Неполитические реформы: что думает русская крупная буржуазия о положении в стране

A A A

«Улица Московская» предлагает вниманию читателей седьмую публикацию результатов исследования Левада-Центра, основанного на опросе 40 представителей крупной русской буржуазии. Цель исследования, по версии его аналитиков, диалог между бизнесом и властью. Цель «УМ» – пробуждение сознания наших читателей.

 

Предыдущую публикацию можно посмотреть здесь

О проблемах государственных тендеров
• Рынок поделён. Я в больших компаниях работал, всё это видел. Настолько всё чётко, жёстко, что тендеры формируются задолго до того, как вывешиваются.
Зашиваются изначально нереалистичные условия, что надо через три дня после выигранного тендера представить уже какую-то стратегию чего-то там. Понятно, что это нереально.  Либо формируют формальные признаки. Ты должен быть от трёх до пяти лет на рынке, должен иметь отраслевые награды, столько-то штук и от таких-то ассоциаций...
Молодым компаниям фильтр поставлен на входе. Мало кто смотрит на проектную деятельность, кто что сделал. Мы с брендами поработали в серьёзных кейсах, но это мало кого интересует...
Просто блокируют тебя в какой-то момент подачи электронной заявки, и ты не можешь на кнопочки нажимать. Или на аукционе зависает система, и ты пропускаешь свои шаги. У нас был такой кейс, когда заходили три компании – и все три аффилированы к одной компании... А иногда звонят и просят: «Не участвуйте, пожалуйста, это наша закупка».
• Мы не можем продавать наши услуги, если нет консультации. Это не товары, это услуги. И здесь нужно объяснение. Когда идут закупки и когда идёт спрос только на цены, значит, они уже кого-то выбрали.
Они уже знают, кто выиграет, они уже знают, кто получает деньги. И вот эти схемы... Мы уже не теряем времени, потому что понимаем, что изначально уже всё договорено.
• Я раньше в медицине работал и видел весь беспредел коррупционный на всех уровнях госзакупок. Думаю, что в других отраслях то же самое. 20% откатов минимум туда идёт. Если это госзакупки в регионы, региональному Минздраву тоже идёт. И это, конечно, ужасно.
Это не позволяет нашим пациентам получать больше. Люди могли бы на 20% получать больше таблеток, лекарств, медицинского оборудования. Потому что, когда покупаются всякие томографы за миллионы, а нет помещения для него, и он три года может просто стоять...
Больницы хорошо оборудуют, а оборудование стоит по пять лет, потому что для него ещё нужны всякие запчасти. Вот есть аппарат УЗИ, и чтобы он работал, нужен датчик. А датчик не купили.
• Выбирают лучшего по цене. Любой идиот, пришедший с любой низкой цифрой, будет объявлен победителем. То, что потом он не сможет оказывать услугу, которая необходима, никого не интересует...
Плохое законодательство о закупках, которое позволяет людям без нужной квалификации участвовать и побеждать. Государство считает, что единственный критерий покупки – это цена.
• Большое количество госзакупок формально честные, но фактически являются коррумпированными. Когда условия закупки подгоняются под уже готового кандидата. Ну, что мне вам рассказывать, сами знаете.
• Необходимо увеличение контроля над госзакупками. Нужна возможность для проигравших и недопущенных к аукционам в силу специально прописанных условий подавать в суды. Как я понимаю, сегодня суды таким не занимаются. Должна быть возможность подать в суд и сказать, что условия проведения тендера были изначально мошенническими... Снижение стоимости госзакупок появится после проведения более честных аукционов.
• Государство пытается перевести свои закупки в тендеры и аукционы. Да, можно с этим работать, просто уходит качество при этом. Потому что они выставляют как основной критерий цену. И всё равно там конкурсы какие-то затачиваются под определённого поставщика. Известно, что там есть специалисты по «заточке». И чем сложнее правило, тем лучше эксперт.
• Здесь конкретный ФЗ 44-й, 223-й. Его, как ни меняй, заказчик всё равно сможет обойти. Здесь надо более прозрачную систему внедрять, какую-то электронную, где система сама следит...
ФАС должен работать более жёстко. Там тоже всё очень коррупционно, к сожалению. Пока ФАС не заработает нормально, будет вот такой бардак.

