицит «в рамках 3%» ВВП, которые предписаны правилами еврозоны.
Прогноз по дефициту бюджета на 2019 г. и так уже равнялся 2,8% ВВП.
Если Лё Мэр не найдёт, на чём можно сэкономить, то новые уступки приведут к его увеличению до 3,4%.
Это может вызвать новый кризис, рассердит Германию и положит конец давним надеждам Франции на серьёзную реформу еврозоны.
Итальянский вице-премьер озорно заметил, что надеется, что теперь наложат санкции и на Францию.
Решение Макрона не означает, что он удовлетворил все требования протестующих. Он отверг идею о возврате налога на богатых, который он отменил сразу же после того, как занял президентское кресло. Это было одно из ключевых положений его предвыборной программы.
Но требование вернуть налог на богатых – один из главных лозунгов «жёлтых жилетов». Он не стал менять основы своей политики. «Основы этого президентства неизменны», – заявил Макрон.
Крайне важно то, что президент изменил интонацию. Он отказался от своей лекторской, всезнающей манеры общаться и напустил на себя смирение.
Рационалиста Макрона, получившего философское образование, трудно обвинить в близости к народу. Он остался верен своему стилю, появившись перед телезрителями, сидя за столом с золотыми краями, и окружённый атрибутами президентской власти.
Впрочем, на этот раз он отреагировал на обвинения в безразличии к нуждам простых людей. «Возможно, что у вас сложилось впечатление, что меня это не заботит, что у меня иные приоритеты», – сказал он. Такое извинение было немного унизительно, но это было хоть что-то.
Однако это вряд ли удовлетворит многих из числа «жёлтых жилетов». У движения, лишённого структуры и вождей, нет формального списка требований.
Его лозунги простираются от вполне приемлемых (отмена повышения экологических акцизов на топливо, которое правительство уже отодвинуло на год) до самых крайних (отставка Макрона).
Движение протеста также подогревается теориями заговора и ложной информацией. После нападения в Страсбурге, вслед за которым правительство подняло уровень террористической угрозы до наивысшего значения, многие «жёлтые жилеты» пришли в ужас.
Но кое-кто из них стал распространять в социальных сетях возмутительные и безосновательные утверждения, что за стрельбой стояло само правительство.
Теперь главная надежда Макрона на восстановление собственного авторитета связана с тем, что общество удастся убедить, что в протестном движении больше нет смысла. Число «жёлтых жилетов», выходивших на улицы в последние недели, заметно сократилось (до примерно 130000 человек по всей стране).

makron2

Рос лишь размах насилия, применяемого просочившимися в ряды протестующих сторонниками крайне левых и крайне правых взглядов.
Общественное мнение поддерживало протесты, несмотря на насилие. Всё это позволило оказать сильное давление на власти. Опрос общественного мнения, проведённый сразу после обращения Макрона, показал, что большинство всё ещё поддерживает протестующих.
Однако 68% опрошенных заявили, что президент удовлетворил их требования по поводу минимальной зарплаты, а 78% – по поводу оплаты сверхурочных.
Трудно сказать, какой ущерб нанесёт эта драма реформатор-ским планам президента. Макрон всё ещё может положиться на прочное большинство в парламенте и свои огромные полномочия как президента.
«Макрон признал недавние ошибки в своём поведении, – говорит Филипп Агьон, экономист, работавший его советником во время предвыборной кампании, но потом начавший его резко осуждать. – Он способен меняться».
Однако Макрон показал, что идёт на уступки, если попадает под давление улицы. Это дурной знак. Так или иначе протесты «жёлтых жилетов» станут переломной точкой его президентства.
В лучшем случае обновлённый, прислушивающийся к народу президент в самом деле сможет «превратить раздражение в возможность», как он обещал в своей речи, и добиться свежего единодушия вокруг своих планов.
В худшем это будет означать конец похвальных устремлений модернизировать и преобразовать Францию.
The Economist, 15 декабря 2018 г.
Фото The Economist

Прочитано 322 раз

Поиск по сайту

Реклама