Секрет руководства Сергея Неделько

A A A

25 октября исполняется 70 лет Сергею Неделько, с 2006 г. возглавляющему кафедру «Государственное управление и социология региона» факультета экономики и управления ПГУ, кандидату исторических наук, доценту. В преддверии юбилея предлагаем читателям интервью Сергея Неделько специально для «Улицы Московской».

nedelko
– Традиционный первый вопрос: где родились, где учились, как выбирали профессию?
– Родился Новокузнецке, в Кемеровской области. Это юго-западная Сибирь. Попал в полосу, когда в школе учились 11 лет. Последний год мы проходили практику на Новокузнецком химфармзаводе.
Закончив школу в 1965 г., я поехал поступать в физтех в Москву. Но не прошел по здоровью. На физтехе к состоянию здоровья были очень жесткие требования, поскольку работать пришлось бы на десяти этажах под землёй.
И тогда я подал документы на истфак МГУ. История мне всегда нравилась в школе. Тем более я встретил одноклассницу, которая собралась на истфак. Но, наверное, наша школьная подготовка была не самая лучшая. Немецкий язык я сдал на тройку. Баллов для поступления не добрал и вернулся в Новокузнецк.
Пошел работать. Сначала аппаратчиком на химфармзаводе. Но выдержал недолго. Представляете: мне 18 лет, а тут ночные смены. Спать хотелось постоянно. Промучился я месяц и ушёл слесарем на базу горпищеторга. Потом стал машинистом холодильных установок.
Чтобы выправить немецкий язык, я поступил на вечернее отделение на иняз в пединститут. Преподаватель попался хороший. За год немецкий язык мне подняли на такой уровень, что я поехал в Москву и сдал экзамен на пять.


– Через год Вы снова поехали поступать в МГУ?
– Да. Мне предлагали остаться в Новокузнецке. Но у меня, что называется, загорелось. Через год в МГУ я набрал на четырех экзаменах 19 баллов и поступил на истфак.


– Интересная была у Вас студенческая жизнь?
– Я всегда был активным человеком. Ещё рабочим в Новокузнецке стал кандидатом в члены партии, а в университете уже членом КПСС. Я не стесняюсь рассказывать об этом, потому что мы жили в таких условиях. Партия была для нас важной организацией.
Я сразу стал принимать участие в общественной жизни. Отвечал за спортивную работу на факультете. После 1 курса группа активистов МГУ поехала по местам боёв Таманской дивизии. Мы проехали до самого юга, и я даже выступил потом с рассказом на всероссийском радио.
Знание языка помогло мне в Москве – на летних каникулах я работал переводчиком. Первое лето в Бюро «Спутник», а потом в Интуристе. Работал с немецкоговорящими группами: швейцарцами, западными немцами, австрийцами.  Благодаря этому объездил всю страну, от Байкала до Бреста. Во всех союзных республиках побывал.


– Общение с иностранными группами повлияло на Ваше восприятие советской действительности?
– Я был членом партии, поэтому мне доверяли западных туристов. Туристы из ФРГ привозили с собой литературу, например, запрещённый у нас журнал «Шпигель». Это сейчас, пожалуйста, бери, читай.
Хотя не разрешалось тогда, я, конечно, его читал. Действительно, там была критика советской экономической системы. Показывалось, насколько она неэффективна. До сих пор вспоминаю статью, в которой один из западногерманских журналистов описывает работу московского метро.
Он пишет: у нас, на Западе, один человек стоит на платформе. Смотрит за тем, как люди спустились по эскалатору, поезд с одной стороны ушел, с другой стороны пришел. В России сидит одна женщина наверху эскалатора, и ещё одна внизу. Получают они немного, но практически это пособие по безработице, потому что один из этих двоих ничего не делает.
И ещё в статье говорилось, что Россия никогда не добьется больших экономических успехов. Она сама себя проедает, содержит людей с низкой производительностью труда.
Конечно, это открывало глаза. Я, может быть, по взглядам был смелее, чем сверстники. Но отсюда и возникало желание что-то улучшить в жизни.


– Куда Вы попали по распределению?
– Ассистентом в Куйбышевский государственный университет. И буквально через 2 месяца после приезда меня избрали секретарём комитета комсомола.  Где-то через год позвали в райком комсомола вторым секретарем по идеологии. Работая в райкоме, я оставался в университете на полставки. И захотел учиться дальше. В 1975 г. я поехал в Москву, в аспирантуру МГУ, на свою кафедру «История КПСС».


