Вход для пользователей

Ожившие страницы парка Серенгети

A A A

oshkin aПостоянный читатель «Улицы Московской» Владимир Ошкин встретил Новый 2014 год на Килиманджаро, а православное Рождество – рядом с дикими животными в национальном парке Серенгети.

Планирование походов – очень важный фактор. После сафари и океана сил на подъём не остаётся. У нас парки были наградой за труды на Килиманджаро. На гору лезли спортивно мотивированные, а тут после – 15° попадаешь в + 35°. Полный релакс, эмоции переполняют, совершенно другое восприятие.
Ребята из турфирмы отработали безупречно. После спуска мы переночевали в гостинице в Моше, а на следующие 3 дня была программа: два величайших парка дикой природы, Нгоронгоро и Серенгети, охраняемые ЮНЕСКО.
oshkin

Ранним утром, в 5.45, мы взяли маленькие рюкзачки, оставив ненужные вещи в офисе турфирмы, и приехали в местный аэропортик на фоне Килиманджаро, где для нас был забронирован самолётик Cessna.
Пилот – белый, весёлый испанский парень. Нас было только четверо в этот раз. Никаких медосмотров не спрашивали, билеты предъявили и пошли.
К русским в Танзании очень хорошо относятся: говорят, что русские помогают всему миру, и друзья Африки.
Испанец стал вести экскурсию: не вперёд смотрит, а к нам поворачивается и показывает, и рассказывает. Пролетали над масайскими деревнями: круглый загон для скота и домик без окон из навоза и глины, покрытый соломой.
Масаи – одна из коренных народностей. Это воины, которые считают себя наивысшей расой среди всех африканских племен. Они живут среди дикой природы и занимаются скотоводством. Они не ходят в школу, не признают президента, законов, только разводят коз, овец, коров и пьют их тёплую кровь.
Мы посмотрели на них с высоты полёта, а спускаться смотреть танцы не стали: 20 баксов сэкономили. oshkin2Нам не рекомендовали снимать их без разрешения, потому что очень воинственные ребята.
На промежуточной остановке (забрать ещё двух белых туристов), чтобы взлететь, пилоту пришлось с пассажирами на борту гонять по взлётной полосе зебр. Потому что, пока самолёт стоял, они пришли вместе с антилопами пастись и уходить не собирались.
Ожившие страницы
За 2 часа мы долетели до Серонеро, центра парка Серенгети, с гостиницами. Нас встретил местный рейнджер. Пообедав, мы тут же сели в ленд-крузер с открытым верхом и поехали по саванне. Дорогой наш рейнджер рассказывал о повадках животных.
После дождей ещё была густая растительность, но жара уже стояла градусов 30-35. Нам сразу же стали попадаться антилопы-гну, мартышки, жирафы. Вокруг – зонтичные акации, типичное растение саванны, орлы, цапли, аисты и куча всяких других птиц.
oshkin3В то время как раз были миграции животных. По горячей степи огромные колонны животных идут в поисках солонцов, воды, сминая и съедая всё на своём пути. Абсолютно ровная, горячая степь перемежается с каменистой пустыней, парит невероятно.
Охранять дикую природу в Танзании начали после войны Бернард Гржимек, директор франкфуртского зоопарка, и его сын Михаэль. Отец и сын Гржимеки долгое время изучали диких животных, спасали от пожаров, от браконьеров. У них был маленький самолётик, выкрашенный в цвет зебры.
Существует большая пятёрка животных, на которых престижным считалось охотиться и которых беспощадно убивали в Африке: слон, носорог, буйвол, лев и леопард. А Гржимеки приехали и стали охранять.
Когда тебе мама и папа про это в детстве рассказывали, когда у тебя дома стоят его книги, ты всё это читал в юности, а потом приезжаешь сюда – и перед тобой оживают страницы всех учебников биологии и географии.
Мы побывали на могиле Гржимеков. Младший, Михаэль, погиб в результате несчастного случая в возрасте 25 лет. На кратере вулкана Нгоронгоро его могила и памятник с эпитафией: он посвятил всю свою жизнь диким животным Африки. Отец умер только в 1987 г.
Серенгети. День 1-й
Когда была подготовка, мы забивали в райдерах: чтобы лев был, слон был, леопард был. Рейнджеры по спец волне между собой переговариваются и знают все места, где можно посмотреть животных близко.
oshkin4Кабина открывается, и ты катишь, а дикие животные ходят прямо перед тобой. Зебры, антилопы такие холёные, упитанные на свежих лугах. После этих зверей, пасущихся на свободе, уже ни в какой зоопарк тебе никогда не захочется.
