Выученные уроки Геннадия Лукьянчикова

A A A

«А теперь  уроки выученные», – так Геннадий Лукьянчиков начинает свой ответ Михаилу Зелёву
в связи с его публикацией «Невыученные уроки России».

lukyanchikov
Увы. Неудовлетворён я ответом. Я ведь не о том хотел сказать и не такой ответ получить. Я сознательно пошёл на провокацию. Залез на гору и стал вещать с вершины волю богов. Это чистое самозванство.
Но я прекрасно понимаю, что я делаю. Сейчас любые, самые незрелищные мероприятия лучше всего оформлять как шоу. Громко и скандально. Хочется поднять градус, а не получается. Скучно как-то. А хочется праздника.
Сейчас уже не ссылаются на волю богов. Сейчас  трактуют  достижения науки. А гуманитарные науки – это такие науки, где дилетанта от профессионала не отличить. Ни с первого, ни со второго взгляда. На данную тему очень грамотно стебётся Михаил Веллер в своём трактате «Человек в системе». Очевидно, что узкая специализация на производстве реально в разы повышает производительность труда. А вот узкая специализация в исторических дисциплинах?
Любое событие, вырванное из исторического контекста, при желании можно объяснить равно логичными взаимоисключающими схемами. И проверить невозможно. Тогда бесполезно городить целые страницы текста, выясняя, сколько чертей находятся на острие иглы. Тогда надо зрить в корень.  В основной вопрос философии. Задать начальные условия, опираясь на этот вопрос.  
И аргументировать свою позицию по существу, опираясь на аксиомную базу. Вот если эту базу опровергнуть, то будут автоматически опровергнуты и все остальные умозаключения.
Я никогда не скрывал эту свою аксиомную базу. Она материалистическая, но не коммунистическая. Нет никаких формаций, нет никакой классовой борьбы, и социальные революции не двигатель прогресса.  А экономика  – это инструмент. Человек стал царём природы, не обладая экономическими навыками, преобразующими планету. Так зачем ему понадобился такой сложный и самодовлеющий инструмент?
Жизнь как физическое явление очень странная штука.  Её навыки освоения окружающего пространства можно назвать паразитарными. Они беспредельно хищнические и абсолютно эгоистические.  
Суть биологической эволюции – колонизация нашей Вселенной явлением Жизни.  И всё это биологическое разнообразие есть инструментарий этого явления. Но затем понадобился более изощрённый инструмент, с помощью которого можно было бы использовать энергию неживой природы. Физическую энергию Вселенной.  Тут уже не обойтись без  экономики.  
Таким образом, некоторые гадкие обезьянки обрели разум, превратившись в человека. А уж человеку предстоит колонизировать ближний и далёкий космос, обеспечивая Жизни, в нашем понимании, сверхмогущество.  Это и есть прогресс.  Такая вот иерархия инструментария.
Достаточно легко продолжить стрелу времени в будущее и лёгкими мазками обозначить судьбу человечества.  Космос невозможно колонизировать белковыми телами с их биологическими функциями. Мозг – тоже биологическая машина.  И этим она ограничивает накопление, преобразование и обмен информацией. Эти недостатки будут беспощадно устраняться.  
Тело смертно, а информация на неорганических носителях практически вечна. И нам придётся в эту вечность войти.  В программе максимум мы перестанем быть людьми.  А единая общемировая система коммуникации преобразуется в единый сверхразумный центр, который и будет создавать новые инструменты для своих потребностей. В том числе и разумные.  Быстро и дёшево.
Цитата из статьи Михаила Зелёва:  «Применительно к России, я называю прогрессивным всё, что способствует её модернизации, т. е. ликвидации отставания нашей страны от развитых стран, превращению её самой в развитую постиндустриальную страну».
Это, я так понимаю, программа минимум. И зачем это нам надо? А вот зачем. «Только став развитой страной, решив все наши экономические проблемы, мы можем рассчитывать на раскрытие всех талантов, заложенных в нашем народе, что, в свою очередь, даст толчок новому рывку в развитии».  
Уж и не знаю, плакать или смеяться. Про раскрытие талантов русского народа сильно сказано. Сразу видно, как наша интеллигенция любит наш народ. Умилился.
Но вот я как-то нахожусь слишком близко к этому народу. Можно сказать, что сам и есть этот народ. И вы хотите действительно раскрыть все мои таланты? Вы хорошо подумали? Такое раскрытие вам будет дорого стоить. Не доживёте вы до торжества пост-индустриализма.  
Михаил Зелёв вроде бы антикоммунист, а откуда же у него какая-то коммунистическая грусть. О какой социальной гармонии он грезит? О квантово-компьютерной?
Если современная наука отказалась от общественно-экономических формаций, рассмотрим то, что их заменило.  Это  этносы, империи, цивилизации. Охотникам и собирателям не было никакого смысла объединяться. Кормовые запасы биоценозов жёстко фиксированы. Человек занимал высшее положение  в кормовой цепи, как главный хищник. И вся его жизнедеятельность зависела от биологических циклов и экологических катастроф. В том числе и от антигуманных программ контроля над  рождаемостью.