О неуважении права частной собственности в России
• И самое главное – отсутствие права собственности. Когда читаешь программу сноса пятиэтажек... Для меня был вопиющим снос ларьков в Москве с документами, со словами мэра о том, что «понаделали всяких бумажек»! Нет вообще никаких ограничений. Право собственности отсутствует, даже не священность отсутствует, а отсутствие признания государством в лице правительства элементарного права собственности. Элементарного! Свидетели Иеговы...
Их не только запретили, но у них изымают имущество. Они же на свои деньги строили здания, сооружения. На каком основании это происходит?
• Надо людям объяснить, что частную собственность отнять невозможно, но мы делаем всё наоборот!
С жильём история сейчас. Как это можно делать? Что хотят, то и делают. Они показывают, что они главные. Не должно быть страха отъёма собственности, не должно быть угроз личным свободам. Дайте людям возможность строить бизнес. Их не надо контролировать. Обеспечьте частную собственность и дайте возможность расти малому бизнесу, перерастать в средний бизнес.
• Государство рассматривает бизнес как источник своего благополучия... Не государство для бизнеса, а бизнес для государства. У бизнеса мало возможностей для защиты, это касается и прав собственности. Известный пример с пятиэтажками.
С одной стороны, это хорошее дело, с другой стороны, есть такое отношение государства к правам собственности, что если две трети проголосовало, то с вами можно делать всё что угодно. Это неправильно.
Нужно договариваться, вырабатывать какие-то механизмы. Государство считает, что оно вправе бизнес и частные интересы граждан на последнее место...
У нас в стране малый и средний бизнес существует не как поддерживаемая всеми деятельность, а скорее вопреки. Система настроена на то, чтобы присасываться к малому и среднему бизнесу, его эксплуатировать, беря всяческие поборы с них официально и неофициально.
• Средний бизнес вырастает из малого бизнеса. А комбинация средних бизнесов может привести к тому, что появится какой-то крупный бизнес. Мы видим, как поступили с малым и средним бизнесом [когда в Москве сносили ларьки около метро]. Я понимаю, что там всё было неоднозначно и у массы людей не было разрешения. Тем не менее, разрушили бизнес многих... Вместо того чтобы вывести его из тени, его просто-напросто прикрыли. Методы такие разрушающие.