Так мы с расстояния буквально 3-4 м из машины сфотографировали спящего тигра, леопарда на дереве. Наблюдали сцену охоты леопарда на антилоп, но леопарду не удалось ничего поймать. Выходили мы из машины за 3 дня всего раза 2, потому что за техникой безопасности там следят строго.
Подъехали и смотрели, как семья львов жрёт антилопу. Отец, косматый лев, уже наелся и отдыхал, львята раздирали то, что осталось от антилопы, а мать караулила, чтоб никто не помешал. Мне было эту антилопу безумно жалко.
Грифы, шакалы, гиены неподалёку ждали своей доли. Есть хищники изящные, хотя и кровожадные. Гиены какие-то страшные, неухоженные.
Постоянно попадались газели, у которых рога изогнуты, как сердце. Гепардов снимали спящими, потому что они обращают внимание на людей. Буйволы ходили прямо через дорогу, приходилось ждать. Дорога пыльная, земли коричневые.
Весь день проездили, устали, накатали около 200 км и приехали вечером в лагерь – как из к/ф «Снега Килиманджаро». На двоих – палатка с душем, туалетом, кроватями. Генераторы работают, есть свет.
Встретили нас и предупредили: никуда одни не выходите, везде дикие звери, шакалы, гиены. Захотите погулять – махни фонариком, приду.
Мы, естественно, не послушались, пошли колобродить самостоятельно. Никто на нас не напал, но чуть не сшиблись с нёсшимся на дикой скорости сервалом. Шарахнулись мы друг от друга и решили правилами безопасности не пренебрегать. А ночью рейнджеры гоняли от палаток гиену, которая противно выла.
Серенгети. День 2-й. Нгоронгоро
Утром подъём, и опять выезжаем на сафари. Объезжаем Серенгети – животные уже другие: слоны, павианы, жирафы, птица-секретарь, антилопы опять (их множество разных), семейки обезьян. Стадо бегемотов лежало в воде. Жарко было, и на сушу они не вылазили.
Мы заехали в музей Серенгети. Посмотрели черепа зверей, фотографии президента Танзании и Бернарда Гржимека в полный рост и сфотографировались рядом.
Кстати, в Серенгети мы отмечали Рождество. И не по-походному, как Новый год на Килиманджаро: ресторанчик, красное вино, изысканная еда, куча официантов бегает. Америкосы и европейцы удивляются: они же не понимают, что это такое – русское Рождество.
А вокруг тебя пасутся мелкие всякие суслики, бородавочник – дикая свинья – мимо пробежит. Птицы марабу сидят. Когда ты книжки русских путешественников – Пескова, Дроздова – читаешь, а потом приезжаешь, и видишь всё это своими глазами, то впечатления непередаваемые.
Жирафов полно. Щиплют себе листочки. Страусы взирают на тебя внимательно, цесарки. Вблизи всех животных видишь: один лев, два льва, лев спит, лев ест, лев под деревом.
Площадь парка Серенгети – 30 тыс. кв. км, весь не объедешь. Мы стали дожидаться, пока подойдут слоны. Семья большая, приближалась неторопливо. Один маленький слоник трогательно бежал за мамашей.
Иногда стадо изгоняет слона, и он потом бродит в одиночестве. Мы таких тоже встречали.
К вечеру приехали в следующий лагерь, уже не палаточный, а настоящая гостиница.
На 3-й день нас ждал Нгоронгоро. Это старый потухший вулкан высотой более 2,5 км. Диаметр чаши – от 18 до 21 км, глубина чаши – 600 м. Поэтому животные, которые там пасутся, изолированы от внешнего мира. На дне вулкана огромное озеро, там стаи фламинго, там бегемоты, носороги…
И очень много туристов с огромными трубами.
Мы переехали через обрыв на джипе, а звери из-за крутизны склона не могут выбраться изнутри. На дне кратера – зелень, красота, свежая растительность. Пасутся газели Томсона с чёрной полосой на боку, такие изящные, точёные. Одинокие гиены бродят.
Мы в Нгоронгоро наблюдали картину: стадо буйволов изгоняет льва и львицу, которые хотели напасть на буйволёнка. Так и прогнали. Львы убежали с позором.
Три дня на берегу океана
Из Нгоронгоро мы на автобусе вернулись в Моше – центр, из которого начинаются все туристические маршруты. Переночевали в гостинице – и на берег Индийского океана.
Последние дни мы отдыхали в коттеджике в деревне Укунда в Кении, рядом с крупным портом Момбасой. Жара, вода тёплая, загораешь, купаешься.
Всё смешалось: пожилые немки и молодые культуристы или белые старики с молодыми африканками. Мы зафрахтовали лодочку и покатались.
На третий день наш кенийский друг Адам провёз нас 500 км от Момбасы до Найроби, и мы полетели домой.
Всё, что планировали, выполнили. Везде попали, везде успели. Качественная подготовка и взаимопонимание людей этому способствовало.

Поиск по сайту

Реклама