Плата за грех

A A A

Фильм «Клир» разжёг дискуссию о католической церкви в Польше. Его посмотрели миллионы зрителей.

В новом польском фильме «Клир» всем верховодят власть, секс и деньги. В преимущественно католической Польше он расколол общество. В одном городке даже попытались запретить его показ в единственном местном кинотеатре.
С тех пор, как он вышел на экраны 28 сентября, его посмотрели более 3 млн кинозрителей. Так что эта картина уже попала в десятку самых популярных в Польше после 1989 г.
Католическая церковь по всему миру пытается справиться с проблемой сексуального насилия.
Новая лента содействовала тому, что теперь и в Польше вспыхнула дискуссия о роли церкви. Причём речь идёт о широком спектре проблем: от политического влияния до местных случаев насилия. Впрочем, как и в случае с движением #MeToo в Америке, перемены требуют чего-то большего, чем просто дискуссии.
У ксёндзов «просто есть сутана; они не святые», говорит режиссёр фильма Войцех Смашовский.
Вдохновлённый подлинными событиями фильм «Клир» рассказывает о трёх католических священниках, которые тратят свою жизнь на попойки, любовные свидания и занятие прибыльным бизнесом.
Фильм полон чёрного юмора. Когда возлюбленная одного из ксёндзов сообщает ему, что беременна, тот спрашивает, предохранялась ли она. «Этого мне не позволяет моя вера», – отвечает та.
Фильм также показывает, какой ущерб наносит педофилия. Актёры читают признания взрослых, ставших в детстве жертвами насилия со стороны священников.
Всё это вызывает мучительное чувство.
Вознесённая наверх благодаря своей роли в мирном падении коммунизма церковь остаётся очень влиятельной в Польше. Немногие политики решаются критиковать её. Её роль возросла после прихода к власти в 2015 г. социально-консервативной партии Закон и справедливость (ПиС).
Министры совершают паломничества в Ясногурский монастырь, к иконе Ченстоховской Богоматери. Под давлением епископата депутаты от ПиС хотят ещё больше ужесточить ограничения на аборты, и без того одни из самых строгих в Европе.
Церковь – одна из основ польскости, заявил Ярослав Качыньский, председатель ПиС и фактический вождь страны.
Впрочем, число прихожан падает. Более 90% поляков называют себя католиками, но только половина из них посещает костёл хотя бы раз в неделю. Растёт число тех, кто вообще не ходит в церковь, особенно среди молодёжи.
Скандалы вокруг сексуального насилия, которые раньше старались скрыть от глаз общественности, теперь привлекают всеобщее внимание. В этом месяце суд постановил, что церковь должна заплатить 1 млн злотых компенсации за ущерб, а также выплачивать ежегодную ренту женщине, которая была в возрасте 13 лет похищена и неоднократно изнасилована священником.
Три четверти поляков, согласно недавнему опросу, считают, что церковь должна энергично и прозрачно разобраться с проблемой педофилии среди священников.
51% поддерживает идею расследования старых случаев насилия, подобно тому, как это делается в Германии. На прошлой неделе в интернете появилась «карта церковной педофилии», составленная фондом её жертв.
А тем временем всё больше поляков хочет, чтобы духовенство было более созвучным жизни. Молодёжь, особенно в городах, жалуется на социальный консерватизм церкви и её вмешательство в политику. Некоторые верующие возмущаются ксёндзами, которые ведут себя с прихожанами как с «идиотами».
Ян Муравский, секретарь Клуба католической интеллигенции – варшавской светской организации, – обеспокоен тем, что зацикленность церкви на вопросах половой этики оставляет ей мало времени и сил для того, чтобы заниматься «действительно важными проблемами»: от социальной изоляции до изменения климата.
«Церкви нужен новый язык, чтобы говорить о новых проблемах, – указывает он. – Перемены не происходят в одночасье».
The Economist,
20 октября 2018 года.

Прочитано 146 раз

Поиск по сайту

Реклама