О рейдерстве со стороны крупного бизнеса
• У нас у всех собственность немножечко не наша. Мы все понимаем, что мы рулим, но в любой момент нас могут попросить её отдать...
Тот, кто считает, что у него есть мандат на это. Мы понимаем, что это в любой момент может произойти. Может быть, это даже и не происходит так часто, но ощущение, что это может произойти, что никакой защиты у тебя не будет. Это не создаёт желания долгосрочных инвестиций.
• Нет никаких гарантий ни у кого. Один из членов правительства инициировал такую штуку, с которой ничего не смог сделать даже Сечин. Другой член правительства сейчас под арестом. К какому [из членов правительства] ты пришёл [со своим вопросом]?
А какой будет влиятельным через полгода? Если у тебя бизнес по-крупному, то вот есть кейс, когда ты в розыске Интерпола, у тебя весь российский бизнес отнимают, хотя ты с одним из самых влиятельных людей России общаешься много раз в неделю. Если бизнес меньше, всё то же самое, только масштаб поменьше.
• Большинство случаев рейдерства проходит между част-никами... Этот риск есть всегда. Люди просто этот риск немножечко переоценивают.
• С точки зрения безопасности – как угрозы со стороны более крупных хищников, – тут всё в телевизоре. Можно корзинку с колбаской получить. Тут никаких гарантий нет, и это никого не вдохновляет.
• Можно сколько угодно стимулировать развитие предпринимательства... Человек, вкладывая деньги, должен понимать, что производство в какой-то момент не дорастёт до определённого масштаба и не уйдёт к конкуренту, потому что он уже давно с местным прокурором договорился по надуманному абсолютно делу. И тебя заставят продать бизнес за треть цены...
И вроде бы есть способ возмутиться, создать некий шум. Вопрос потом, конечно, не посадят ли тебя... Борются люди. Кто-то не напарывается, кто-то обладает связями. Иногда коса находит на камень и удаётся отбиться. Потом, есть бизнес уровня олигархов, его достаточно сложно трогать.
Странно было бы, если бы в какой-нибудь области крупнейшее градостроительное предприятие, принадлежащее московскому олигарху, который видится пять раз в год с президентом, начнут отжимать. Там контрудар может быть такой, что губернатору может стать плохо.
Какой смысл волку нападать на кабана, если есть вокруг овцы? Нет такого, что человек хотел бы открыть бизнес, хотел бы начать вкладывать, чувствуя себя полностью защищённым и полностью в безопасности.
• Рейдерство, которое используют госструктуры для того, чтобы отобрать бизнес, конкурента уничтожить. Это аксиома, что если средний бизнес становится чуть более крупным, то его моментально у человека отбирают.
Очень редко удаётся людям построить бизнес так, чтобы он оставался под их контролем. [Вспомнить хотя бы] чичваркинскую систему продаж мобильных телефонов: как только человек дорос до определённого уровня, начали у него отбирать бизнес. В нефтянке много случаев, когда людям не давали развиваться, отбирали бизнес.
• Что касается безопасности ведения бизнеса в стране, то многие бизнесмены её не чувствуют. При достижении бизнесом крупного критического размера он может стать объектом интереса серьёзных людей, вам могут предложить продать бизнес немедленно. То есть я думаю, что в этом смысле достаточной безопасности нет.
• Если тебя ни за что могут посадить, то если будет повод...
• Агрохолдинги активно скупают землю, отжимают её у фермеров. Много пишут про это в прессе, я сам столкнулся на одной из своих предыдущих работ, действительно так происходит. На этом отжатии, на этом государственном рэкете заработать получается гораздо больше.
То есть за счёт интимных отношений с государством можно заработать гораздо больше, чем за счёт того, чтобы свой бизнес немножечко очистить.
• Я слышал от самых высокопоставленных министров: «Дай мне любого бизнесмена, и через месяц я докажу, что он жулик». Так примерно вся вертикаль работает...
Нет никаких сдержек. Нет независимого адвоката, который завтра может призвать к ответу зарвавшихся силовиков, которые могут бизнес уничтожить. Все остальные вопросы решаемы. А вот этот вопрос ты не можешь решить...
Действительно, очень много жулья в России, мошенников, и надо, чтобы полиция работала. Но работать в одну сторону, когда никакого нет сдерживающего фактора... Начинается фабрикация дел... Давай соглашайся на это, а то...
• Похоже, что мы не представляем интереса в силу собственного размера. А дальше как? Мы все читаем газеты и смотрим телевизор.
• Проблемы, с которыми каждый день не встречаюсь, но каждый день читаю в СМИ, и ты всё равно боишься...
Я понимаю, что могут прийти и отобрать. Я с этим не сталкивалась, но всё равно у себя в голове держу. У меня эта красная кнопочка постоянно мигает. СМИ как откроешь – удивляешься. Из последних: вчера все медицинские активы арестовали у АФК «Система» и выдали ордер на арест Евтушенкова... Есть какой-то напряг внутренний.
• Нет никакой защиты и никакой гарантии, что ты можешь защитить бизнес. Ты понимаешь, что в любой момент есть целая масса способов, по которым его у тебя могут либо отнять, либо разрушить.
Я думаю, что все читают новости регулярно и видят, какие решения принимают суды, какие фантастические иски появляются время от времени в отношении разных компаний. И как компании, как собственность перемещается, происходит круговорот.