– Как Вы оказались в Пензе?
– Никаких обязательств перед Куйбышевом после окончания аспирантуры у меня не было. Поэтому я принял приглашение работать в Пензе. Здесь заведовала кафедрой истории партии Изида Павловна Загвоздкина. Она приезжала агитировать молодых выпускников аспирантуры. И в 1978 г. я приехал в Пензу.
Поезд приходил рано, в 8 утра. Ясно было, что в институте я никого не встречу. Поэтому я пошёл от вокзала пешком по Московской вверх. Был май, зацвела липа. И вся липовая аллея на Московской была в цвету.
Я увидел это, и просто обалдел. В общем, я влюбился в Пензу и с тех пор прирос к ней корнями. Вся моя дальнейшая жизнь связана с этим замечательным городом.
Можно было и в Москве остаться после аспирантуры, но понравилась мне Пенза. Видимо, сибирскому спокойному характеру здесь лучше, чем в суете столицы. Я считаю себя пензяком.
Люблю Пензу за её тишину, за её размеренный ритм, за  добрых и отзывчивых людей. По крайней мере, мне приятно вспомнить практически обо всех людях, с которыми сводила меня судьба.


– Как строилась Ваша карьера в Пензе?
– Достаточно быстро я стал доцентом кафедры истории партии. Через несколько лет Изида Павловна засобиралась на пенсию. И я четыре года  заведовал кафедрой. Одновременно занимался лекторской работой. В областном обществе «Знание» возглавлял секцию лекторов-международников.
Тогда люди информацию о мире больше ниоткуда получить не могли. Мы, лекторы, узнавали её на семинарах от первых лиц, заместителей министров.
Мне интересно было встречаться с людьми и в маленьких коллективах, и выступать перед большими аудиториями партхозактивов. Нести что-то новое, неизвестное для людей.
И по стране ездил на семинары, и здесь мы всю область объездили. Приятное воспоминание: в составе агитпоезда ЦК ВЛКСМ ездил на БАМ.
За лекторскую работу мы получали грамоты от обкома партии. По тем временам это была очень высокая оценка.
В 1991 г. кафедра истории партии была переименована в  «Историю».
Примерно в это время я ушёл оттуда доцентом на кафедру «Социология», к Валерию Васильевичу Маркину. Из неё выросла кафедра, на которой я работаю сейчас. С марта 2001 г. по апрель 2006 г. я проработал в правительстве области начальником отдела по связям с общественностью. Но преподавательскую деятельность никогда не бросал.


– Что Вы скажете об опыте работы в правительстве?
– Это интересный эпизод в моей жизни. Будучи теоретиком, я хотел, что называется, пощупать дело управления своими руками. Понять, как работает госаппарат изнутри. По характеру всё-таки государственная служба жестко централизована. Строгая соподчиненность, дисциплина почти как в армии.
Мне приходилось непросто, потому что я по натуре демократичный человек. Но воспоминания о тех, с кем приходилось работать, самые хорошие.


– Чем Вас притягивает работа в вузе?
– У меня мама – учитель начальных классов. Может быть, и у меня педагогическая струнка. Я со студентами всегда комфортно себя чувствую. Я люблю студентов. Стараюсь всегда им помочь. Чего-то добиться, чтобы расширить их кругозор. Может быть, поэтому они мне отвечают взаимностью. Мне это очень приятно.


– Оглядываясь назад, что Вы считаете своим наиболее важным достижением?
– У людей с возрастом часто меняется самооценка. Им кажется, что они великие, большие, очень много сделали. Мне хочется надеяться, что я пока этим не страдаю.
Самое большое достижение, наверное, что люди доверяют мне заведовать кафедрой. Хотя у нас на кафедре три доктора наук. У всех сотрудников есть ученая степень.


– Как Вы думаете, почему Вам третий раз предлагают избираться на должность заведующего кафедрой?
– Я никогда не прессовал людей. Старался подчеркнуть в человеке его лучшие начала, пытался стимулировать. Разговаривать с людьми так, чтобы сохранять их человеческое достоинство.
Был у меня один случай. Я тогда был молодой начинающий заведующий кафедрой. И один коллега начал отказываться от поручения. С какой радости, говорит, я должен это делать.
И я взорвался: «Вы забываетесь! Я заведующий кафедрой! И я велел вам это сделать, и вы должны это выполнять!»
До сих пор помню, как это было. И я сделал вывод. И больше никогда такого не допускал. Стараюсь не давить на людей и начальственные интонации не использовать.

Прочитано 418 раз

Поиск по сайту

Реклама