Извечная борьба с голодом привела к изобретению сельского хозяйства. И вот тут процесс пошёл.  Оказалось, что жизнедеятельность этноса полностью зависит от тяжёлого и сложно организованного коллективного труда.  
А заставить людей тяжело трудиться – самая главная проблема на все времена. Ради этого создаются государства как иерархический аппарат насилия. Ради этого  создаются мифологизированные надстроечные программы, с помощью которых власть пытается зомбировать трудящиеся массы.
А тут и география вынесла свой приговор.  Территории, которые были непригодны для массовой охоты и собирательства, оказались очень пригодными для экономической колонизации. Начались сложные бифуркационные процессы, спровоцированные взрывным ростом населения.
Разум достался абсолютно коллективным и абсолютно агрессивным обезьянкам. И в дальнейшем эти генетически заложенные свойства биологическим отбором не устранились, а даже усилились. Понятна польза коллективизма.
А в чём польза агрессии? Если уж Михаил Зелёв – поклонник теории вызовов и ответов Тойнби, тогда он сразу меня поймёт. Экономические кризисы, воспринимаемые как вызов, выдают ответную адекватную или не очень реакцию. Михаил Зелёв  призывает совсем отказаться  от экспорта наших углеводородов. Чтобы таким волюнтаристским способом наконец заставить нашу экономику диверсифицироваться и прекратить наше нефтяное проклятие.
А вот война – ещё более серьёзный исторический вызов. И уж война должна выжать из социума всё соки. Такой стресс заставляет людей совершать сверхусилия по принципу «Жить захочешь – не так раскорячишься».
То есть война серьёзно заставляет искать максимально успешные решения проблем во всех сферах жизни во временном цейтноте. И хозяйственные, и социальные, и идеологические. И военные победы всегда не просто так. Но военная победа в древности не всегда означала системное превосходство. В наше время это уже не так.
Россия всегда воевала. Но горячих войн не проигрывала несколько столетий. По идее, наши победы должны инициировать этот самый  прогресс, и прежде всего в экономике. Но этого не произошло. А почему?
Звучит, как песня. Экспортоориентированная индустриализация. Первым, кто поставил задачу завести в стране это чудо, был Пётр I, хотя его вестернизация носила довольно экстремистский и насильственный характер. Но и у него ничего не вышло.
Окончание на стр. 14.
Окончание. Начало на стр. 13.
И вот тут то, есть где собаке порыться. В нашем понимании экспортоориентированная экономика не может состояться без либеральных реформ. А наш царь, наоборот, ввёл жесточайшую деспотию, где и дворянской элите было несладко. С их обязательной военной службой. А положение трудящихся масс – это вообще полный кошмар.
Но исторический вызов уже тогда был явлен как угроза существованию государства. Наше технологическое и социальное отставание было слишком заметным. И реагировать на такой вызов необходимо максимально правильно. Цена ошибки слишком велика.
Но отреагировали как всегда. А ведь близкий круг и главные советники Петра были иностранцы. Уже тогда для них либеральные свободы были идеалом политической конструкции государства. Для наших западников тоже. Что тогда, то и сейчас. Декларируется, что либеральные реформы – единственное спасение от продолжающейся деградации нашего государства. Но либеральных реформ не случилось ни тогда и ни сейчас… Чудны дела твои, господи.
Меняются эпохи, формы правления, экономические формации, императоры, генсеки, президенты, а стратегия не меняется. Индустриализация у нас всегда проводится в мобилизационном режиме – сверхэксплуатацией трудящихся. И ни разу не случилось фатальной катастрофы. Броня крепка и танки наши быстры.
А военные победы каждое столетие перелопачивают геополитический порядок в мире. И если тираническая стратегия неправильная, то какая правильная? Цари, генсеки, президенты – изначально враги народа, или как?
Вся их деятельность направлена на уничтожение собственного государства и абсолютно противоречит интересам народа... Но тогда откуда и зачем взялась эта язва на теле человечества? И почему её не удаётся устранить хирургическим путём на благо всего человечества?  В том числе и на благо многострадальным россиянам.
История Европы – нормальная история. Логически правильная и непротиворечивая. Тогда какая же мы Европа, если наша история – парадокс на парадоксе? Сплошной когнитивный диссонанс.
Изложу выводы, к которым пришел сам. Видовая агрессия человека, в общественной форме, проявляется в виде войн. А война – один из основных ускорителей технического прогресса. Пресловутая гонка вооружений. В 1929 году физики на бумаге начертили формулу цепной реакции. А в 1945 уже взорвали атомную бомбу.
