Гордость и предубеждение

A A A

Каковы шансы на столкновение великих держав?
Они, похоже, не стремятся к полноценной войне, но в их расчёты вполне может вкрасться ошибка.

За последние 70 лет произошло резкое снижение числа войн между государствами. Однако многие знатоки международных отношений полагают, что мир входит в новую эпоху, в которой вновь возможно всё.
Впрочем, следует учитывать разницу между региональными войнами, которые могут быть спровоцированы действиями таких норовистых государств, как Северная Корея и Иран, и войнами между великими державами, которые по-прежнему маловероятны.
Однако растущее соперничество между Америкой, Россией и Китаем создаёт угрозу существующему мировому порядку, и у этого соперничества есть и военное измерение.
Мы сосредоточимся на вопросе о том, что может привести к будущему столкновению между великими державами, уделяя гораздо меньше внимания столь значительной ныне угрозе возникновения войны на Корейском полуострове.
Возможность войны с целью предотвратить овладение Ираном ядерным оружием сейчас носит умозрительный характер, однако через несколько лет её вероятность может резко возрасти. Такая война была бы ужасной, но её разрушительные последствия меркнут в сравнении с полноценным столкновением между Западом и Россией или Китаем, даже если предположить, что оно не перерастёт в обмен ядерными ударами.
Главная причина того, что угроза конфликта между великими державами сейчас достигла самого высокого уровня со времён разгара «холодной войны», заключается в том, что и Россия, и Китай стали ощущать свою неудовлетворённость нынешним мировым порядком, который спроектирован Западом и оберегается Америкой. Они стремятся изменить его условия, которые, как они полагают, не отвечают их законным интересам.
За последнее десятилетие обе страны направили огромные средства на модернизацию вооружённых сил, стремясь использовать политическую и техническую уязвимость Запада и помешать Америке применять силу в тех регионах, которые они считают зонами своего влияния. Обе страны продемонстрировали готовность навязывать силой свою волю соседям.
Вожди обеих стран позволили заговорить в полный голос о тоске своих народов по возрождению национальной мощи и международному уважению, и оба почувствовали, что такой курс приносит серьёзные выгоды во внутренней политике.
Разница между ними заключается в том, что Россия – это держава, демографически и экономически клонящаяся к упадку, руководство которой просто умело пользуется удобным случаем, тогда как Китай действительно находится на подъёме. Время на его стороне. Он считает себя, по меньшей мере, ровней Америке и даже ощущает собственное превосходство.
Русский президент Владимир Путин хочет сохранить остатки величия, утраченного его страной после распада Советского Союза, который он назвал «крупнейшей геополитической катастрофой [ХХ] века».
Он полагает, что в 1990-е годы Запад отказался признать Россию равным партнёром, что расширение на восток Европейского Союза и НАТО угрожает внешней и внутренней безопасности России.
В заявлении, сделанном по поводу новой стратегии национальной безопасности в конце 2015 г., русское правительство назвало НАТО главной угрозой для себя.
Оно уверено, что Запад пытается организовать как в самой России, так и в её «ближнем зарубежье» «цветные революции», подобные той, что мы наблюдали на Украине.
Вооружённые силы России, хотя и не идут ни в какое сравнение с американскими, тем не менее подверглись серьёзной модернизации, проводят частые полноценные учения и способны непродолжительное время на узком фронте вести войну высокой интенсивности против сил НАТО.
Русские военные самолёты часто проверяют на прочность европейскую противовоздушную оборону и летают на бреющем полёте над военными судами НАТО в Балтийском и Чёрном морях, что может привести к случайному столкновению, которое способно быстро выйти из-под контроля.
Штабная игра, проведённая мозговым трестом RAND Corpo-ration в 2015 г., показала, что в случае русского нападения «НАТО не сможет успешно защитить своих членов, наиболее близко расположенных к России».
С тех пор НАТО немного увеличила своё присутствие в Прибалтике и в Польше, но не настолько, чтобы поколебать вывод, сделанный  в докладе RAND, что русские войска могут захватить столицу Латвии или Эстонии менее чем за 60 часов.

 

inopress

Возможности России по ограничению и воспрещению доступа и манёвра войск противника у своих границ.


Если это случится, то политические вожди НАТО окажутся перед выбором из трёх вариантов действий, один хуже другого: начать контрнаступление, чреватое обострением противоборства; самим пойти на обострение, нанеся удар по целям в России, или признать поражение, что приведёт к катастрофическим последствиям для альянса.
В первых двух вариантах внутренняя поддержка будет очень хрупкой (опрос общественного мнения, проведённый Pew в прошлом году в Британии и Германии, показал, что идею применения 5-й статьи Устава НАТО о совместной обороне в том случае, если Россия нападёт на кого-нибудь из тех членов альянса, что граничат с нею, поддерживает меньшинство населения этих стран).
Путинская доктрина «обострить, чтобы притупить» неизбежно предполагает угрозу использования и даже само использование тактического ядерного оружия ради того, чтобы убедить НАТО выбросить на ринг полотенце.
Путин полагает (возможно, справедливо), что он гораздо более устойчив к такой угрозе, чем его западные противники.
Вероятность прямой проверки готовности членов НАТО выполнить обещания, данные в 5-й статье, низка. Однако Путин показал в Грузии, на Украине и в Сирии, что умело пользуется открывающимися возможностями и готов рисковать, когда чувствует, что оказался в безвыходном положении, либо когда считает, что ему везёт.
Если Трамп будет переизбран на второй срок, то его правительство, избавившееся от генералов, преданных идее НАТО, вместе с ещё более популистским республиканским большинством в Конгрессе вполне может соблазниться мыслью прощупать Путина. Особенно если низкие цены на энергоносители и слабое народное хозяйство создадут русскому президенту массу проблем у него на родине.
Кое-кто убеждён, что Америка и Китай обречены на войну, попав в ту самую «ловушку Фукидида», в которой в античности оказались Спарта и Афины. Господствующая держава ощущает угрозу себе со стороны нового претендента на господство, а тот, в свою очередь, чувствует себя обиженным и лишённым возможности утвердить своё влияние мирными средствами.
Грэм Эллисон, автор популярной книги, разъясняет этот тезис, утверждая, что «война между США и Китаем в ближайшие десятилетия не просто возможна, а гораздо более вероятна, чем ныне принято считать».
Прогноз Эллисона, основанный на анализе предыдущих конфликтов между господствующими державами и быстро усиливающимися претендентами, возможно, грешит излишней предопределённостью.
Конечно, Китай и Америка, в отличие от Америки и Британии, когда они поменялись ролями, не имеют общей международной повестки дня. Однако они связаны друг с другом сетью хозяйственных интересов.
Для китайских вождей характерны стратегические терпение и видение, а сменяющие друг друга американские президенты (кроме, пожалуй, нынешнего) всячески стремятся показать, что не хотят держать Китай в загоне, а желают видеть его полноценным и ответственным участником системы международных отношений.