Наиболее отпечатавшиеся в памяти случаи – это история с «Башнефтью», история с трёхмиллиардным иском к РБК, законы в нашей отрасли, которые Госдума принимала, по ограничению участия иностранцев в капитале СМИ.
Это чистый рэкет на уровне государства. Похожий закон прошел и в онлайн-кинотеатрах, в онлайн-сервисах, в онлайн-видеосервисах. У государства, и не только у государства, а у людей, которые близки к нему и могут использовать его ресурсы, есть огромное количество способов разрушить или отобрать любой бизнес.
• Контроль надзорных органов есть во всём мире. Но у нас это инструмент борьбы. Все же понимают, что если мы с вами поссоримся, то сколько вам нужно заплатить, чтобы ко мне пришли с проверкой.
А сколько мне нужно заплатить, чтобы к вам пришли? Это же абсолютно понятный прейскурант! Никто же не против проверок. Но это же инструмент борьбы. Борьбы абсолютно не рыночной...
Очень важно, чтобы у вас не было никакого имущества ни на себе, ни на членах семьи. Чтобы вы ничего не делали и не ставили нигде подписи. Это единственная гарантия того, что у вас не будет проблем. Это многих демотивирует. Это к вопросу о долгосрочном планировании тоже.
• Термин появился – админресурсный бизнес: это бизнес, успех которого зависит от наличия или отсутствия админресурса. При наличии админресурса у бизнеса меньше рисков, а при отсутствии – больше рисков...
[Здесь] риски связаны с тем, что админресурс сегодня в фаворе, а завтра в опале. И если он окажется в опале, то бизнес, который связан с ним, связан с огромными рисками, вплоть до уголовного преследования. А если у бизнеса нет админресурса, то он может оказаться под воздействием людей, которым этот бизнес понравился.
Причём, если в 90-х годах бизнесы боялись попасть на радар к криминалу, то сегодня многие бизнесы боятся попасть на радар мощному административному ресурсу, который захочет их к себе пристегнуть, оказать давление...
Эти законы совершенно неожиданно меняют правила игры. Предприниматели, заинтересованные в том, чтобы заработать серьёзные деньги, и инвесторы, которые вложили капитал на более поздних стадиях, могут совершенно неожиданно попасть в ситуацию, когда вложенные деньги обесценились.
• Компания пыталась законно решить проблему с конкурентами, пыталась договориться. В итоге юристы ответили, что проще наркотики подбросить и решить.
• Сильное влияние правоохранительных органов на бизнес. Как только очень прибыльный бизнес поднимается, переходит определённую планку доходности, очень велика вероятность, что к такому владельцу бизнеса придут и его заберут.
• Всегда можно взять Ходорковского и посадить, потому что есть за что... Уход от налогов в чистом виде...
У нас на всех в большом бизнесе есть рычаги давления, потому что они что-то где-то делали не так. Делали сознательно. Не потому, что им пришлось, а потому, что они хотели заработать больше. У нас часто это тоже путают...
Делали всё, чтобы больше заработать, а могли не делать. Принимали всегда решение в сторону денег, а не в сторону юридически правильно оформленных операций...
Чисто сфабрикованных дел не так много. Обычно дела базируются на реальном случае, на компромате, который когда-то случился.
• Дискомфорт есть в проектах, которые начинают переходить дорожку крупным игрокам на рынке, в том числе государственным компаниям, иностранным игрокам.
Недавно был прецедент, когда компания... сначала долго отбивалась от попытки рейдерского захвата, а потом просто генерального директора тихонечко прикрыли со словами, что в ранее поставленных партиях найдены технологические погрешности, которые свидетельствуют о том, что в технологии есть недостатки, и Росздравнадзор выявил.
Самый существенный сейчас риск – это злоупотребление в корпоративных или рыночных конфликтах нерыночными методами борьбы...
Рисков управленческих, дискомфортных с точки зрения операционной деятельности, у малого и среднего бизнеса, на мой взгляд, сейчас особо нет...
Но когда компания выходит на определённый уровень оборотов, выручки, когда начинают всерьёз конкурировать за объём государственного заказа, со стороны более крупных игроков начинается достаточно существенное давление...
Как только она вышла на другой уровень оборотов, начались притязания со стороны одного из крупнейших частных холдингов.
К мужикам подъехали и предложили продаться. Мужики сказали, что продаваться они не хотят, после этого начались определённые сложности. Используется GR-ресурс, чтобы надавить на конкурентов, для того чтобы дать им сигналы для принятия «правильного» решения, вернуться к разговору о сделке по поглощению...
• Поэтому возникает ситуация, что какой-нибудь малый бизнесмен бессистемно мечется по рынку, привлекает к себе внимание, его видит какой-нибудь крупняк. Но вряд ли любая компания – неважно, государственная или частная, но большая, – захочет купить что-то по справедливой стоимости, если есть возможность отжать подешевле.
• Мы живём в стране телефонного права. Когда у нас возникают какие-то административные сложности, мне проще взять телефон, позвонить кому-то из моих бывших коллег, и проблема решается куда быстрее, чем если бы мы мучились сами по себе. Поэтому крупные предприятия этим злоупотребляют.
Продолжение следует.

Прочитано 376 раз

Поиск по сайту

Реклама