А если не Вторая мировая война, то когда бы началось реальное освоение ядерной энергии? Вопрос риторический.
Когда армии воевали холодным оружием, то цивилизационное превосходство не давало явных военных преимуществ. При необходимости сельхозорудия легко превращались в оружие. Безграмотные и дикие кочевники начисто сносили цветущие города и высокоразвитые империи. Войны были непрерывными. Геополитическая бифуркация непредсказуемой.
Но уже с изобретением огнестрельного оружия картина поменялась. Производство огнестрельного оружия потребовало создания специализированных предприятий с полной экономической инфраструктурой. И армия, оснащённая огнестрельным оружием, уже среди прочих геополитических факторов,  гарантировала сохранение государственного суверенитета.
Вооружённые конфликты стали принимать более интересный вид. Если между противостоящими сторонами ощущался паритет, то боевые действия теряли целесообразность. Война на полное истощение могла привести к пирровой победе. Дешевле договориться на компромиссных условиях. Но всё равно тотальные  войны случались. И это всегда была трагическая ошибка.
Россия сумела всеми правдами и неправдами оснастить свою армию огнестрельным оружием. И угроза вторжений кочевников с юга и остатков Орды с востока перестала быть критичной. И тогда Россия попыталась пробиться к незамерзающим портам Балтики, потому что только круглогодичная мор-ская торговля могла стимулировать экономический рост.
Тогда ещё не было сухопутных средств для перевозки товаров. Только верблюды и телеги.  Вот какой товарообмен, такой будет и экономика. Пробиться на Балтику не удалось. И экономическое прозябание России – свершившийся исторический факт.
Тогда и началось это цивилизационное противостояние, названное нашими английскими «друзьями» Большой Игрой. В нашем сегодняшнем представлении это глобальная геополитическая гибридная война, которая может закончиться только физическим уничтожением одной из сторон конфликта.
Исторически мы всегда проигрывали Большую Игру. И расплачивались за это потерей стратегического суверенитета. Запад нас постоянно использовал как сырьевой придаток и пушечное мясо в своих разборках. Даже если наш вклад в общую победу был решающим, мы не могли воспользоваться плодами победы.
Потому что ещё не успевали просохнуть братские союзнические лобзания и восторги, как наши «союзники» ополчались против нас на новую войну. Большая Игра не предусматривает исторических компромиссов, нарушающих гегемонию Запада.
Так что если мы очень захотим позволить себе экспортоориентированную индустриализацию, то прежде всего должны спросить разрешения у Вашингтонского обкома. А оно ему зачем? Почему наша такая индустриализация отвечает интересам американского народа? А если нет?
Вывод. Наша внешняя политика очень предсказуема. И последние столетия запрограммирована сценарием Большой Игры. Иногда на Западе преступно недооценивали наш потенциал и развязывали уже горячие войны. А это ошибка. За которую народы платили немыслимую цену.
Но послевоенный миропорядок опять же не устраивал никого. Мы не прекращаем попыток вырваться из нашего евразийского холодильника, а Запад тупо нас туда загоняет. Ситуация безвыходная. Но эволюционно очень прогрессивная. Сами посудите.
Холодный мир сохраняется только угрозой взаимоуничтожения. Но эмоциональный накал страстей зашкаливает. А тайная война  перешла уже все границы. Как в таких условиях надеяться на восстановление дружеских и добрососедских отношений с Западом?  Как? Это просто уже какие-то  патологические  фантазии.  
Новый Рубикон перейдён. Даже  свержение Путина и полная зачистка современной правящей элиты только усугубят ситуацию. Сценарий гражданской войны в России создаёт опасность уничтожения всей планеты Земля.
А единственным приемлемым вариантом существования России для Запада есть наша полная и беззаговорочная цивилизация. Кто-то хочет озвучить условия этой капитуляции? То есть мы сдаёмся, а они нам предоставляют часть мирового рынка и технологии для проведения экспортоориентированной индустриализации.
Заманчиво. Может и правда за Явлинского проголосовать?
Vae victis. (Горе побеждённым).
Если, чисто теоретически, представить себе такую попытку капитуляции, то её условия будут предельно жестокими. Это будет даже не Брестский мир, а такая дерусификация Евразийского пространства, что денацификация покажется детской сказкой.
А именно Брестский мир спровоцировал нашу Гражданскую войну в её таком безжалостном виде. С белочешским мятежом, интервенцией и прочими прелестями. Робкие попытки озвучить условия нового мирного договора с Западом озвучиваются, но никто их не воспринимает всерьёз. Даже сами озвучиватели.