 

inopress2

Возможности Китая по ограничению и воспрещению доступа и манёвра войск противника
у своих границ.


 

К тому же все предыдущие случаи борьбы за мировое господство, о которых пишет Эллисон, пришлись на доядерную эпоху. А ведь именно ядерное оружие удерживает великие державы от войны друг с другом.
Более того, говорит Джонатан Эяль из RUSI – мозгового треста, занимающегося вопросами обороны, – демографические факторы и изменение социальных отношений в Китае могут привести к тому, что идея столкновения с Америкой утратит популярность, несмотря на националистические позиции, на которые порою становятся государственные средства массовой информации.

 

inopress3

На схеме показан минимальный радиус действия (в км) китайских ракет.
Источники: Министерство обороны США; Комиссия по обзору американо-китайских отношений в области экономики и безопасности; Институт международных исследований Миддлбёри; Международный институт стратегических исследований


 

Как и в других развитых странах с низким уровнем рождаемости, в Китае будет происходить быстрое снижение уровня насилия, а для мощного среднего класса жизненный успех будет выражаться в обладании последней моделью смартфона или в погашении кредита за новый автомобиль.
В культуре избалованных детей, выросших в рамках политики «одна семья – один ребёнок», китайские родители вряд ли захотят посылать своих драгоценных «снежинок» на войну.

inopress4

На диаграмме показано количество ядерных боеголовок, имевшихся на вооружении отдельных стран в 2017 году.
По России и США, помимо общего количества боеголовок
(левое число), показано входящее в общую сумму количество боеголовок, снятых с вооружения и предназначенных для разборки (правое число).
Источник: оценка Государственного департамента США.


 

Если можно, без гробов
Даже Путин, который способствовал возрождению в России культуры мачо, изо всех сил старается избегать жертв. Он считает, что тысячи гробов, пришедших из Афганистана в 1980-е годы, стали одной из причин падения Совет-ского Союза.
Именно поэтому он, с одной стороны, стремится свести к минимуму число жертв среди призывников на Украине, а с другой, всячески скрывает данные о потерях. В Сирии он использует, где может, наёмников из частных военных компаний.
Угроза крупного столкновения Запада с Китаем меньше, чем с Россией, но всё равно ею не надо пренебрегать. Эта угроза, возможно, будет усиливаться. Китай возмущён присутствием американского флота в западной части Тихого океана, в частности операциями
7-го флота США по защите «свободы мореплавания» в Южнокитайском море, посредством которых Америка показывает, что не признаёт китайские притязания и не приемлет любые действия Пекина, угрожающие её коренным национальным интересам и интересам её союзников.
В свою очередь, Китай намерен развивать свою способность сдерживать противника, используя антикорабельные ракеты дальнего действия, а также мощный флот, оснащённый новейшими судами и подводными лодками.
Идея заключается в том, чтобы выдавить американский флот за пределы «первой цепочки островов», а затем сделать для него слишком опасными и операции внутри «второй цепочки». Китай уже добился многого.

inopress5

На диаграмме указана доля (в %) участников опросов в Голландии, Польше, США, Канаде, Франции, Испании, Британии, Германии в 2015 и 2017 годах, ответивших «да» на вопрос «Следует ли нашей стране использовать военную силу для защиты союзников по НАТО, если они окажутся в состоянии серьёзного столкновения с Россией?»
Источник: Pew Reserch Center.


 

Если разразится новый кризис вокруг Тайваня, Америка уже не сможет для демонстрации своей решимости послать группировку авианосцев в Тайваньский пролив, как это было в 1996 году.
Как разрешится эта напряжённость, во многом зависит от американских союзников. Если недавно переизбранный премьер-министр Японии Синдзо Абэ добьётся успеха в своей попытке изменить пацифистскую конституцию, то, похоже, японский флот будет увеличен и станет открыто участвовать в совместных с американцами военных учениях.
С другой стороны, более слабые союзники, вроде Вьетнама, Филиппин, Малайзии и Индонезии, могут решить, что безопаснее склониться перед китайской военной и экономической мощью, чем полагаться на то, что движущаяся к упадку Америка будет защищать их уголок.
Самая большая опасность заключается в возможности просчёта, вызванного непониманием намерений противника, что может привести к неожиданному обострению и выходу ситуации из-под контроля. Соперничество в «серой зоне» между миром и войной требует точнейшей дозировки, а её очень трудно добиться, если становится слишком жарко.
The Economist,
27 января 2018 г.

Прочитано 673 раз

Поиск по сайту

Реклама