Крым, Сирия, Украина. Это всё ни о чём. Наша капитуляция должна быть полной и безоговорочной. Но победитель не обязан соблюдать и такие договорённости с побеждёнными. А зачем? Горе побеждённым.
В Константинополе накануне штурма существовала протурецкая политическая партия, возглавляемая тогдашним премьер-министром мегадукой Лукой Нотаресом. Партия пораженцев.
Они предлагали не сопротивляться. А сдать столицу и остатки Византийских территорий без боя турецкому султану. Это, можно сказать, правительственная партия, позволявшая себе дипломатические и иные сношения с врагами.
Естественно, Нотарес обсуждал с султаном разные варианты и условия капитуляции греков. Они же как бы союзники. Но Константинополь не капитулировал.
Его турки брали штурмом, с большими для них потерями. И когда их озверевшее воинство ворвалось в город, то правительственный квартал, в нашем понимании «Рублёвку», турки взяли под охрану и не грабили. Значит, константинопольская элита заслужила такое к себе отношение.
Потом султан приветствовал официальную делегацию, возглавляемую мегадукой Лукой Нотаресом. А потом султан узнал, что у Нотареса есть 14-летний сын, очень красивый мальчик, и затребовал в свой гарем.
Тут Луке как-то сразу поплохело, и он попытался официально отказаться от такой чести. И приговорил и себя, и остатки своей семьи. Возникла международная непонятка. Для представителей турецкой элиты попадание его ребёнка в султанский гарем – невероятный карьерный взлёт. То есть жизнь удалась.
А для Луки Нотареса? А тот ведь публично посмел возразить солнцеликому. И довольно дерзко. И Луке, и его сыну сразу же отрубили голову. А жену, императорских кровей, продали в рабство. А потом пристально занялись и остальными членами делегации. Я думаю, что тут-то греки познали истинную цену предательства. Вот почему русские не сдаются.  
А что касается Украины, то тут Михаил Зелёв допускает историческую аберрацию. Соседские взаимоотношения не осмысливаются конъюнктурно.  И за такой краткий промежуток времени. Историческая «дружба» между немцами и французами. Английский геноцид шотландцев и ирландцев. Совсем недавно закончились теракты в Ольстере.
Сейчас вроде бы наблюдается очень дружеское единство европейских народов. И они вроде бы забыли свои былые распри и обиды. Надолго или как? То же и с Украиной. Соседка она наша. И никуда от нас не денется. Нам то ведь что от неё нужно? Нам надо задушить в зародыше националистический бандеровский реванш.
Тем более он явно ориентирован на восток. Из истории мы знаем, что если такой националистический реванш умиротворять и прикармливать, то он начинает творить геополитические чудеса. Раковую опухоль удаляют на ранней стадии. Потом будет поздно.
Последний вывод. Что от нас требует эволюционный прогресс? Он требует от человеческого сообщества, чтобы оно в назначенный срок овладело новыми, более мощными видами энергии и  перевело экономику на эти новые виды энергии.
Цена вопроса важна, но только уже на внутривидовом уровне конкуренции. Если социальный гнёт, а также социальные и демографические потери полностью нарушают способность народа защищаться от кого бы то ни было, то эволюционная гонка проиграна. Добрые соседи обязательно воспользуются ситуацией, чтобы направить её на свою пользу. Главное, не переоценить свои силы.
России с большим трудом, но всегда удавалось вписываться в новые экономические уклады.  В том числе и за счёт специфического креатива. И, несмотря на деспотический режим, почему-то с особенной яростью всегда защищала свой скудный, по сравнению с Западом, уровень и образ жизни. По-научному это значит, что резистентность нашей этнической системы высока.
А прогрессу больше ничего другого и не надо. Энергией овладели, экономику перевели. А прочие гуманитарные показатели природа контролирует с помощью обратных связей. Если жизнь народа такая поганая, то он будет приветствовать любого избавителя, даже вторгшегося извне.
Хотя извне обычно вторгаются не избавители, а ещё большие поработители. Знакомая картина. Так вот России это явно не грозит. Значит, мы, несмотря ни на что, очень даже прогрессивно эволюционируем. Вы знаете, как этот процесс сделать дешевле?
Ах, да. Есть ещё зомбоящик. Но я думаю, что его роль в нашей жизни несколько преувеличена. Вспомним 1612 год.
Мощное европейское польское пропагандистское вещание. И первое интервью
патриарха Гермогена из застенков. А уж выступление мясоторговца Кузьмы Минина в Нижнем Новгороде. Где Первый канал, и где Нижний? Почувствуйте разницу. И с каким энтузиазмом народ кинулся штурмовать Москву!
Народ всегда слышит то, что хочет слышать. И, если он хочет услышать писк комара в раскатах грома, будьте уверены, услышит. И никакой зомбоящик не поможет.
Геннадий Лукьянчиков,
вольный мыслитель

 

Прочитано 389 раз

Поиск по сайту

Реклама